«Если», 2012 № 12
Шрифт:
— Как корова с шестью ногами, — заметил Борис.
Эллиот поймал себя на том, что стоит, раскрыв рот. В животном и впрямь было что-то коровье, однако его спина покато уходила от холки вниз, как у жирафа. И если средние и задние ноги оканчивались чем-то наподобие копыт, то на концах передних конечностей располагалось нечто, напоминавшее кисти рук, — с четырьмя длинными пальцами на каждой. И помимо всего прочего, по бокам головы животного торчала пара чего-то, очень похожего на заячьи уши.
— А знаете, — сумел наконец выговорить
Марк кинул на Эллиота взгляд через плечо.
— Знакомо? — повторил он с хриплым смешком. — Я бы посоветовал вам контролировать количество потребляемого спиртного.
— Да нет! Я хочу сказать: в целом оно устроено по тем же принципам, что и земные животные, — прошептал Эллиот, не спуская глаз с существа. — Похоже, концепция панспермии все-таки верна.
— Ну, вы экзобиолог, вам и карты в руки. — Марк снова вернулся к монитору. — Бог мой, как бы я хотел там высадиться!
— Нет возможности, — ответил Борис. — Двигатели работают только в космосе.
— Да знаю я, знаю, — процедил Марк сквозь зубы.
— Идея была в том, чтобы не допустить биологического загрязнения, — пояснил Эллиот.
— Вы думаете, я загрязняю, — сказал Борис с улыбкой. — А ведь мы, люди, по крайней мере Марк и я, — он хлопнул себя по груди, — вершина пищевой цепочки!
Эллиот с трудом выдавил улыбку.
Из динамика на пульте донеслось нечто, похожее на блеяние, перемежающееся щелчками. Поскольку робокары не были оборудованы стереомикрофонами, Эллиот не мог бы поклясться, что звук исходил именно от животного.
— Как овца, у которой икота, — снова заметил Борис.
Марк кивнул.
— Всего лишь месяц наблюдений с орбиты, — проговорил он, обращаясь скорее к самому себе, чем к остальным, — едва ли компенсирует шесть месяцев, которые мы потратили, чтобы сюда добраться. — Он вздохнул. — Однако нам, как и Земле, придется довольствоваться роботами.
— Кстати, о роботах, — заметил Эллиот, — как насчет того, чтобы проверить нашего зайцеухого друга УМОм?
На одном из робокаров был установлен модуль УМО — Установки межвидового общения и оценки интеллекта. Замысел заключался в том, что если робот обнаружит что-то движущееся, он применит якобы не зависящий от вида тест на разумность. Если движущийся объект его пройдет, робот запустит развернутый курс обучения языку, который, по заверениям разработчиков, сможет обеспечить межвидовое общение.
— УМОм? — Марк задумался. — Нет, пока не стоит. Я бы предпочел не терять одного из роботов на… я не знаю, сколько времени это может занять… может быть, месяц.
— Месяц — это только если зайцеухий обладает интеллектом, — заметил Эллиот.
— Сомневаюсь. — Марк поджал губы. — В настоящий момент это неэффективное использование робокара. В любом случае, после того как мы улетим, этот малыш сможет проводить свои тесты сам по себе сколько
Эллиот грустно кивнул. Марк был прав: робот запрограммирован на безостановочную охоту на разумные объекты, и ему для этого не требуется человеческое вмешательство. У биолога не было никаких предлогов, чтобы задействовать робота именно сейчас.
— Запускаю ретрансляционный орбитальный спутник… пошел! — сказал Марк.
Пролетел месяц, и, несмотря на уникальность их положения, команда рвалась домой. На самом деле они здесь были больше не нужны — они не имели возможности спуститься на поверхность, а робокары могли продолжать исследования и сами по себе. Роботы записывали все, что им попадалось, отправляли данные на орбитальный спутник, а спутник пересылал их на Землю.
Уже сейчас полученные данные были захватывающими: Эллиот заказал вмонтированной в робокар химической лаборатории сделать анализ почвы, и к его радости (и удивлению), в ней не было обнаружено ничего, что могло бы причинить вред людям. Более того, местную растительность можно было есть, и судя по всему, она могла предоставить землянам какой-то необходимый минимум питательных веществ.
В почве имелась жизнь: без сомнения, эти создания заполняли экологическую нишу, отведенную на Земле насекомым. Были также организмы, зеленые, как трава, и похожие на кусты. И кроме того, были еще эти совершенно невероятные зайцеухие животные — единственные крупные существа, которых они обнаружили.
Эллиот предложил товарищам продлить срок миссии, доказывая, что на Земле все равно никто не заметит, а если и заметят, то волноваться не будут. Но Марк, как бывший военный, считал, что они не должны отклоняться от графика. Борису тоже не хотелось больше ждать. Да и сам Эллиот, слушая остальных, понял, что уже предвкушает возвращение на Лунную базу — где их, без сомнения, встретят как героев.
— Ну хорошо, — сказал Марк. — Борис, активируйте замедлитель Хиггса, и поехали домой.
Эллиот ожидал почувствовать знакомую легкость, ощущение потери плотности и радостное предвкушение возвращения на Землю через какие-нибудь шесть месяцев. Однако после того как Борис нажал кнопку, тяжесть Эллиота нисколько не изменилась.
— Что случилось?
Борис наклонился вперед и защелкал какими-то переключателями. Через несколько секунд он откинулся на спинку своего кресла и вздохнул.
— У нас проблема.
— Серьезная? — Марк вложил в это единственное слово целую вселенную тревоги.
— Может быть. — Массивные руки Бориса сжали рычаги. — Надо сделать диагностику.
— А что с двигателями Ричардсона?
Борис выпустил струю воздуха сквозь сжатые губы, издав звук, похожий на лошадиное фырканье.
— С двигателями отлично. — Он вперил свирепый взгляд в компьютер у себя на пульте. — Но без Хиггса мы не перенесем ускорение, чтобы дойти до околосветовой скорости.