Эртэ
Шрифт:
— Но мой господин, я не могу бросить влада. Он непредсказуем. Моя система… моя система всё- же вас предупреждает…
— Полная ерунда твоя система! Маг справляет свадьбу, а полумёртвый влад хочет её испортить? Полный бред, но скорее всего, мания преследования! Итак, мне некогда тебе объяснять, что ты должна сделать. Делай, что хочешь, но свадьба должна состояться по всем правилам земной жизни. Мою невесту должны уже привести в чувство. Я вижу, она проснулась, но не до конца. Как честный муж, я должен услышать её слова признания… Ну что-же, ровно в двенадцать я скреплю наш брачный союз пламенным поцелуем. И не только… И тогда на земле наступит великий праздник… Ты меня
Тяжелые шаги этого человека, словно камни, что бьют прямо в больное темя. Одно хорошо, они скоро затихают, но раздавшийся короткий вздох говорит о том, что женщина всё ещё здесь.
— Мой господин вполне доступно изложил свои мысли. Доступно, и логически правильно!
Женский голос молчит какое-то время, а затем продолжает, как-бы в раздумье:
— Только, если продолжить логически рассуждать, свадьба незаконна. Муж жив, жена выходит замуж за другого, к тому-же насильно. Полный абсурд по законам земной жизни. Межгалактический скандал, который едва ли поймут! Мне почему-то так кажется… Хотя…моё дело ко всему этому маленькое. Свадьба так свадьба, праздник, так праздник… Сообщение в Интернет? Пожалуйста! Ничего особенного. Состряпаем, и преподнесём… в лучшем виде! Переваривайте на здоровье!
Что это было? Так, поначалу мужчина и женщина вели странную беседу, затем женщина говорила что-то о предстоящей свадьбе, с чужой женой… Это скандал, но ровно в двенадцать некто скрепит брачный союз поцелуем. И тогда наступит великий праздник… Великий… Что-то довольно часто встречается это слово, с которым надо быть очень осторожным. Надо иметь чувство меры, что-бы назвать что-то великим, а что-то из ряда вон выходящим…
Как болит голова! Как она гудит, словно к ней подключена дюжина проводов высокого напряжения. Надо сделать массаж…точечный. Как учили их когда-то на дополнительных занятиях в институте. Пять раз круговых движений вперёд, пять раз назад. Пять вперёд, пять назад! Странно, почему при надавливании на кожу, под руками что-то покалывает. Словно это иголка. Можно было бы попросить незнакомку выдернуть эти иголочки из его кожи, Но кругом пусто, и никого нет в этой небольшой комнате, чрезмерно нашпигованной всевозможной аппаратурой и даже небольшим компьютером.
Компьютер! Он поможет отыскать ЭРТЭ. Но его тело неподвижно и совсем не поддаётся никаким усилиям. Ноги ничего не чувствуют. Кажется, они отключены от остального тела и теперь напоминают безжизненные обрубки. С какой стати? Он никогда не страдал заболеваниями ног. Наоборот, его ноги сильны, накачены, и даже являются предметом его гордости. Хотя и это неправда! Он никогда не обладал повышенным вниманием к своему телу, как к чему-то красивому и заслуживающему восхищение. Взгляды девчонок сокурсниц его совершенно не трогали, пока однажды, на пляже, он не увидел восхищенный взгляд Маринки, смешной конопатой девчонки. Вначале его поразили её синие глаза, а потом её имя. Её имя означало морская…
Морская принцесса! Или русалка. Она была похожа на неё. С длинными русыми косами и глазами чистого весеннего неба, или моря, когда на нём полный штиль…
Стоп! Марина! Как он может спокойно лежать здесь, и думать о всякой ерунде, когда там, в огромном зале находится его жена. Его законная супруга, которую хотят выдать сегодня замуж, к тому-же насильно, совершая тем самым настоящее беззаконие…
Какие странные мысли, такие и видения! Отчего только сейчас, он заметил высокую стройную женщину, что стоит у окна, обхватив руками свои узкие плечи, словно она замёрзла.
