Эромагия
Шрифт:
Владелица постоялого двора не заставила себя долго ждать и вскоре возникла на пороге кухни с большим котлом в крошечных ручонках. Несмотря на субтильную внешность, старушонка бойко семенила, почти не сгибаясь под весом внушительной посудины. Из-под крышки валил пар.
Ни слова не говоря, хозяйка водрузила котел на стол и скрылась. Шон приподнял крышку и втянул горячий пар.
— А хозяйка — повариха что надо. Ни перцу не пожалела, ни пряностей, — заметил проголодавшийся Тремлоу.
— Не пожалела, милые, не пожалела, гостенечки дорогие, — затарахтела старушка, вновь появляясь на пороге с подносом, полным
Гости разобрали миски с ложками и принялись за еду. Аназия помалкивала в своем углу. Анита решила, что, возможно, несмотря на разговоры о режиме и фигуре, в облике метлы лаборантка все же не нуждается в плотской пище. Зато она с лихвой возмещала этот недостаток пищей духовной — то бишь всю дорогу трещала без умолку. За этими мыслями Анита проглотила первые несколько ложек, не разбирая вкуса, только потом прислушалась к собственным ощущениям. Пожалуй, детям такого давать нельзя, решила ведьма-воспитательница. Слишком перченое и пряное.
Анита едва съела половину миски, как ощутила сонливость. Устала с дороги. Шон, одолевший за это время уже две порции, тоже зевнул.
— Хорошо, — заявил он. — Теперь бы поспать…
— Да, — согласилась Беринда. — Теперь спим, а с рассветом — в путь. Явимся в Адиген, уж там-то они не отвертятся, за все получат у меня… Гномам запрещено портал для гостей закрывать, так что они, голубчики, волей-неволей будут вынуждены ответ держать! Эй, хозяйка, нынче гномы этой дорогой не проходили?
— Нет, почтеннейшая колдовская начальница, не появлялись. Да этой дорогой теперь мало кто пользуется, в обход леса тракт имеется, в богатые деревни заходит, так купцы больше им ездят. Чтоб в деревнях торговать, значит. Если кто о нашей лесной дорожке не знает, тот точно по большому тракту двинется.
— Ага, — заключила Беринда, широко зевая, — значит, мы вполне можем всю ночь отдыхать. Я мелких паразитов опередила, пока на метле…
Тут верховная ведьма вновь зевнула.
— …И теперь еще мы по лесу дорогу срежем. И если они свой ход затопили, то, может, как и мы, поверху к Главному Порталу движутся… Если… Ох, как спать хочется… Если мы завтра поспешим, то, возможно, перехватим их с Сердцем Мира в Адигене… Ох, что-то совсем я… Веди в комнаты, хозяйка…
Анита почувствовала, что глаза закрываются сами собой — разморило после долгой дороги и сытного ужина. Ведьма с трудом поднялась и поплелась следом за Шоном с Бериндой. Крошечная хозяйка семенила впереди с тусклой лампой. Гуськом поднялись по лестнице на второй этаж. Пока шли, Анита засыпала на ходу, и едва ей указали кровать с толстым тюфяком, тут же повалилась на него. Она даже не услыхала, как рядом улегся Шон, как хозяйка повела зевающую Беринду в соседнюю комнату…
Снилась всякая ерунда. Снилась странная старушонка — будто бы она вдруг зовет Аниту в какую-то темную комнату… потом принимается раздеваться, и с каждой снятой юбкой становится выше ростом и моложе. Потом хозяйка постоялого двора стягивает тюрбан, и по плечам рассыпаются черные волосы, тут ведьма понимает, что это уже вовсе не старуха, а молодая женщина… очень похожая на нее, Аниту! Потом злодейка, мерзко хихикая, удаляется, а ведьма не может сделать и шага, как это бывает в кошмарном сне. Она понимает, что хозяйка пошла соблазнять ничего не подозревающего
— Произнеси заклинание против сонного зелья, произнеси заклинание против сонного зелья…
Нет, это не Анита шепчет, это ей в ухо твердит визгливый голосок:
— Произнеси заклинание против сонного зелья! — но губы Шона по-прежнему касаются ее губ…
— Я не помню заклинания, — сонно бормочет Анита, уже успокоившись, потому что рядом с рыцарем не мерзкая старуха, а она сама. — Отстань, я спать хочу…
— Тогда повторяй за мной! — не отстает голосок и в самом деле принимается читать заклинание.
Анита повторяет, чтобы обладатель визгливого голоса отстал… А после сонливость прошла, и ведьма рывком села в кровати. Шон рядом заворочался и тоже проснулся:
— Что? Мне показалось… Что случилось?
— А, проснулись наконец! — завизжала Аназия. Это ее желтые прутья-волосы, оказывается, щекотали Аниту во сне. — Дрыхнете! Спите! А там! А там!
— Что? — Голосу Шона уже был совершенно трезвый.
— Беринду украли! Вас зельем опоили, сонным зельем! Я сперва не поняла, потому что в похлебку специально перца положили, и травы разные положили душистые, и эту заморскую приправу, я тоже ее люблю, только кладу не так много…
— Быстро говори, кто украл. — Шон метнулся к двери, прислушался, обернулся к Аназии. — Сколько их? Куда потащили?
Метла от волнения завертелась волчком.
— Да не знаю кто! Темные такие, страшные! В окно влезли! Они, должно быть, все время туда лазят, когда в угловой комнате кто-то ночует, там даже водосток сломан! Они полезли, я сперва не поняла, а потом они выносят мешок, а морды у них такие жуткие, такие темные, а из мешка — храп! Уж я-то знаю, как Беринда храпит, ни с чем не спутаешь! А хозяйка скачет вокруг них: «Оставьте мне одежу! Оставьте! И бусы на память! Бусы на память!»
— Так, понятно, — кивнул Шон. — Будем выручать Беринду. Куда ее потащили? И где мой меч?
Тут Аназия вдруг разревелась. Странно было видеть, как капли брызжут между прутьев, стянутых бантом.
— Я не знаю… Испугалась я… вы все меня не любите, вы меня в угол… Я обиделась, а потом испугалась… А у них такие морды…
— Ладно… — сказал Шон. — Попробуем найти… А вы пока…
— Я с тобой! — заявила Анита. — Одного не отпущу.
— И я! — подхватила Аназия. — И я! Ни за что здесь одна не останусь!
Рыцарь только рукой махнул. В коридоре было темно, дверь комнаты, в которой ночевала Беринда, оказалась открыта, и на полу перед ней лежал прямоугольник серебристого лунного света. Осторожно спустились в зал. Почти все лампы давно погасли, только в двух едва теплился красноватый огонек. Шон объявил:
— Сейчас выйдем за ворота, оглядимся. Ты, Аназия, взлетай повыше и смотри, не видать ли в округе движения.
Спасательная экспедиция покинула здание. Во дворе было тихо и пусто. Шон кивнул Аназии, и метла-блондинка взмыла ввысь. Рыцарь собирался оглядеть двор в поисках следов, но этого не потребовалось — Аназия тут же возвратилась и затарахтела, вертясь и раскачиваясь в полуметре от земли: