Эра Водолея
Шрифт:
– Познакомимся с вами, – перевёл я взгляд на цветика-семицветика, сидевшую напротив. Девушка казалась не такой строгой и непреклонной, как интеллектуалка. – Те же вопросы, что и к Стефании.
– Меня зовут Гетти Квин, – скромно представилась красавица. Развязный тон исчез, и теперь девушка говорила со мной, наверное, как с преподавателем – официально и отрешённо. – Учусь в Делийском университете. Индия. Пита джи (инд. папа) и мата джи (инд. мама) подарили мне поездку за хорошую учёбу.
Звучало впечатляюще. Космотур великолепная награда, учитывая его стоимость.
Я посмотрел на девушку. Если бы не дата рождения в анкете, дал бы Гетти шестнадцать или восемнадцать. Но не двадцать три. Да и выглядела она в тинейджеровском наряде не по взрослому. На плечах кремовая блузка с молнией, оголяющей живот с соблазнительным пупком. Ниже талии коричневая юбочка в клетку. На ногах модные кроссовки и ультрасовременные гольфы с вышитыми звёздами. Из косметики лишь помада. Да к свежей бархатистой коже и не нужна краска. Девушка и так потрясающе выглядела.
– Что вы делали в помещении, где вас задержали?
– Я хотела увидеть панно, – сказала Квин. – Ну, с изображением атомов. Я пыталась определить элемент. Мы в университете сейчас проходим химию. Наверное, увлеклась. А затем полицейский наорал на меня. Я расстроилась, и теперь жалею, что прилетела сюда. Здесь столько правил.
Сама невинность. Но то панно на третьем этаже, а туристов водят лишь по первому. Не так уж красавица и безгрешна, как хотела показать. Налицо грубое нарушение правил музея.
Я вздохнул и переключился на следующую задержанную.
– Представьтесь, – обратился я к интеллектуалке. Теперь мне требовалось холодной воды, чтобы умерить разыгравшееся воображение.
Девушка взяла руки в замок и обхватила перекинутое через ногу левое колено. Затем осмотрела меня с ног до головы, словно оценивая личность, скрывшуюся за крепостью из стола и монитора. Но отвечать не спешила.
На девушке строгий костюм чёрного цвета в тонкую белую полоску, состоявший из трёх предметов: жакета, юбки и жилета. На ногах туфли.
– Итак? – поторопил я.
– Патриция Алисандро Пепе, – сухо представилась девушка. – Работаю в компании по продаже недвижимости. Проживаю в основном в Гонконге. У подруги кровь пошла носом. С ней иногда случается. Мы не стали никого беспокоить, и решили немного задержаться. Я и не думала, что здесь такие строгие законы.
Интеллектуалка приврала. Насколько я знал, экскурсантам обязательно доводили правила музея.
Я набрал на клаве: Патриция Алисандро Пепе. В анкете указано: проживает в Гонконге и работает в агентстве по продаже недвижимости. Помимо городской квартиры, есть земля в России, доставшаяся в наследство от дяди. Патриции двадцать пять. Разведена. Хобби – прочерк. Но, видимо, по настоянию принимавшего анкету клерка, дописала: люблю готовить и читать книги. Хм. Я бы скорее поверил во второе.
– Кто ваша подруга? – спросил я.
– Альберта Таскани, – кивнула девушка на сидевшую рядом красавицу.
– Альберта Таскани, –
– Да? – тут же отозвалась соседка Пепе.
На плечиках девушки лёгкая накидка из белой искусственной шерсти. Свободное платье того же цвета. Под ним угадывались кружевные трусики и бюстгальтер. (И почему я на них обращаю внимание?)
Широкие закрученные локоны равномерно покрывали голову. Казалось, бигуди сняла, а расчесаться забыла. Косметики тоже немного: подведены брови, тушь и помада.
– Ваше объяснение, – поинтересовался я, набирая имя.
– Что тут добавить? – пожала Альберта плечами. – У меня иногда случаются носовые кровотечения. Сегодня днём во время экскурсии я почувствовала слабость, а после у меня обычно идёт кровь. Мы с Патрицией немного отстали от группы. А затем пришли солдаты и арестовали нас. Вот, собственно, и всё.
Я всмотрелся в лицо Альберты. Краткой речью девушка произвела впечатление. И не тем, что сказала, а как. Представьте королеву, решившую прикинуться, ну, скажем, птичницей. И одета, как простая женщина, и лицо измазано. Но попробуйте заговорить, и поймёте: вы беседуете не с той, кто всю жизнь проработал на ферме. Дикция, аура величия, само построение речи – выдавали особу голубых кровей. Но почему она решила влезть в шкуру обыкновенной девушки, и представиться невзрачной простушкой? Загадка. Кто же ты на самом деле, Альберта Таскани?
В анкете написано: художница. Гражданка Италии. Нигде не работает. Живёт на доходы от продажи картин. На банковском счету приличная сумма (приписка ручкой – в несколько миллиардов лир) – наследство покойного мужа, скончавшегося от инсульта. Возраст: двадцать семь. Есть пятилетняя дочь Мария. Альберта проживает на яхте и путешествует по всему миру. Недвижимость на Багамских островах.
В разделе хобби: вся жизнь. Оригинально. Хотя, если подумать, так мог написать вполне счастливый человек. Кстати, жить на яхте моя детская мечта, к сожалению, так и не реализовавшаяся.
Стук в дверь отвлёк меня.
– Кто там? – спросил я, отрывая взгляд от экрана.
Створка приоткрылась, и капитан Бренер поманил меня пальцем. К собственному удивлению, я даже обрадовался, что появилась возможность отдохнуть от женского общества.
А, кроме того, я надеялся, что начальник службы безопасности облегчит мне жизнь и скажет: девушек можно отпустить. И я (наконец?), расстанусь с ними. Поверьте, с прекрасным полом лучше иметь дело в иной обстановке, а не в тесной полицейской каморке и, желательно, не со столь большим количеством.
– Сейчас вернусь, – сказал я дамам и, заметив их настороженные взгляды, ну не мог удержаться, чтобы не закончить шуткой: – А вы, пожалуйста, не расходитесь.
На мою плоскость дамы ответили презрительным молчанием. И я трусливо сбежал, чтобы не потерять таявшее самоуважение.
Капитан Генри Бренер образец бравого солдата. Форма, состоявшая из голубой сорочки с офицерскими нашивками и тёмно-синих брюк, не имела ни одной лишней складочки. На голове армейский ёжик, подбородок чисто выбрит, тело бугрилось мышцами.