Если она полюбит
Шрифт:
— У тебя «харлей»? — спросил я. — Рэйчел меня прокатила, это впечатляет.
На самом деле, мои ощущения были ближе к ужасу, чем к восторгу, но я не стал уточнять.
— Я тебя как-нибудь прокачу, и если ты думаешь, что это Рэйчел быстро ездит… — он расхохотался и хлопнул подругу по коленке, прямо на ходу, так как мы уже двинулись в путь.
— Только не на дороге, я же за рулем, — фыркнула она, в самом деле сосредоточенная на потоке машин вокруг.
Он улыбнулся девушке, но выражение лица Рэйчел осталось серьезным. Генри подмигнул мне и состроил гримасу типа «Женщины!».
— Почему Чарли сказала мне, что ее нет в «Фейсбуке»?
Кажется, сестра не считала, что эта тема заслуживает особых размышлений.
— Понятия не имею. Может, не хотела, чтобы ты там следил за ней и контролировал ее.
— Наверное, хочет избежать проблемы «отношений», — заметил Генри.
Я задумался.
— Не особо на нее похоже. Честно говоря, если она не захотела зафрендить меня на «Фейсбуке», чтобы избежать неловкости или навязчивости, это даже круто. Но я удивлен, что она солгала мне об этом.
— О, ну это наверняка маленькая невинная ложь, — сказала Тилли.
Я достал телефон, зашел в «Фейсбук» и нашел страницу Тилли. Просмотрев ее список друзей, я нашел Чарли под ее полным именем Шарлотта. Я попытался зайти на ее страницу, но та была полностью закрыта. На самом деле, я чувствовал себя оскорбленным этой ложью.
— Она никогда не приглашала меня к себе, — сказал я скорее для себя. — Я по-настоящему встревожен. Что она скрывает?
Генри фыркнул.
— Может, она ведет тайную жизнь. Может, она замужем, и у нее дети. А ты ее грязный секрет.
— О, да, такое происходит сплошь и рядом, — поддержала его Рэйчел, сворачивая к парковке кантри-паба, где мы собирались поужинать.
Они трое смеялись, словно разговор и вправду был ужасно забавным. Но на фоне известия о смерти Карен все это совершенно не казалось мне потешным — напротив, вызывало холод и тошноту.
Прежде чем зайти в клуб, я послал Чарли запрос на дружбу, чтобы узнать, как она отреагирует.
* * *
Я не был голоден и едва притронулся к еде, наблюдая за тем, как мои спутники шутили и развлекались. Генри, на самом деле, был симпатичным, славным парнем, грубоватым и добродушным. Рэйчел разговаривала с ним, словно с шаловливым ребенком, и он охотно ей подыгрывал. Тилли казалась воодушевленной и довольной, давно не видел ее такой веселой и живой. Между делом она сказала, что получила повышение на работе и прибавку к окладу.
— Что с тобой, братец? — удивилась она, заметив, что я почти не ем. — Ты же не расстроился всерьез из-за того, что у Чарли есть тайный муж? Тем более, на «Фейсбуке» нет от него и следа. Ничего такого, что тебе следует знать.
Все снова засмеялись, и тогда я сказал:
— Карен умерла.
Смех оборвался.
— Карен? Та взрослая женщина, с которой у тебя был роман? — спросила Тилли.
— Да.
— О боже! Что случилось?
— Не знаю. Я видел ее несколько недель назад. Она попросила сделать для нее сайт. Сегодня я заглянул, чтобы узнать, что и как —
Генри посмотрел на меня совершенно серьезно.
— Темный дух? Реально?
— Только не говори, что ты веришь в эту чушь!
— Вообще-то, верю. Духи вполне реальны. Моя мама ясновидящая. Она с ними все время беседует.
В ответ я расхохотался, просто ничего не смог с собой поделать. Все трое уставились на меня в недоумении, а я закатывался от смеха, пока не потекли слезы, желудок конвульсивно сжимался, я не мог избавиться от образа мамы Генри — огромной, рыжеволосой байкерши средних лет, беседующей на кухне с потусторонними духами.
Внезапно я разрыдался как ребенок, закрыв лицо руками. Тело тряслось, и я почувствовал большую руку на своих плечах, и понял, что все окружающие смотрят на меня, оборачиваются в недоумении.
— Спокойно, приятель, — сказал Генри. — Давай выйдем на воздух, проветримся немного.
— Все в порядке, я только…
Я ушел в туалет, заперся в кабинке, сел на крышку унитаза и позволил себе проплакаться. Когда слезы кончились, я высморкался и пошел умываться. Потом вернулся к компании.
— Ты в порядке? — спросила озабоченная Тилли.
— Да, теперь лучше. Я даже не знаю, что случилось… Дело не только в Карен. Столько всякой ерунды произошло за последнее время. Как-то все разом навалилось.
— А что еще случилось? — спросила Тилли. — Помимо твоей травмы.
— Травмы? — переспросил Генри.
Я рассказал им всё. О падении и о том, что уверен — меня столкнули на ступеньках в метро. О новой работе, аресте Виктора и обвинении его в педофилии. О нелепой истории Саши и Лэнса и о пугающем сообщении — «ты труп». О том, что за мной точно кто-то следил, а Чарли кто-то преследовал в парке, и еще о странном парне в кафе. И о том пакете с памятными вещами, который потеряла Чарли.
— Даже моя уборщица… — добавил я. — На нее напали на улице — облили кислотой лицо.
— Это та симпатичная девица, о которой ты мне говорил? — Тилли была поражена.
— Да. А теперь Карен.
Генри слушал меня очень внимательно и серьезно, затем кивнул:
— Похоже, что тот сосед был прав. Кто-то прилепился к тебе.
— Генри, при всем уважении, это ерунда какая-то. Я не верю во всевозможных духов и темные силы.
— А как ты можешь все это объяснить? — он ткнул в мою сторону вилкой.
— Просто полоса неудач.
Тилли была уже не такой радостной, как до моего истерического приступа со смехом и слезами.
— Чертовски много неудач для одного человека, Эндрю.
— Наверное, так. Но я всегда был невезучим. И родители, и то отслоение сетчатки в прошлом году…
— Возможно, это проклятие, — совершенно серьезно заявил Генри. — Ты не сталкивался с цыганами?
Я закатил глаза.
— Умоляю.
Официант принес десертное меню, но я ничего не хотел. Только напиться. Так что я заказал уже третий большой бокал красного вина.