Если покинешь меня...
Шрифт:
– Ваша опочивальня, миссис Уэлсли, – согнулся Стюарт в шутовском поклоне и жестом пригласил жену войти. – Можете ложиться спать.
– Ради бога, Стюарт… – прошептала Клэр, бледная, как полотно.
– Нет! – воскликнул он, предостерегающе подняв палец. – Ничего больше не говори. Просто иди и ложись спать.
И бросив на жену мрачный взгляд, молодой человек повернулся и пошел к лестнице.
Когда на следующее утро Клэр проснулась, Стюарта уже не было дома. Единственным доказательством того, что вчерашняя безобразная сцена ей не приснилась, была дверь, висящая на одной петле.
«Уехал в Марблхед. Прости, пожалуйста, за вчерашний вечер. Больше тебя не побеспокою.
P.S. Для нашего обоюдного блага, подпиши прошение о разводе немедленно».
Глаза молодой женщины наполнились слезами. Она трижды перечитала записку, потом скомкала ее и швырнула в камин. С рыданиями взбежала Клэр по лестнице, влетела в спальню и бросилась на свое великолепное ложе.
Она не вставала два дня.
27
Никогда в жизни не была Клэр так одинока, как в последние несколько месяцев. Приглашения, которые после возвращения Стюарта и Клэр из Саванны посыпались как из рога изобилия, постепенно стали приходить все реже. Бостонское общество наконец обнаружило, что мистер Уэлсли живет не на Луисбург-сквер с миссис Уэлсли, а где-то совсем в другом месте.
Клэр не виделась со Стюартом, не получала от него никаких известий. Только иногда, случайно услышав, о чем шепчутся слуги, она узнавала, что он бывает на некоторых светских приемах. Лишь Гренита Фортин не забывала свою подругу. Каждую среду она приходила, чтобы выпить с Клэр чашечку чая. Эти полуденные часы, проведенные вдвоем, доставляли обеим женщинам массу удовольствия, хотя Грените стоило больших усилий держаться в рамках легкой, ни к чему не обязывающей беседы. Гренита никогда ни словом не упоминала о Стюарте. Можно было даже подумать, что она с ним вообще незнакома. Только однажды, холодным ноябрьским днем, миссис Фор-тин отступила от этого правила.
Гренита была приглашена к Клэр на чай к двум часам. Не в правилах этой дамы было опаздывать, поэтому ровно в два она подкатила к особняку на Луисбург-сквер. Клэр легко сбежала по лестнице, распахнула входную дверь и замерла, пораженная необычным видом подруги. Всегда сдержанная в проявлении чувств молодая вдова сейчас стояла перед Клэр, широко улыбаясь, – она была похожа на веселую школьницу.
– Гренита, что это с тобой? – воскликнула Клэр. – Ты прямо вся светишься от счастья!
– Так и есть, дорогая моя, – смеясь, ответила Гренита и вошла в дом. – У меня потрясающие новости. Я снова выхожу замуж!
Вскрикнув от радости, Клэр нежно обняла подругу.
– Это замечательно! – искренне обрадовалась Клэр. – Значит, Уилл Четсфилд наконец решился сделать тебе предложение?
– Да, –
Клэр, смеясь, повесила плащ Грениты на вешалку возле двери, потом взяла подругу за руку и увлекла в гостиную.
– Пойдем, ты мне сейчас все подробно расскажешь, – чуть не прыгая от нетерпения, заявила Клэр.
Они удобно устроились в креслах и провели час, попивая чай и лакомясь маленькими пирожными, пока Гренита рассказывала Клэр о том, как Уилл Четсфилд сделал ей предложение.
– Значит, у вас будет пышная свадьба? – полюбопытствовала Клэр.
– О нет, только самые близкие, – покачала головой Гренита. – Ты же знаешь, первая жена Уилла умерла родами, и, поскольку для нас обоих это будет второй брак, мы хотим устроить скромное семейное торжество.
– Вы уже назначили день? – осведомилась Клэр.
– Да, – кивнула Гренита, – восемнадцатого декабря, в пять часов. Ты ведь придешь, правда, Клэр? – просительно сжала она руку подруги.
– Я бы с удовольствием, – медленно проговорила та, – ты же знаешь. Но, учитывая мое положение, думаю, что мне вряд ли стоит где-то появляться…
С лица Грениты исчезла улыбка.
– О, пожалуйста, Клэр! – взмолилась она. – Мне так важно, чтобы ты была на нашей свадьбе! Там ведь будет-то всего несколько человек! Дорогая, милая, ну прошу тебя, скажи, что ты согласна!
– А Стюарт приглашен? – тихо спросила Клэр.
– Клэр, – всплеснула руками Гренита, – неужели ты думаешь, что я позвала бы тебя, если бы знала, что Стюарт тоже там будет?
Клэр покачала головой и улыбнулась.
– Нет, думаю, что нет, – мягко произнесла она. – Ну ладно, дай мне подумать пару дней. Мне бы действительно очень хотелось прийти…
– Значит, решено, – захлопала в ладоши счастливая невеста. – Я заношу тебя в свой список.
– У вас будет столько народу, что тебе необходим список? – обеспокоенно спросила Клэр.
– Не волнуйся, – хихикнула Гренита. – Это очень короткий список.
Следующие несколько минут обе женщины пили чай с пирожными и болтали о лустяках. Когда в разговоре возникла пауза, Гренита поставила свою тарелочку на стол и сказала как бы между прочим:
– Кстати, о Стюарте. Я не говорила тебе, что на днях встретила его?
Чашка Клэр стукнулась о блюдце.
– Что значит «кстати»? О Стюарте вообще не было речи… – медленно проговорила Клэр. – Но раз уж ты затронула эту тему, то нет, ничего такого ты мне не говорила.
– Ну так говорю, – весело заявила Гренита. – Он был в городе – по делам или что-то в этом роде, а я налетела на него в Дурджин-парке.
– Он там любит есть лангустов, – пробормотала Клэр, вспоминая тот вечер, когда они вдвоем ужинали в уютном старом ресторане, а потом, вернувшись домой, всю ночь занимались любовью. – Ну и как он выглядел? – спросила Клэр, стараясь говорить равнодушно.
– Ужасно, – откровенно ответила Гренита.
Глаза Клэр беспокойно расширились.
– Что значит «ужасно»? – помимо воли заволновалась она. – Он что, болен?