Эпсилон Эридана
Шрифт:
— Тот, кто это сделал, достаточно жесток. Пострадало множество людей.
— Тот, кто это сделал, руководствовался не моралью, а целесообразностью. При пересадке растений часть его корневой системы неизбежно повреждается. И некоторое время растение болеет.
— Это не оправдание. Тот, кто нас пересадил, не интересовался индивидуальными судьбами. Нас вообще не спрашивали, хотим ли мы такого переселения. Не уверена, что с точки зрения кампанеллян, заброшенных сюда, оно было так уж целесообразно.
— Маша,
Маша вздохнула.
— Наверное, на большее с нашими скромными возможностями трудно рассчитывать. Что же еще тебе удалось понять?
— Не так уж и много, но… кое-что. Судя по всему, Вселенная, в которой мы оказались, развивается динамичнее нашей родной. Время течет здесь явно быстрее. Возможно, кому-то недосуг ждать, когда тут цивилизуется собственная жизнь. Вот и пересадил он нас в гости к ящерам.
— Зачем на одну и ту же планету?
— Не знаю. Вероятно, и в этом есть смысл, но пока я его не нахожу. Он должен быть, поскольку невероятно, чтобы здесь для жизни оказался пригодным один-единственный Терранис. Возможно, смысл в том, что, взаимодействуя, две цивилизации смогут развиваться быстрее. О чем ты задумалась?
— После переселения у кампанеллян должна была возникнуть весьма определенная религиозная ассоциация.
— Изгнание из рая?
— Да.
— Многие так и расценили.
— Тогда, быть может, все это с нами проделал Бог?
Рональд усмехнулся.
— Скажи мне, кто такой Бог. Тогда я попытаюсь ответить.
— Существо, либо существа, намного опередившие нас в развитии, но имеющие желание вмешиваться в нашу судьбу.
Рональд пожал плечами.
— В таком разрезе можно считать их и богами. Но молитвы на них не действуют, это точно. И как их ни называй, они могут нами манипулировать, мы ими — нет. Впрочем, я не уверен, что они существуют.
— Как же так? Результаты действий весьма красноречивы.
— Безусловно.
— И?
— Позволю себе маленькую аналогию. За обедом ты отказалась, и совершенно напрасно, между прочим, от мяса молодого трицератопса. Свиристел поймал его в одну из своих ловушек. Скажи, пожалуйста, мог наш пират от чего-нибудь погибнуть после того, как расставил сети? Теоретически?
Маша взглянула на реку, из которой упрямо показывались морды.
— Ты хочешь сказать, трансцендентный канал пережил своих создателей?
— Утверждать не могу. Но и отбрасывать такую возможность нельзя. Не исключено, что создатели трансцендентного канала так и не дождались, когда мы цивилизуемся.
Внезапно Рональд насторожился.
— Что случилось? — спросила Маша.
— Погоди, не шуми.
Из-под скалы послышался встревоженный голос Ван Вервена.
— Побудь здесь. Никуда не уходи, — отрывисто сказал Рональд.
Прыгая по горячей осыпи,
— Сними лифчик, — сказал он.
Маша повернулась спиной. Рональд разорвал материю, скрутил из нее жгут и перетянул ногу Свиристела ниже колена.
— Что случилось? — спросила Маша.
— Макарена цапнула, — морщась, ответил Стоеросов.
— Она ядовитая, эта макарена?
— Не. Характер только плохой.
— Красивый мир, — кивнула Маша, закрывая ладонями соски.
— С твоим прибытием он явно стал лучше, — рассмеялся Якоб.
В избушке Свиристелу дали выпить местного алкогольного напитка, и он успокоился.
— Испугалась? — спросил Рональд.
— Не очень.
— Ты все время о чем-то думаешь.
— Да.
— О чем?
Маша оглядела развешанные по стенам ружья, сабли и пистолеты.
— Скоро тебе придется командовать "Вихрем".
— Мне? Почему?
— Эх ты, интравизор! У нас будет ребенок, Ронни. Хорошая фраза для того, чтобы окончить какой-нибудь роман, не так ли?
— Эта фраза хороша для плохого романа, — улыбнулся Рональд. — А о нас еще найдется, что почитать.
— Ты уверен?
— Да. А кто у нас будет? Девочка?
— Хорошо. Пусть будет девочка.
Хорошо знакомым ей жестом Рональд обхватил голову руками и задумался. Маша без труда поняла, что он хочет проникнуть в будущее их еще не родившейся дочери.
Двое других мужчин, землянин и террянин, переглянулись.
— Надо бы проверить, чем заняты твои головорезы, — сказал Ван Вервен.
— Без глазу оставлять не годится, — серьезно кивнул Свиристел. — Хотя и смирные… но образование у них такое. Ронни, вот эту швабру я заместо костыля возьму. Плачу пиастрами!
Маша взглянула на него с любопытством. После того как его укусила загадочная макарена, Свиристел перестал быть отчасти абстракцией. Раньше он почему-то воспринимался полуусловно, как персонаж пьесы, и если бы вдруг взял да исчез, подобно призраку, Маша удивилась бы, конечно, но не очень. Как-то не до конца верилось, что все случившееся произошло на самом деле. И марш сквозь трансцендентный канал, и Терранис, и этот говорящий архаичным языком экс-пират. Но вид крови на его ноге придал окружающему миру и реальность, и полновесность. Будто вуаль с глаз упала. Нет, все случилось взаправду. И жить здесь предстояло всерьез, а главное — долго. Прощайте, Багамские острова, база отдыха Космофлота Солнца… Именно там они с Рональдом познакомились.