Эра героев. Антимаг
Шрифт:
«Вколите мне двойную дозу адреналина или чего угодно, но заставьте меня уже очнуться!»
– Уж не знаю, каким чудом тебе удалось пережить два ранения из этой штуковины, – продолжил скелет. – Но этот пистолет еще может выпускать маленькие металлические шарики, которые оставляют такие же крохотные дырочки во всем, что помягче. Так что тебе очень повезло: думаю, первой же пули тебе хватило бы на билет в один конец прямиком в загробный мир.
Слушая вполуха увлеченно тараторившего мертвяка, он попытался вспомнить последние мгновения в своем родном мире. И наконец из тумана прошлого
Было уже поздно, фонари, как всегда, горели через один, да еще падение. Он ничего не разглядел, но его пальцы наткнулись на какой-то предмет, а потом словно подул ледяной ветер, проходивший через одежду и тело. И вдруг все вокруг притянулось к нему, а уже через мгновение вселенная разбежалась вновь. И тут же его жестко приняла в свои объятия земля. И он очутился в этом лесу. А та вещичка, что он схватил, была похожа на моток проволоки. Вроде он решил ее выкинуть, но, впервые услышав вой той ночной твари, положил вместо этого в карман.
«Не мог же я потерять эту штуковину?»
В передних карманах джинсов было пусто, но в заднем пальцы коснулись прохладного металла. И вот тускло блеснул спутанный моток тончайших металлических нитей, сплюснутый после нескольких падений в почти плоский комок.
Скелет тут же замолчал на полуслове и заинтересованно уставился пустыми глазницами на его находку.
– Можно?
– Держи, – эта вещица казалась ему куском хлама.
Фаланги скелета ловко повертели врученную штуковину, а затем с легким щелчком на костлявой кисти развернулась проволочная сфера. Часть металлических нитей тянулась в центр, но, не доходя его, казалось, растворялась, теряя очертания.
– Вот теперь твои безумные рассказы звучат более правдоподобно, – заявил скелет. – Эта штука, похоже, вмещала океан энергии. Но сейчас полностью разряжена.
– Электрической? – В его голосе звучала робкая надежда на логичное объяснение.
– Я не знаю, что это такое, – пожал плечами костяк. – Да и не у меня надо спрашивать. Я простой мертвяк, хоть и много повидавший на этом свете. Я говорю об эфире. Энергии. Даже Энергии с большой буквы. Это источник созидания и разрушения, жизнь и смерть в одном флаконе!
Когда выяснилось, что драматическая пауза, выдержанная скелетом, не произвела на его собеседника должного впечатления, костяк удрученно вздохнул.
– С помощью электричества можно заставить двигаться множество вещей, – ему пришлось самому нарушить наступившее молчание.
Вновь компактно сложив сферу, костяк протянул ее обратно. И вещичка снова заняла свое место в глубине его кармана. Если уж это было что-то ценное, хранить следовало у себя.
Кошмар был на редкость реалистичным. Он уже слышал как-то о методике управляемых сновидений, но так никогда ее и не попробовал. Значит, следовало получать удовольствие! Он всегда мечтал погеройствовать, зная заранее, что бессмертен и все понарошку.
«Интересно, а летать не получится? – Он даже чуточку подпрыгнул, скривившись от боли в ноге. Голень все еще болела после бурной ночки. Ныло по-настоящему. – Надо бы поосторожней».
Скелет сжал найденный пистолет в том месте, где у современного аналога располагалась крышка затвора,
– Это кристалл осция, его используют, чтобы запасать эфир. Есть материалы, проводящие его, и вещества, которые не пропускают. И есть существа, умеющие творить из энергии эфира, как мастера из глины.
– Этот ваш эфир, будто магия какая-то, – скептически произнес он.
– Нет, я говорю про волшебные слезы девственницы, собранные в период урожая, – фыркнул скелет.
– Правда? – Ирония в голосе собеседника с трудом доходила до его сознания, находящегося на грани тихого помешательства.
Скелет попытался изобразить жест «рука-череп».
– О боги, ты прав, у тебя явно плохо с головой, – вздохнул костяк. – Да! Эфир – магическая энергия, распространенная повсюду: и в воздухе, и в воде, и даже пронизывающая скальные породы. Из эфира черпают свою силу чародеи, его используют для зарядки кристаллов и рун. Быть может, ты еще чего-то не понимаешь? Ты не волнуйся и спрашивай обо всем! У меня же нет других дел, кроме как стоять тут с тобой и болтать об устройстве мироздания!
– Где я, вообще, оказался? – Он поежился, не понимая толком, злится или шутит его новый знакомый.
– Где? В Ардасе! – эмоционально взмахнул конечностями скелет, но через секунду как-то поник и без слов показал костлявыми пальцами за спину.
А ведь он совсем забыл о городе. До самого горизонта простиралась отливающая сине-зеленым в свете восходящего солнца морская гладь. А на песчаном берегу, на холмистой равнине и на десятке мелких островов раскинулся город.
Он словно сошел с гравюр викторианской Англии. Каменные и кирпичные дома с черепичными крышами выстроились вдоль узеньких, извилистых мощеных улочек. Над жилыми кварталами возвышались купола храмов. Устремленные в небо башни отражались в мутных водах каналов. Сооружения, украшенные колоннами и барельефами, вольготно расположились вдоль широких проспектов, упирающихся в площади с готическими зданиями.
Словно исторический центр маленького городка в Западной Европе – только вот перед ним был громадный город.
В море протянулись километровые каменные пирсы огромного порта, поднимались воздушные замки из многочисленных парусов. Между гордыми парусниками виднелись и суда, похожие на пароходы с колесами по бортам. Столько фрегатов и клиперов не наберется во всех музеях мира. Прямо какой-то девятнадцатый век, хотя все это можно было объяснить бережным отношением к истории.
В небе над городом парил корабль. Не какой-нибудь огромный дирижабль или воздушный шар – настоящий корабль. Деревянный корпус, оббитый металлическими пластинами, несколько палуб, три пятидесятиметровые мачты, паруса и масса снастей. С бортов мрачно смотрели на лежащий внизу город десятки орудий различного калибра. А под килем судна бешено крутились лопасти многочисленных пропеллеров. Над жилыми кварталами завис настоящий фрегат времен Наполеона.