Если башмачок подойдет…
Шрифт:
Леди Милфорд с легкой улыбкой наблюдала за их перепалкой. Затем взяла Аннабелл под руку.
– Пойдемте, нам втроем нужно вместе присесть где-нибудь и поговорить. Я уверена, мисс Куинн может много нам рассказать об успехах герцога в учебе.
– Боюсь, это невозможно, – сказал лорд Саймон. – Я отдал распоряжение дворецкому. С минуты на минуту будет подан ужин.
В тот же миг в коридоре прозвучал гонг. Гости начали выстраиваться в очередь в соответствии с рангом, чтобы проследовать в столовую.
Леди Милфорд быстро положила ладонь Аннабелл на руку лорда Саймона, а затем, обойдя его вокруг,
– Ну что ж, Саймон, вашей репутации не повредит, если вы проводите к ужину сразу двух леди.
Этот неожиданный поступок пожилой дамы поставил Аннабелл в затруднительное положение. Высокопоставленные гости могли оскорбиться, если гувернантка окажется во главе процессии. Может, ей следовало извиниться и перейти в конец очереди, как того требовал обычай? Но она не хотела обидеть леди Милфорд, которая была так добра к ней.
Лорд Саймон вздернул темную бровь.
– Мы не можем игнорировать установленный порядок, как вы отлично знаете.
– Ох, какие пустяки, – сказала леди Милфорд, отмахнувшись рукой. – Это всего лишь неофициальный ужин в сельском поместье. Здесь нормы не так строги, как в городе. Если, конечно, вы не стали занудливым брюзгой, не осмеливающимся пренебречь правилами.
Он, насупившись, смотрел на нее несколько мгновений, затем рассмеялся.
– Вы всегда умели добиться своего от мужчины, Кларисса.
С этими словами лорд Саймон повел их в начало очереди. Аннабелл ощущала на себе пристальные взгляды остальных гостей и слышала их перешептывания, но держала голову высоко. Их мнение ничего не значило, потому что она все равно не принадлежала к их избранному кругу. Почему же не насладиться моментом? Никогда не могла она даже вообразить, что ее будет сопровождать красивый – хотя и в высшей степени действующий на нервы – сын герцога.
Как бы позавидовали ей учительницы из академии, если бы видели ее сейчас! Впрочем, не стоило забывать, что эта рискованная вылазка в мир аристократов продлится недолго. В конце вечера она вернется в свою маленькую комнатку в детской, к своей обычной жизни гувернантки.
Процессия проследовала по коридору в столовую. Миссис Уикетт там уже не было, слава Господу. Аннабелл сильно сомневалась, что смогла бы насладиться ужином, если бы экономка сверлила ее из угла злобным взглядом. Лорд Саймон проводил леди Милфорд к почетному месту на одном конце длинного стола, а затем подвел Аннабелл к стулу поодаль, где на маленькой белой табличке было написано ее имя.
Он отодвинул для нее стул, и, усевшись, она подняла на него взгляд, чтобы вежливо произнести слова благодарности. К ее величайшему потрясению, он пристально смотрел на нее – вернее, на ее грудь. Его пронзительный взгляд переместился к ее глазам, и несколько жарких мгновений они в упор смотрели друг на друга. Она заметила в глубине его глаз нечто темное, необузданное и властное. Нечто, глубоко ее взволновавшее. Затем он ушел, чтобы занять свое место на противоположном конце стола.
Опасаясь, что щеки ее пылают, Аннабелл опустила глаза к столу, чтобы случайно не встретиться взглядом с кем-нибудь из гостей, чередой входивших в столовую. Она была потрясена и не находила названия той бешеной буре чувств, которую лорд Саймон воспламенил в ее душе. Что означал этот его обжигающий
Это казалось невозможным. Этот мужчина даже не был достаточно хорошо воспитан! Он никогда прежде не давал ей повода думать, что способен испытывать романтический интерес к ней. За исключением, пожалуй, единственного момента в его кабинете несколько недель назад, когда миссис Уикетт застала их стоящими так близко друг от друга. Ну и что из того?
А затем еще в тот день в библиотеке, когда Аннабелл едва не выболтала Ладлоу секрет о потайных ходах. Лорд Саймон схватил ее за руку, чтобы принудить молчать. Его близость глубоко взволновала ее, заставив сердце бешено биться, а колени дрожать, однако она убедила себя, что эта реакция была односторонней.
Но что, если он тоже ощутил столь же отчаянный приступ желания?
При этом предположении Аннабелл охватила дрожь, хотя здравый смысл предостерегал ее против скоропалительных выводов, основанных на пылких взглядах или кратких прикосновениях. Знатный состоятельный джентльмен никогда не женится на гувернантке, не говоря уже об особе сомнительного происхождения. Если лорд Саймон и питал по отношению к ней хоть какие-нибудь чувства, то это могла быть только похоть. А Аннабелл не имела намерения вступать в предосудительную связь.
Лакей принес фарфоровую супницу, и Аннабелл налила себе половником прозрачного мясного бульона. Она тайком взглянула на лорда Саймона, сидевшего на дальнем конце стола. Он улыбался и разговаривал с двумя молодыми леди, занимавшими места по обе стороны от него. С одной стороны тощая брюнетка, с другой – распрекраснейшая Луиза.
Вот из таких леди он и выберет себе жену.
Аннабелл ощутила острый укол зависти. Надо смотреть правде в глаза, какой бы жестокой она ни была. Сын герцога никогда не станет ухаживать за такой девушкой, как она. Он может желать ее только с одной целью – и приходится признать, что ей повезло, поскольку он, как видно, не собирался завлечь ее к себе в постель.
И все же, несмотря ни на что, Аннабелл чувствовала себя счастливой в этой ярко освещенной столовой, оглядывая покрытый скатертью длинный стол, мерцающие свечи в серебряных канделябрах, пышные букеты красных роз и белых астр, сверкающие фарфоровые тарелки и украшенные гравировкой серебряные приборы. Лакеи в напудренных париках сновали среди гостей, подавая различные кушанья, в то время как дворецкий наполнял бургундским вином хрустальные бокалы.
Аннабелл заметила мистера Тремейна, сидевшего посередине длинного стола и, к счастью, достаточно далеко, чтобы вовлечь ее в разговор. Лорд Саймон был категорически против того, чтобы она разговаривала с этим мужчиной. Могло ли это объясняться ревностью?
Как глупо с ее стороны пытаться поверить в это! Но еще глупее это ее неуместное влечение к лорду Саймону. Возможно, ее слабость к нему объясняется тем, что она видела слишком мало мужчин в своей жизни. Наверное, вполне естественно, что, покинув академию для девочек, она увлеклась первым же привлекательным джентльменом, которого встретила…
– Ваше лицо мне знакомо, – сказал лысоватый джентльмен рядом с ней. Это был отец леди Луизы, лорд Данвилл, добродушный мужчина с рыжими бакенбардами и красным носом. – Мы встречались?