Эпоха героев

Нира Страусс

В ночь полнолуния, прогуливаясь с Аланной вдоль Сулиса и наблюдая за зарождавшимся ухаживанием Каэли и Киана, ко мне подошёл отец. Я мало видел его в тот день и в предыдущий, но понимал, что у него и у матери были свои обязанности. Гвен завела друзей с присущей ей скоростью и уже сидела в самой знаменитой таверне Дагарта, занимаясь тем, что умела лучше всего: пить и играть.

Коад улыбнулся мне… странно.

— Сын, у меня для тебя сюрприз.

— Это нечестно, если мы обмениваемся подарками, ты должен предупреждать.

Они с матерью уже задарили

меня на мой день рождения в прошлом месяце. Я начал думать, что они пытаются возместить все подарки, которые не могли вручить, пока я рос.

— Это не подарок. Не совсем.

Затем он бросил выразительный взгляд на мою спутницу. Аланна прикусила нижнюю губу и вынула из портупеи мешочек.

Мой мешок с камнями. Я оставил его в нашей спальне во дворце.

Я прищурился на неё.

— Маленькая воровка…

— Это было очень лёгкое поручение, — сказала она, протягивая его мне.

Коад потер затылок.

— Наставники проголосовали, кто удостоится чести сопровождать тебя на твоём бели маур. Он ждёт тебя в Рихе, если ты согласишься.

Чёрт.

Я столько раз мечтал об этом, так много, что в подростковые годы просыпался по утрам, чувствуя свои крылья и воображая их усыпанными камнями.

Тёмная ниточка коснулась моего уха — моя спутница поддерживала меня. Она сговорилась с отцом ради этого.

— Конечно, я согласен, — хрипло произнёс я.

Отец махнул мне, его крылья уже взметнулись, готовясь к полёту.

— Я не смогу присутствовать, — вздохнула Аланна. — И, если честно, думаю, так даже лучше. Если бы я увидела твою боль, то могла бы снести этот вулкан.

Я улыбнулся.

— То есть дело в том, что ты хочешь присматривать, чтобы Киан не дотронулся до того, чего не следует.

— Ты оскорбляешь меня. Моя сестра уже взрослая. — Но потом, с блеском в глазах, она поднялась на цыпочки и коснулась моих губ поцелуем, разлившим жар в основании моих рогов и заставив дракона довольно зарычать. С тех пор как связь была скреплена, этот гад был тих и доволен. — Я жду не дождусь увидеть твои крылья в драгоценностях.

И я показать их ей. Я провёл рукой по её щеке, прежде чем взмыть в небеса вслед за отцом.

— Удачи! — услышал я крик Каэли.

Коад уже объяснил мне, что в северном склоне вулкана есть пещера, посвящённая священным обрядам. Таким, как бели маур. Моё сердце колотилось, когда мы приземлились на карниз. Поток горячего воздуха ударил нам в лицо, но мы выдержали. Дракны были рождены для жара.

Старый самец ждал нас там. На нём была тёмная туника, а крылья его были цвета летней травы.

Он смотрел на меня с уважением и удовлетворением. Так делали многие на островах. Я знал, что для них способность воплощать моего дракона ставила меня вровень с Ширром и Девятью. Но, чёрт возьми, я был всего лишь Мэддокс. И слишком долго — Сетанта.

Мне нужно было быть только собой. С моей спутницей и теми, кого я люблю.

— Моё имя Борта, и я поведу тебя через твой бели маур. Здесь ты должен раздеться. В какой-то момент процесса ты испустишь столько огня, что одежда всё равно

сгорит, из чего бы она ни была сделана.

Совсем нагим я последовал за ним внутрь пещеры. Отец остался у входа и подарил мне ободряющий взгляд.

Чёрт, я нервничал.

Не должен был — через это проходили дети и подростки.

Тёплый импульс пришёл через связь. Я уловил насмешливое шипение тьмы.

Всё будет хорошо, прошептала Аланна. Будь мужиком.

Я невольно улыбнулся.

Борта не повёл меня в глубины вулкана, но жара хватало, чтобы даже я начал потеть. Вскоре я понял причину. Мы вышли в другую пещеру, где в самом полу была вырезана каменная плита-стол, а рядом тёк настоящий поток лавы.

И среди лавы плавали камни. Камни, камни — всех видов и цветов.

— В гротах множество таких ручьёв и озёр, — пояснил Борта. — Оттуда родители берут камни для своих детей.

Вот что сделали и мои родители, даже веря, что никогда меня не увидят.

Борта указал мне лечь на стол. Это было неудобно, и камень обжигал, но терпимо. По обе стороны стояли мраморные платформы, на которые я расправил крылья.

Я передал ему мешок с камнями, когда он попросил.

— Процесс прост и, если всё пойдёт как нужно, быстрый. Я окуну каждый твой камень в лаву, прежде чем прикрепить его к крыльям. Магма наших вулканов — один из немногих материалов, способных пройти сквозь прочные перепонки, кроме гематита. Ты должен выдержать, пока ожог не сомкнётся вокруг камня.

Звучало это… до чёрта болезненно.

— Ладно.

— Есть ли у тебя какой-нибудь узор на уме? Предпочтения в порядке?

Чёрт, я никогда об этом не думал. Даже не замечал, чтобы у других дракнов камни располагались по каким-то особым схемам.

— Нет. Знаю только, что на каждом крыле по шесть.

— Верно. Порядок — лишь эстетика.

Я задумался на миг.

— Аметист поставь на левое крыло, как можно ближе к сердцу.

— Разумеется. — Что-то металлическое скрежетнуло по полу, и я невольно напрягся, увидев, как Борта поднял стальные щипцы. — Готов?

Я глубоко вдохнул. Почувствовал, как моя спутница шлёт мне ласки и шёпот.

— Да.

— В таком случае, я начну. И позволь сказать: для меня большая честь вести через бели маур такого, как ты.

— Я не…

— Знаю, твой отец сказал, что ты скромный. Понимаю.

Я промолчал, осознавая, что сказать было особо нечего. Каэли была права. Я был тем, кем был, и для многих людей это значило нечто прекрасное, во что можно верить.

Послышался звон щипцов, хватающих первую камень, затем — шипение лавы, когда её опустили внутрь. И вскоре, без предупреждения, раздирающая боль пронзила моё левое крыло, заставив резко вдохнуть и едва не сорваться на крик. Я держался, держался, держался, клочья тьмы убаюкивали меня, и через пару секунд агония ушла так же стремительно, как пришла. Осталась ноющая пульсация, будто свежий синяк, к которому прикасаются.