Если бы не ты
Шрифт:
– Куда тебя теперь девать, - вздохнули они обе в один голос, - признаем, папочка!
– Так, красавицы мои, - рассмеявшись, сказала Ольга, - мы сейчас вас на студию привезем, оставим одних, телефоны с собой?
– Да.
– За вами Борис приедет с Соней, погуляете с ними. Ключи взяли?
– Да.
– Ближе к вечеру поедете переоденетесь, возьмете все необходимое, чтобы остаться с ночевкой, и Боря отвезет вас на дачу к Олегу. Мы вас там уже будем ждать. Все ясно?
– Да, мамочка, - согласилась Саша.
– А кто у нас в этом году в роли деда
– уточнила Даша.
– А кто нужен?
– Нет, просто интересно, на какой адрес письмо о подарке нужно было писать?
– Или на оба для верности?
– поинтересовалась Саша.
– Говорите, чего хотите, - веселилась Ольга.
– Мы тут вчера Анюткино колечко примеряли.
– Тоже по колечку хотим.
– Сочувствую, вот такого деда мороза у вас пока нет...
– Ну, нам можно и без деда...
– Ладно, - согласилась Ольга.
– Ну, размер ты знаешь...
– А зачем это вы вчера Анюткино колечко примеряли?
– вставил свое слово Олег, чувствуя, что это неспроста.
– Жора просил, - за них ответила мать.
– Что уже?
– Чего удивляешься, - Оля рассмеялась, - на себя посмотрел бы со стороны сначала.
Часть пятая. Глава 11
Проснулся Жора с жуткой головной болью, машинально потянулся к сосредоточению издевательства над телом - лбу, нащупал повязку.
О, Боже! Играть-то теперь как? Там, кажется, пару швов наложили...
Кое-как дополз до ванной, хотел стать под душ, но вспомнил, что со швами голову мыть нельзя. Открыл воду, залез в ванну, благо, когда делал здесь ремонт, не поскупился на сей предмет, и теперь мог комфортно откинуться на мягкий подголовник и растянуться во весь рост.
Вот когда понимаешь, что к чему!
Бинты на груди развязывать сил не было, Аню звать тоже.
Да и дома ли она вообще?
А вот это уже интересно! Куда делась любимая, когда ему так плохо? И знает ли она, что нужна ему сейчас больше воздуха? Откуда она может знать, если он об этом не говорил! Надо! Надо сказать!
Он попробовал ее все-таки позвать, но вдруг не услышал собственного голоса.
Этого еще не хватало!
Он прокашлялся - стало больно в груди, нахмурился от боли - лоб еще сильнее стал саднить и пульсировать. Чертыхнулся. Услышал ее смех, разлепил глаза. И эта зараза, вместо того, чтобы избавить от боли, стояла у двери, сложив руки... под грудью - удачно ее приподнимая, так что у Жоры даже слюнки потекли, а еще кое-что самопроизвольно зашевелилось, - и смеялась над ним. Подчинившись глупому порыву, он ударил рукой по воде, обрызгав ее с головы до ног. Стало только хуже. Анина майка намокла, грудь заострилась и стала еще сильнее выделяться. Он простонал, закрыл глаза, в идеале ушел бы под воду, но капля рассудка в голове еще присутствовала, и напомнила, что нырять ему нельзя.
И что теперь делать? Ее-то хочется, а двигаться нет никакого желания!
Уловил странное шевеление воды - снова открыл глаза и чуть не задохнулся от восторга - Аня уже разделась и залезла в ванну, примериваясь, как
Как хорошо, что ванна большая!
Жора плотоядно улыбнулся и протянул руки к девушке. Аня руки приняла, села к нему на колени и... наклонившись к его губам произнесла:
– Приподнимись, чудик, бинты сниму!
– и рассмеялась громко.
Жора опять обманутый, забыл, что минуту назад силы его отсутствовали напрочь, и все тело болело, быстро приподнял Аню, насадил на себя, и, вздрогнув от удовольствия, снова расслабился, вернул голову на подушку и растянул губы в довольной улыбке.
– Ууу, какие мы нетерпеливые сегодня!
– Аня продолжала смеяться, потянулась к узелку бинта, развязала, и стала медленно его разматывать, то наклоняясь, чтобы передать бинт за спиной мужчины, то выпрямляясь обратно.
Когда повязка наконец исчезла, Георгий уже был на пределе собственных возможностей. И потому пришлось снова собраться с силами, чтобы снять с себя Аню. Девушка села на край ванны, открыла сток, и закусила губу, глядя, как вздрагивает любимый мужчина в спазмах оргазма.
Кое-как выровняв дыхание, и чуть успокоившись, он приоткрыл глаза и посмотрел на нее из-под ресниц. Аня, откровенно лаская взглядом, любовалась его телом.
– Если ты и дальше так будешь меня разглядывать, то я не смогу успокоиться, - заметил Жора.
– Быстро ты, - облизнув губы, проговорила Анюта.
– А мне много и не надо, - усмехнулся мужчина.
– А раньше?
– А ты можешь так же быстро удовлетвориться?
– Не знаю, - она смутилась и отвела взгляд, - нет, наверное.
– Вот и ответ, - легко сказал Георгий, - Мне гораздо приятнее, когда мы вместе...
– Тогда почему сейчас так?
– не дала ему договорить девушка.
– Извини, в данный момент я не в состоянии контролировать процесс, - лицо его действительно выражало сожаление, - надеюсь, я скоро восстановлюсь, и тогда будет все, как раньше.
Вся вода стекла, новая не набиралась.
– Ты так и будешь здесь лежать?
– спросила Анюта, снова улыбаясь.
– Можешь как-нибудь помыть мне голову, чтобы не намочить повязку? Меня вчера откачивали на снегу. Сама понимаешь, какой хороший снег лежит на обочине, - стал объяснять Георгий, - к счастью я пока не видел себя в зеркале. Но подозреваю, что моя шевелюра в данный момент, оставляет желать лучшего. Мне бы конечно и мочалкой помыться не помешало бы, но сам я еле двигаюсь, а с твоей помощью, мы еще долго здесь просидим.
– Хорошо, - согласилась Аня, - я помою, стараясь быть совсем не эротичной.
– Тебе даже одежда не поможет в этом, - усмехнулся Жора, а она уже намыливала мочалку.
– А я тебя, как ребенка. Сначала ручки, пузик, спинку, попку, ножки...
– А голову?
– Сядешь, возле ванны, как в парикмахерском кресле, - ответила Аня, натирая его тело в упомянутой последовательности, - Ясно, что это будет не очень удобно, но надеюсь продуктивно.
– Ты мне вчера хотела рассказать что-то, - вспомнил вдруг Георгий, пытаясь отвлечься от ее волнующих манипуляций.