Ещё один день
Шрифт:
Я почувствовал, как грудь наполнилась раскаленным свинцом.
«Твою мать, сука…».
И только это не позволило мне рухнуть на пол на том же месте, где я стоял.
«Твою, сука, мать…».
Я повернулся к насильнику, сел на него сверху, занес кулак и…
…Джеймс тихо рычал мне в ухо.
– Грин, твою мать, остановись.
Но я не мог. Я не мог заставить себя остановиться. Ярость застилала глаза. В груди бухало так, что гул крови оглушал.
– Остановись, Грин!
Но я не мог. Хотел бы, но не мог.
Кулаки, обтянутые митенками, не чувствовали боли, хотя я прекрасно знал, что завтра они напомнят мне о каждом ударе. Но сейчас…
Перед взглядом стояла Хоуп. Там, в коридоре, в Новом Орлеане. Она сидела на полу, перепуганная до смерти, в своем разорванном платье, с глубокими царапинами на спине. В голове сиреной зазвучал ее тихий шепот.
«Пожалуйста, дыши, еще один вдох».
Джеймс обхватил меня за запястья и с силой дернул мои руки вверх. Я потерял равновесие и едва не упал на раскрошенный череп мужчины. Он был мертв. Точно мертв.
Я дернул руки на себя. Я хотел удостовериться! Но Джеймс держал меня крепко. Он наклонился и прорычал мне в ухо:
– Нам нужно убираться. Времени нет, слышишь?
Я с трудом оторвался от говнюка, лицо которого превратилось в кашу, и повернулся к девушке. Конечно, это не Хоуп.
Медленно поднявшись на ноги, я приблизился к ней. Пленница всхлипнула и в ужасе забилась в угол. Она сжималась в комок и плакала, глядя на меня огромными от испуга зелеными глазами.
Сердце болезненно сжалось.
«Ты – не Хоуп».
Я опустился на край кровати на безопасном для нее расстоянии и осторожно протянул покрытую чужой кровью руку.
«Ты – не Хоуп».
– Мисс Мастерс, мы – от Вашего отца.
Девушка задрожала сильнее. Она тряслась так, что ее плечи бились об стены. Ее взгляд стал почти безумным, когда она посмотрела на мои руки и помотала головой.
– Пожалуйста…
Сердце конвульсивно дернулось в груди. Нервная боль пробила мышцы.
Я набрал побольше воздуха в грудь и слабо улыбнулся.
– Мисс Мастерс, все будет хорошо. Мы здесь, чтобы вернуть Вас домой.
Девушка снова помотала головой. Она с ужасом смотрела на мою окровавленную руку.
Я опять вспомнил Хоуп. Там, в гостиничном холле. Она смотрел на меня, пока я уничтожал ублюдка, который посмел напасть на нее. Тот парень, кстати, остался жив. Но Хоуп… В тот день в ее глазах был точно такой же ужас…
Я тряхнул головой и придвинулся ближе.
– Я помогу Вам.
Я выгнул брови и улыбнулся чуть шире. Девушка смотрела на меня с недоверием, но спустя пару секунд ее глаза заблестели от облегчения. Она поползла по кровати, взяла меня за руку и спустя мгновение повисла на мне. Тонкие руки обхватили мою шею.
Я осторожно поднял ее, повернулся к камраду и кивнул…
…Джеймс был впереди. Он вел нас, высматривая потенциальную угрозу. Отставая
Нам несказанно везло. Мы не только выбрались из дома, но и прошли почти все поселение, не привлекая к себе никакого внимания. Когда деревня закончилась, Джеймс повернулся ко мне. Он убрал нож и протянул руки.
– Теперь я.
Я вздрогнул и покачала головой. Сердце забилось сильно и неровно. Я судорожно прижал девушку к себе и сделал шаг назад.
– Я сам.
Джеймс шагнул ко мне и оскалился.
– Грин…
– Я сам!
Я посмотрел на девушку и сглотнул. Морок все никак не хотел развеиваться. От избытка чувств и эмоций пленница просто отключилась. Но она крепко держалась за мою шею, словно я мог ее бросить прямо здесь, на песок, и удрать.
Не мог. Я не мог разжать руки.
– Ты думаешь, я совсем тупой и не понял, что там произошло?
Я вздрогнул и посмотрел на камрада. Джеймс двинулся ко мне, и мне стоило титанических усилий остаться на месте.
Он тихо зарычал:
– Логан, это не Хоуп.
Я снова посмотрел на девушку, слушая гул крови в ушах. Да, она не была моей Хоуп, но…
«Твою мать, Логан! Что с тобой не так?!».
– Отдай ее мне.
Голос Джеймса звучал сурово, он словно приказ мне отдавал. И я выполнил его.
Я нехотя кивнул и передал ему пленницу. Когда ее тепло покинуло меня, сердце пронзила боль. Джеймс перехватил хрупкое тело поудобнее – девушка ненадолго очнулась, но тут же вцепилась тонкими пальцами в камрада – и кивнул в нужном нам направлении.
Стиснув зубы, мы двинулись к месту встречи. Туда, где Командор ждал нас с транспортом.
Через пару сотен метров я достал фонарь и несколько раз коротко посветил им в небо. Знак для прикрывавшего нас Коннора. Можно покинуть позицию.
Спустя полчаса мы добрались до машины. Мы несколько раз менялись. И каждый раз, когда девушка оказывалась у меня на руках, мое сердце бешено колотилось. И я повторял про себя, наблюдая за ней краем глаза.
«Ты не Хоуп, не моя Хоуп».
Командор сразу же завел двигатель, стоило нам показались в поле его зрения. Я осмотрелся и прищурился. С другой стороны к машине бежал Коннор. В его руках была зажата винтовка.
Добравшись до автомобиля, я дождался, пока Джеймс откроет дверь, осторожно усадил девушку на заднее сиденье и забрался следом. Джеймс забрался к ней с другой стороны.
Пленница резко проснулась и в ужасе уставилась на меня. Зеленые глаза были полны боли. Она всхлипнула и дернулась, но я быстро протянул к ней руки и прошептал:
– Все хорошо, я рядом!
И снова сердце пронзила боль. Я вытащил из-за сиденья свою куртку, и когда девушка забралась ко мне на колени и вцепилась пальцами в жилет, накинул ей на плечи.