Эридан 2
Шрифт:
— Простите меня Великая.
Кое-как выдавила из себя героиня, причём умудрилась это сделать, с погруженной в землю головой.
Грубо вырвав её из дыры зло словно тряпку швырнул в сторону выхода. Пушечным ядром Эрвье снесла тканевые двери и пролетев добрый километр до Леса, с громким треском врезалась в лесной исполин, выбив из него веер щепок.
— Если она не сдохла передай ей, что следующего урока не будет, я просто оторву ей голову.
Выйдя из шатра я больше не сдерживаясь рванул в Лес.
Глава 29
Раздражённым метеором пролетел пару километров, но во время вспомнив,
остановился.
— У-у-у. Холера.
Погрозив кулачком в сторону лагеря пошёл обратно, далеко отрываться от отрядов «распаковщиков» тварей и алхимиков было глупо. Чтобы не терять времени зря, на обратном пути, стал бегать по лесу зигзагами постоянно нюхая воздух и в конце концов напал на свежий след. Судя по резкому запаху тварь была хищная, хотя других в Лесу, мне и не попадалось. Играть в ребусы с животным и распутывать его следы мне не хотелось, поэтому я сразу «подрубил читы». Волшебный компас как всегда не подвёл безошибочно указав на восток. Несколько минут бега завели меня в такие мрачные дебри, что даже мне стало не по себе. След привёл к титаническому бурелому из лесных великанов.
«Где-то здесь спрятано логово твари».
Долго ползать по листве не пришлось, очень скоро хищник меня почуял. Серая тень без чётких очертаний выпрыгнула из под гигантских корней и через мгновение растворилась в воздухе.
— Э-э, да я знаю кто ты.
Велох Умбра, монстр-неведимка когда-то давно я едва не стал обедом подобной твари.
«Эта пожалуй покрупнее будет».
Несмотря на невидимость, я чуял тварь, а вспомнив о ещё одном навыке, стал видеть её душу. Ждать когда осторожный хищник обойдёт меня со спины я не стал, мгновенно ускорившись ударил открытой ладонью по голове умбры и едва успел перехватить жадные «ручонки» Эльки, что потянулись за душой хищника.
«Нет уж, хватит с меня осколков тварей и животных».
Схватив четырёхметрового хищника за хвост побежал в сторону лесного лагеря, который уже должны были разбить Зверобои. Найти толпу людей, галдящую и воняющую на весь Лес было не сложно. Под охраной героев и магов несколько десятков человек споро ставили палатки, из жердей, нарубленных тут же, сколачивали разделочные столы и навесы. Моё появление с тварью на прицепе вызвало фурор.
— Велох Умбра!
Обрадовался мастер Рэм первой добыче.
— Не плохо, я бы даже сказал очень не плохо.
Довольный добычей Мечник жадно потeр руки.
— На сколько потянет?
Мастер прищурил левый глаз и склонив голову к правому плечу оценивающим взглядом взвесил тушу.
— Тварь взрослая, самец, тут одна только железа-inconspicuus на полтысячи потянет.
— Что за железа?
— Один из основных органов отвечающих за невидимость. Он выделяет специальную секрецию гуанин, что взаимодействуя с хромотографами…
— Э-э-э, спасибо мастер Рэм.
Прервал я зверобоя, удивлённый его новой стороной.
«Не знал, что он ещё и учёный».
— Если вас интересует общая стоимость всей туши, то после разделки и обработки, примерная стоимость будет колебаться от девятисот, до тысячи ста дукатов.
— Спасибо мастер, так мне более понятно. Следующими моими жертвами стала стая птиц живущих на вершинах деревьев, по мимо размеров и сверх жёстких перьев, твари отличались от обычных птиц длинными клювами набитыми зубами и невероятной
Собрав в кучу свою добычу, сбегал в лагерь и коротко обрисовал носильщикам где искать туши. По дороге в лагерь старался убивать всех встречных монстров, чтобы обезопасить перевозчиков. Но в итоге попался какой-то нелепый подземный ёж, размером с пони. Стоил он тоже немного, всю его тушу целиком, алхимики оценили в десяток золота.
«И когда я успел так зажраться? Десять дукатов мне уже маловато, какой-нибудь крестьянской семье их хватит почти на год жизни».
Чтобы моим мясникам не приходилось отвлекаться от работы, на всяких порождений Кандарийской Чащи, приходящих на запах крови, я стал бегать вокруг лагеря по расширяющейся спирали, убивая, всех встречных животных, даже если его цена была всего пару золотых. У же к вечеру, смог зачистить два десятка квадратных километров.
Несмотря на опустивщуюся на лагерь ночь, работа не прекратилась, разложив побольше костров алхимики и прочие «засольщики» продолжили ударно трудиться. Мастер Рэм тоже находился в лагере, совсем недавно вернувшись из глубин Леса, куда ходил вместе с носильщиками, за очередной партией убоины.
«Интересно, а разумных тварей они пользуют».
С этим вопросом я и подошёл к Мечнику.
— Согласно Большому Имперскому Своду существуют, только три разумные расы, это люди, бревис, больше известные как гномы и альвы, все остальные, считаются полуразумными или условно разумными монстрами и законами не защищаются.
«А ребятки то, фашисты похлеще англичан».
Мне почему то сразу вспомнились гоблины, что имели свой язык, причём достаточно богатый, что уже говорило, о довольно развитой культуре. Кроме гоблинов были и другие менее известные расы, причём некоторые даже имели свою письменность, что впрочем не помешало Империи их загеноцидить, прикрываясь Имперским Сводом.
— А почeм вампир?
Спросил я мастера с самым невинным видом. Рэм бросил на меня острый взгляд и ответил.
— Если бы закон «о условно разумных чудовищах» не запрещал торговлю органами таких тварей, то старый вампир, не моложе двухсот лет, стоил бы не меньше десяти тысяч, это конечно если его доставить «живьём», цена, за окончательно мёртвого ниже на порядок. Причём каждая следующая сотня лет добавляет три- четыре тысячи дукатов. За тысячилетнего вампира архимаг Арвей Химеролог предлагал Гильдии сто тысяч дукатов, конечно это было полвека назад, но заказ до сих пор не снят.
— Значит, если бы у вас вдруг появился такой вампир, вы бы смогли его продать?
Мастер усмехнулся.
— Боюсь, если бы у нас появился такой вампир, то очень скоро это мы бы появились у него,…в качестве рабов-трэлов. Но это конечно, если бы у нас не было героя золотого ранга.
— Будет у вас вампир, может и не такой старый, но уж точно не вьюноша. Напишете вашему архимагу, может возьмёт кого помоложе.
Мечник усмехнулся и в характерном жесте потeр указательный и большой пальцы. Я сморщился, как будто раскусил лимон.