Еще люблю, еще надеюсь...
Шрифт:
Уединившись в ванной комнате, Элен испытала облегчение и стояла под теплым душем гораздо дольше, чем хотелось. Филипп терпеливо ждал с полотенцем в руках.
Она собралась было сказать, что справится сама, но, глянув в его глаза, поняла, что это уже граничит с глупостью. Супруга потянулась за ночной сорочкой, но крепкие пальцы перехватили ее левую руку.
— Не надо, — тихо попросил Филипп. — Вся чувственность пропадает от этой одежды…
Элен затаила дыхание, губы задрожали, непрошеные слезы вдруг покатились по щекам.
— Как ты мог сказать
Филипп провел пальцем по ее носу, затем коснулся уголка губ.
— Очень просто, — ответил он.
Внутренне Элен бунтовала, но его легкое прикосновение уже принесло сладкое чувство облегчения, волной разлившееся по всему телу.
Я могу закрыть глаза, и тогда меня как бы не будет существовать, подумала она, поглощенная своими ощущениями. Два чувства боролись в ней: хотелось убежать, спрятаться, остаться одной, и в то же время она желала нового прикосновения его рук и губ. Второе чувство было явно сильнее — у нее вдруг появилось огромное желание воплотить в реальность все свои эротические мечты.
Филипп наклонился, нежно поцеловал жену в губы, и стон наслаждения непроизвольно вырвался из ее груди. Поцелуй заставил прижаться к нему, вызывая желание продолжить эту сладостную минуту.
Господи, забеспокоилась Элен, я просто таю, готова раствориться в любимом. Ей хотелось большего, чем слияние губ, много большего. Казалось, тело признало мужчину и теперь заставляло сознание сделать то же самое. Она опять чуть не заплакала, когда почувствовала, что Филипп отпускает ее губы. Он поднял голову, а жена все еще продолжала тянуться к нему, ничего не видя перед собой, сгорая от желания вновь слиться с ним в волшебном поцелуе. Понадобилось несколько секунд, прежде чем женщина смогла спуститься на землю.
Взглянув ему в глаза, она вдруг увидела, сколько в них неутоленной страсти. И чего-то еще, что невозможно было понять до конца.
Ее губы пересохли, прямо-таки горели, не позволяя произнести ни слова. Никогда еще Элен не чувствовала себя такой ранимой и беспомощной. В висках бешено стучала кровь. Она машинально попыталась поднять безжизненную руку, но лишь скривилась от боли.
— Я думаю, тебе пора в постель, — заявил Филипп, наблюдая, каких усилий ей стоило собраться с силами.
Он взял здоровую руку супруги, и при этом его пальцы скользнули по женской груди, но Элен почувствовала их силу, и снова горячая волна опалила ее.
Его глаза тут же насмешливо вспыхнули.
— Посмотришь телевизор или почитаешь?
Сделав усилие, женщина с признательностью кивнула и покорно позволила отвести себя к кровати.
— Пожалуй, посмотрю телевизор, — сказала Элен. — Поищу что-нибудь интересное.
— Ну отдыхай, дорогая, — улыбнулся супруг. — К тому времени как я побреюсь и приму душ, ты уже будешь крепко спать.
Наблюдая, как муж раздевается и идет в ванную, Элен вновь ощутила, что где-то внутри у нее рождается странное ощущение, сродни полету. Это все Фил! Это он зажигает такое светлое, всеохватывающее чувство.
Пока она,
Все эти мысли утомили ее, ресницы стали потихоньку опускаться, и вскоре Элен провалилась в глубокий безмятежный сон.
4
Дни бежали, и каждый следующий походил на предыдущий. Просыпались супруги довольно рано, одевались и отправлялись на прогулку по пляжу. Возвратившись, завтракали на открытой террасе, после чего Филипп исчезал на час в своем кабинете.
Это было единственное время, которое он уделял работе, не считая редких телефонных разговоров в течение дня. И всегда его деловые распоряжения были очень краткими.
Иногда они устраивали пикник на одном из соседних пляжей или в прибрежном парке. Несколько раз смотрели дома кинофильмы. Но ежедневно сразу после обеда отправлялись в маленькое путешествие по побережью.
С каждым днем боль в правой руке становилась все меньше и меньше, синяки проходили. Элен научилась самостоятельно снимать и надевать одежду. И считала это большим достижением.
Филипп был неизменно предупредителен, следил за тем, чтобы жена не уставала, и постоянно старался чем-нибудь ее развеселить.
Элен начала оттаивать и стала относиться к супругу почти с восхищением.
Она привыкла к легким прикосновениям его пальцев, к теплу мужских рук, обнимающих за плечи или замирающих на ее талии. А соприкосновение их губ доставляло истинное наслаждение. Женщина все чаще ловила себя на том, что с трудом подавляет сильное ощущение, которое появлялось вместе с поцелуями. Ночью она уже не чувствовала себя неловко, если их тела соприкасались. Не отдергивала в испуге руку, когда пальцы Фила сжимали ее запястье.
Однако все это время Элен видела, что он напряжен, с трудом подавляет страсть и держит себя под контролем. Иногда она получала подтверждение своим догадкам в его глазах, когда они темнели и вспыхивали огоньками.
Это пугало. Ведь то же самое происходило и с ней. Время от времени ее сжигало страстное ожидание, кровь стучала в висках, она сдерживала себя из последних сил.
В субботу и воскресенье шел дождь, заставивший их сидеть дома. А в понедельник неожиданно засияло солнце, небо было без единого облачка.
— Давай захватим немного еды и отправимся куда-нибудь на машине, — предложил Филипп, убирая со стола и закладывая грязную посуду в посудомоечную машину.
— Когда бы ты хотел поехать? — поинтересовалась Элен с таким воодушевлением, что он невольно улыбнулся.
— Позволь мне сначала провести часок в кабинете. А около десяти отправимся.
Место, где остановились супруги, было просто замечательным. Под огромными раскидистыми деревьями росла мягкая зеленая трава, между стволами просматривался песчаный пляж и сверкающая синь безбрежного океана. Солнце стояло высоко в лазурном небе, легкий ветерок укрощал полуденную жару.