— Да, я очень замёрзла! — чуть слышно шепчет женщина, как-будто подслушав его мысли. —
— Это вы мне говорите? Мне, спеленатому как кукла, лежащему на операционном столе… Мне?
Что-то происходит с женщиной. Она, словно сгибается напополам, поперёк, по — видимому его слова приносят ей невыразимые страдания. Она становится бледной и совсем прозрачной. Кажется, ещё мгновение и женщина растворится в багрово-красном закате заходящего солнца.
— Куда же вы, о, самая благородная из дам! Ах да, я понимаю, вы одна из тех призраков, что заполонили бал. Как странно, вы сострадаете простому смертному, а сами ждёте, когда напъётесь его крови… Вы развязали мне руки? Непонятно зачем, но большое вам спасибо, теперь…
— Выдерни чип! Выдерни… — отчаянный женский вопль, скорее всего, похож на шепот умирающего, трупом падающего наземь.
Но нет. Это ведь не человек, а обычный призрак, которого не стоит бояться. Призраки всегда исчезают, словно их никогда и не было рядом с вами, но эти глаза женщины, чёрные, удлинённые, горят в пространстве комнаты неистово и умоляюще. Точно так-же когда-то они его умоляли пощадить, отпустить, не называя, не узнавая…
Тяжелая рука, словно налитая железом, тянется к виску. Неимоверная тяжесть в голове, тяжесть в пальцах, которые слегка пощипывает, словно от мороза… Что это? Капля крови выступила на пальце! Кровь тут-же сворачивается в мягкий упругий шарик. На это требуется время. И почему это должна быть именно кровь? Только это похоже на след от укола очень тонкой иглой…
"Игла… илга…агил…гила…гил…"-путаются мысли.
Гил- гил- гил…отстукивает ритм странная музыка. Скорее всего, это пульсирует тот маленький, едва ощутимый проводок, который похож на тонкий волосок у виска, хотя это и есть то, что следует удалить. Это микрочип! Висок незащищён, а значит, его мысли становятся достоянием других…
Непослушные пальцы скользят по холодной коже виска. Это, только кажется, что так легко и просто дотянуться до собственной головы и дёрнуть за маленький тоненький волосок. Не-е-ет! Иногда это сделать бывает очень трудно, и почти невозможно. Так происходит в том случае, когда твоё тело почти на девяносто девять процентов уже замороженная мумия… или обычный труп…
Есть! Маленький, упругий, чуть ощутимый волосок почти не виден, но он уже в руках, и от него идёт небольшое, едва ощутимое напряжение, словно от электрического провода…
— Убирай чип! Быстрее…быстрей…
Кто знает, какие усилия необходимо порой сотворить человеку, прежде чем что-то получится путное из всех его действий. Действий разумного гомосапиенса! И как порой человек совершает, казалось бы, невозможное, мобилизуя все свои силы, что-бы сотворить чудо или подвиг, порой не замечая, как хрупкий волосок из его рук падает на зеркальный пол, теряясь навечно в пространстве. Ну, упал и упал! Значит, туда ему и дорога!
Первыми стали отходить ноги, которые доктор тут-же освободил от пут марлевых повязок. Поднявшись с операционного стола, хватаясь руками за тумбу, кровать, стены, он побрёл к женщине, что распростёрлась на полу у окна. С какой стати ему показалась она призраком? Это обычная женщина, только очень худая и бледная. Её впалые щёки так холодны, а губы покрылись синей каймой, что становится немного не по себе. Да, она кажется ему неестественно худой, и прозрачной. Её морили голодом? Да нет, едва ли это оправдано в наше время. А чем тогда спровоцирован этот обморок, после которого женщина начинает постепенно приходить в себя. Кто она? Обычная земная женщина, призрак, или… или всё-же…