Эскейп
Шрифт:
– Чёрт! – ругаюсь, не в силах заткнуть свою ярость за пояс. – ЧТОБ ТЫ СДОХ, РОУЗ! – Подхватывaю со стола мятую газету с новостями двухмесячной давности, опускаюсь на кровать и несколько минут собираюсь с духом, чтобы вновь взглянуть на чёрно-белый снимок в одной из статей, для которой был выделен аж целый разворот.
Ханна… в белом платье, с букетом цветов в руках, с собранными в идеальную причёску волосами… Красивая,идеальная, бесподобная. Невеста.
Ханна… более несчастного взгляда, чем у неё на этом снимке, я ещё никогда не видел.
И я ничего не смог сделать, чтобы не допустить этой грёбаной свадьбы! Ни-че-го!
Всё её папаша… урод. А ведь когда-то он нравился мне! Когда-то считал его таким же идеальным примером для подражания, как и собственного отца! А они… они оба оказались теми ещё мразями.
Только полному идиоту непонятна цель этой свадьбы! анна просто пошла в оплату за повышение статуса семьи Прайсов. анну просто толкнули в эту яму! Чёрт, а она чем думала?! Почему ничего не сделала? Почему дае сбежать не попыталась?!
Чувствую себя беспомощным кускoм дерьма, обвиняя её в бездействии. Потому чтo и сам ничего не сделал. НИЧЕГО, чтобы помочь!
Мне и самому нужна помощь… Я в розыске. И возможно даже не в одном! После того, как забил на задание, порученное мне Джейкобом, вполне вероятно, что и сопротивление теперь считает меня предателем. Или же считает, что я просто сдох. Да и неважно всё это. Важно то, что у меня «связаны руки»,и то, что вот уже которую неделю я отсиживаюсь в одной из множества квартир, принадлежащих моему отцу, дверь от которой открыла мне мать.
Судя по тому, с каким безразличием она смотрела на все эти уродские декорации в одном из любовных гнёздышек своего мужа, о его изменах она давно знает.
А я вот не знал. Догадывался, да, но с поличным никогда не ловил. Да и… если честно плевать мне было по большей степени.
Мать заверила, что отец в командировке и вряд ли скоро вернётся, да и квартирой он этой давно уже не пользовался,так что на время можно укрыться здесь. Откуда моя мама знает все эти подробности, выяснять не стал. Думаю, что с того дня, когда Зака отправили в резервацию, ей так же, как и мне, стало глубоко плевать на Клейтона Поузи.
Благодаря наличке, что она мне оставила, я сумел нанять одного из уже знакомых мне обладателей низшего социального класса. Такие, как бедолага Винни готовы душу дьяволу продать и выполнить любую грязную работу, если оплата будет достаточно высока. В этот раз я нанял Марвина. Риск, однозначно. Но разве у меня есть другой выбор? Идти на риск – всё, что я могу, чтобы не упускать из виду Ханну, зная, какое чудовище теперь зовётся её мужем.
Две недели азад Марвин видел их на подземной парковке одного из казино, которым Роуз заведует. Роуз был пьян, а Ханна, как всегда выглядела так, будто её тело работает на автомате, ни одной эмоцией не выдавая, что – уверен, – творится у неё внутри.
Роуз ударил её. По лицу. Этот момент Марвин расписал мне во всех подробностях. Он разбил Ханне нос, а та взирала на него холодно и бесстрастно,так, словно он даже такого взгляда её не достоин. Назвав её грязной шлюхой, Роуз накрутил её волосы на руку,и силой потащил к машине.
С того дня о анне больше не было новостей.
Она будто пропала.
И вот я, как полный псих, места себе не нахожу, осушаю бутылку с виски,и хватаюсь за голову, в ожидании Марвина. Этим вечером он должен явиться с новостями. Даже если новостей как таковых и не
Но в этот раз мне повезло. Марвин выяснил, где этот ублюдок держит Ханну!
И я собираюсь туда.
***
Я вышел из своего укрытия.
Следующие несколько дней выслеживал одну из горничных, что работала в том отеле. Предложил ей деньги, взамен на информацию о Ханне. О номере, в котором Роуз её держит, а также узнал, что за последние две недели никто из персонала Ханну не видел, так что… Я решил, что даже если это будет последнее, что я смогу совершить в жизни, во что бы то ни стало вытащу Ханну из того ада. Но мне нужно было оружие. Об этой услуге я мать свою попросить не мoг; не мог собственными руками зарыть её еще глубже! Тогда пришлось пойти на ещё больший риск и навестить одного скользкого типа, работающего на сопротивление. Джейкоб ему доверял, вот и я решил довериться.
Клянусь, глаза Дэниса чуть не вылетели из орбит, стоило ему увидеть меня в подсобке свoей аптеки. Этот мудак был уверен, что я уже давно протянул ноги. Затем долго интересовался насчёт Дины и где её можно найти, чего я ему просто не мог сказать, так как и сам понятия не имел, что сталo с той ненормальной. В душе, разумеется, надеялся, что она смогла выкрутиться.
Я потребовал у Дэниса заряженный ствол, угрожая тем, что если пойду на дно,то обязательно не забуду упомянуть об одном сомнительном работнике аптеки, которого стоит проверить. И, к своему удивлению, даже долго е пришлось держать его за глотку, лишив возможности и дёрнуться. Дэнис даже ломаться не стал – практически сразу протянул мне пистолет с полной обоймой. И даже больше… Дэнис позволил мне думать, что не все люди, с которыми я имею честь быть знакомым,такое уж и дерьмо. н не стал сдавать меня сопротивлению и даже предложил помощь. Предложил побег из города, взамен на крупную сумму. Вот уж не думал, что в новом мире, деньги по-прежнему имеют такую власть…
Сказать, что я не заподозрил неладное – ничего не сказать, но на тот момент мне было плевать, во что выльется этот сомнительный договор, даже если в итоге мне придётся поплатиться за своё доверие жизнью. Жизнь Ханны, её свобода – вот, что былo для меня на первом месте, и единственным шансом вывезти её из города, было довериться Дэнису. Я сотни раз успел убедить себя в том, что если отец Джейкоб ему дoверяет,то и я должен, прежде чем получить от Дэниса время и адрес, когда на пересечении улиц Лейк-стрит и Фултон-стрит остановится школьный автобус и увезёт нас с Ханной подальше от этого продажного города и его ненормальной системы.
Тогда, я не думал, что будет дальше: куда мы отправимся, как будем жить, и как отнесётся Ханна к тому, кто окажется с ней на соседнем сидении. Всё чего я хотел, это наказать Роуза,и помочь девушке, что огда-то давно была моим другом. Да и… что уж там, нет смысла скрывать, что чувство вины, за то, что ей пришлоcь вынести из-за моей дурости, постоянно жгло сердце. Я хотел искупления. И жаждал мести за Ханну. И я её совершил.
Горничная подсунула записку, написанную от моей руки, под блюдо с десертом, которое оуз наверняка заказал для Ханны. И я молился всем Богам до привкуса крови на языке, чтобы Роуз не заметил это послание первым. Несколько раз даже невольно вспомнил этого напыщенного говнюка – Ноя, позавидовав его сообразительности. О, да, был бы Ной на моём месте, его план по вызволению Ханны был бы идеальным, не то что мой – дерьмо собачье. Но что поделать, если я не настолько умненьким родился?