«Если», 2011 № 07
Шрифт:
Не прошли авторы и мимо мистической стороны музыкального творчества. Некоторые из них настолько хорошо чувствовали всю невероятную силу, заключенную в музыке, что наделяли ее способностью двигать горы. Дж. Р.Р.Толкин и вовсе высказал идею, что своим возникновением мир обязан вовсе не словам демиургов, а музыкальным темам и мелодиям. В «Сильмариллионе» айнуры, духи-помощники бога-творца Эру Илуватара, в буквальном смысле «выпевают бытие»: «И тогда голоса айнуров, подобные арфам и лютням, скрипкам и трубам, виолам и органам, и бесчисленным поющим хорам, начали обращать тему Илуватара в великую музыку; и звук бесконечно чередующихся и сплетенных в гармонии мелодий уходил за грань слышимого,
Быть может, фантасты чаще, чем кто-либо, акцентировали внимание на универсальности, интернациональности и даже «интергалактичности» языка музыки.
Естественно, музыка часто звучит в «контактных» текстах, ведь это язык, понятный всем. Встречаются на страницах книг даже целые расы, не признающие никакого другого языка. Например, в известной повести венгерского писателя Ф.Каринти «Путешествие в Фа-ре-ми-до» Гулливер попадает на иную планету, где ее неорганические обитатели разговаривают при помощи разнообразных мелодий. Можно вспомнить и «Первых людей на Луне» Г.Уэллса, где среди селенитов обнаружились странные существа с видоизмененными органами тела — для исполнения громкой музыки и подачи сигналов.
Музыка как основной язык встречается также в сериале П.Энтони «Подмастерье адепта» и в трилогии Д.Варли «Титан».
Д.Вэнс в романе «Космическая опера» оперное представление перемещает от планеты к планете с одной лишь целью — «достижения взаимопонимания между различными галактическими расами». В романе Д.Виндж «Янтарные глаза» только ненормальный музыкант оказывается способен установить контакт с представительницей иной цивилизвации и спасти мир от космической катастрофы.
Похожий сюжет обнаруживается и в романе С. и Д.Робинсон «Звездный танец»: на этот раз бывший танцовщик и музыкант, а ныне калека оказывается тем единственным человеком, который благодаря музыке добивается Контакта с пришельцами и предотвращает космическую войну. На ту же тему — книги Ш.Теппер «После долгой тишины» и Д.Карвера «Эффект восторга». Да и в знаменитом фильме С.Спилберга «Тесные контакты третьей степени» общение с инопланетным кораблем начинается с проигрыша определенной музыкальной темы.
В романах Э.Маккефри «Певица кристалла» и «Киллашандра» проблема музыкального контакта с иными мирами поставлена на «профессиональную основу». Героиня — талантливая певица и музыкант — одна из немногих, кто способен работать с кристаллами, обеспечивающими связь и общение между разными планетами.
Впрочем, на межзвездных трассах музыкальные произведения — средство и межрасового контакта, и коммерческого обмена. Например, в романе Д.Брина «Звездный прилив» песни китов — один из наиболее востребованных земных товаров, поставляемых на рынки галактической цивилизации.
Но музыка в НФ не только универсальное средство связи. В романе Т.Диша «На крыльях песни» герой, используя «силу мелодий», научился освобождать и отправлять в полет свою душу.
В антиутопическом будущем, дегуманизированном и обездушенном, музыка также становится мостиком от сердца к сердцу. Тяжело талантливому музыканту в мире, где единственным искусством признается реклама, как это описал Л.Биггл в классическом рассказе «Музыкодел». Необходимо выкручиваться, чтобы не быть окончательно отвергнутым обществом. И в книге Д.Браннера «Цельный человек» ставший изгоем телепат-музыкант вынужден изобрести даже новый вид искусства — «ментальные концерты».
Многие писатели вообще не мыслят тщательно разработанных картин будущего без новой, доселе неведомой музыки. А некоторые
Иногда музыка вдруг оказывается творением двух «родителей» — искусства и науки. В романе К.Робинсона «Память о белизне» совершающий турне по Солнечной системе оркестр исполняет музыку, созданную и просчитанную физиком, который таким способом пытается доказать свою теорию: мол, вся наша Вселенная устроена в соответствии с эстетическими принципами музыки.
Образы композиторов и музыкантов из реальной, земной истории (или хотя бы мифологии) тоже нередко встречаются на страницах НФ-произведений.
Самым знаменитым музыкантом в истории человечества навсегда останется Орфей. И его образ, понятно, чаще других всплывает в фантастике. Наиболее ярким его воплощением оказывается главный герой романа С.Дилэни «Пересечение Эйнтштейна». Подобно древнему рапсоду, ему также пришлось снизойти в Аид в поисках своей Эвридики. Только это был Аид фальшивой реальности и инопланетного обмана. Любопытные НФ-интерпретации мифа предложили П.Андерсон в «Песни козла» и П.Маккиллип в «Безумном беге».
Д.Блиш в рассказе «Произведение искусства» отправляет Штрауса во временное путешествие в будущее. Лишь совершив этот необычный вояж, выдающийся немецкий композитор осознает, что владеет самым великим из всех «произведений искусства» — своим талантом.
Д.Лэнгдон в «Симфонии № 6 Трагической, минор. Сочинение Людвига ван Бетховена» и Б.Молзберг в романе «Хорал» обращаются к творчеству другого великого немецкого композитора.
Еще чаще героями фантастических произведений оказываются рок-герои недавнего прошлого: например, ливерпульская четверка (вспомним хотя бы «фантастико-биографический» роман Ю.Буркина и К.Фадеева «Осколки неба, или Подлинная история Битлз»), Д.Хендрикс («Мертвый певец» М.Муркока) и Э.Пресли — перечислять можно бесконечно.
Весьма подробную картину истерического культа, возникшего вокруг музыкальных идолов, нарисовали М.Суэнвик в «Празднике Святой Дженис» и Г.Бенфорд в «Создавая Леннона».
Но не менее интересны биографии выдуманных композиторов и певцов. «Обычных» гениев в романах пруд пруди, в памяти читателей остаются лишь самые оригинальные, ярко нарисованные автором. Таковой, разумеется, бард и музыкант Виктор Банев из «Гадких лебедей» АБС. В этом герое воплотились как художественные замыслы писателей, так и черты характера вполне реального музыканта и певца — В.Высоцкого. В итоге получился удачный литературный результат: одновременно полнокровный художественный образ и легко прочитываемый портрет культовой персоны.
В западной же НФ, безусловно, самый знаменитый бард, космический бродяга — слепой Райслинг, герой блестящей новеллы Р.Хайнлайна «Зеленые холмы Земли». Американскому фантасту удалось вылепить поистине романтический образ несгибаемого певца, верного своей судьбе и своему предназначению.
Из фэнтезийных примеров явную симпатию у читателей вызвал бард Лютик, друг и помощник ведьмака Геральта из обширного цикла романов А.Сапковского. Другой литературный бард Джон Сильвер стал главным героем романов М.Уэллмана «Старые боги просыпаются», «Повешенные камни» и «Голос гор». А.Д.Фостер и вовсе сочинил целый цикл о музыканте-волшебнике — «Чародей с гитарой». Герой цикла, обычный парень из нашей реальности, угодил в фэнтезийный мир и вдруг выяснил, что может колдовать, исполняя песни под гитару.