Эпилятор

Манаков Юрий Михайлович

– Я понял, Старший брат, - прохрипел он и несколько раз кашлянул, прочищая горло и восстанавливая голос.

– Ну и хорошо. Пошли отсюда. Обратно двигаться будем в том же порядке. И не забудь предупредить стражу, чтобы она не проявляла любопытства и перетащила узников в другую камеру.

Мы расстались с Дервудом в подземном коридоре на подходе к решетке. Он повернул обратно, а я перебежками, на освещенных факелами участках коридора, двинулся к Воротам. Без происшествий дошел до ниши с порталом и, уже шагнув в Храм, вспомнил, что так и не сподобился расспросить адепта о загадочной бездонной помойке.

Так-с, теперь мне потребуется достать немного денег. Где это можно сделать, причем с пользой для дела, стало ясно

и понятно после допроса Шварца и Дастина. А именно, следовало посетить с визитом доброй воли головной офис Клана в Адерабаде - себя показать, на других посмотреть.

Уже более ста лет верхушка Клана убийц пряталась в небольшой крепости рядом с городком Алосто. Там же, в глубоких подвалах крепости вроде как хранилась и казна Клана.

В любом серьезном деле необходим системный подход. Поголовное уничтожение активных членов любой организации обязательно должно сопровождаться подрывом финансового могущества криминальной структуры. Поэтому, отдохнув, 'натянул' виртуальные перчатки, вошел в Систему и направился на юг.

К сожалению, знание географии Нового Мира у меня хромало на обе ноги, и я дал себе зарок посвятить день или два на создание фотоатласа планеты. Хотя, в моем случае, нужно знать не дороги, а направления, но все-таки фраза - 'где-то там, на юге', даже с возможностями Системы, слишком уж расплывчата.

В результате, пришлось действовать методом итераций и, путешествуя на большой высоте, постоянно спускаться вниз рядом с крупными селами и маленькими деревеньками. Открывать Ворота где-нибудь на околице и идти в ближайший трактир. Пить по большей мере дрянное пиво, закусывать отменно экологически чистыми, но частенько несвежими продуктами. И в процессе этого действа, стараясь не обращать внимания на мух и прочую малосъедобную, а главное не вкусную, живность, с довольным лицом расспрашивать о дороге на Адерабад и городишке Алосто. Затем возвращаться назад и продолжать стремительное движение на юг. Вплоть до следующей деревеньки или крупного сельца на развилке дорог. Хотя, в этом однообразии, конечно, бывали и приключения, и исключения… иногда неприятные.

Так, на полпути к цели в маленьком городишке Клесс со мной приключилась странная история. Как обычно, зашел на постоялый двор. В просторном зале трактира прямо-таки на удивление витал запах вкусной и здоровой пищи. За двумя столами у входа обедало несколько человек, по внешнему виду купцов средней руки со слугами. Недолго думая, подсел к коммерсантам, рассчитывая в процессе непринужденного разговора получить информацию, а, если разговора не получиться, попросту - послушать сплетни. Угостил всех пивом, неожиданно вполне приличным, и они без возражений приняли нового сотрапезника, а вскоре я оказался в курсе всех местных дел.

Говорили об убийстве нескольких военачальников, о нападениях неизвестных бандитов из Адерабада, о тех, кто поспешил уехать отсюда в надежде переждать смутное время вдали. О том, и это уж совсем ни в какие ворота, что появился и бродит по стране Черный. Все ждали, что скоро запылает костер братоубийственной войны. Причем, у каждого из компании имелось свое мнение - всякий раз разное, кто с кем будет воевать, чья будет победа и что воспоследует затем.

На лицах людей читалось смятение и страх. Никто не верил в мирный исход дел. Узнав все что хотел и почувствовав легкое чувство голода, я встал, попрощался с новыми знакомыми и по старой армейской привычке отошел в угол зала, максимально освобождая себе сектор обстрела. Сел, как всегда, спиной к стене.

Сразу же подскочил слуга и поставил на стол кувшин со свежей ключевой водой. Благожелательно кивнув, я заказал жареную и копченую рыбу трех сортов, салат и фрукты. Еще попросил принести малинового сока.

Еду вынесли буквально через несколько минут. Проглотив набежавшую слюну, не торопясь, принялся за поглощение пищи, отдавая должное: отменно приготовленной

осетрине в масле; крупной копченой, истекающей жирком, стерляди; пузатому карпу в кисло-сладком соусе, чем-то напоминающего хорошо откормленного молочного поросенка. Закусывать это роскошество можно было салатом с неизвестными мне овощами, перемешанными с мелкими терпкими ягодами. Еда таяла во рту, как снег в жаркий летний полдень. Приходилось сдерживать себя, чтобы не чавкать и не пускать слюну, а поглощать сие великолепие степенно и с достоинством.

На второй смене блюд послышался стук закрываемой двери. Краем глаза зацепил, что в зал вошел жрец. В длинном черном балахоне с капюшоном на голове. Как ему представлялось, он незаметно огляделся и подошел к стойке. Перекинулся парой фраз с трактирщиком, постоял ко мне спиной несколько минут у стойки, повернулся и, держа руки в широких рукавах плаща, направился в сторону моего угла.

Все это я фиксировал периферийным зрением. Подойдя к соседнему пустому столу, жрец повернулся спиной и опять-таки, как ему казалось незаметно, вынул руку из рукава. В кулаке блеснул тонкий стилет, подлое оружие, предназначенное для удара в спину. С коротким разворотом, быстрым прямым ударом, стервец попытался проткнуть мне горло.

Я почувствовал, что дело нечисто еще, когда он стоял у стойки. Напряжение спины обычно очень трудно скрыть. И естественно, все время пока он строил из себя дружелюбного щеночка, следил за ним. А посему, когда котеночек показал коготки и звериный оскал бешеного пса, я, откинувшись назад, без напряжения ушел с линии атаки, успев перехватить руку с заточкой у запястья.

Дальше работал на автомате. Поднимаясь со скамьи, одновременно с этим движением начал выкручивать ему руку за спину. К тому моменту, когда встал из-за стола, рука жреца с ножом оказалась у него за спиной, а сам жрец согнулся в поясе и зашипел от боли. Продолжая выкручивать руку вверх, сделал два шага в сторону и подтащил, семенящего короткими шашками жреца, к свободному столу. Вынул из его ослабевшей ладони нож похожий на остро заточенный тонкий гвоздь. Перехватил его ладонь своей левой и резким ударом правой сломал кость в локтевом суставе. Вытянул сломанную руку и положил ладонью на стол. От души размахнулся и пришпилил кисть жреца к столу его же ножом, с расчетом пробить одним ударом ладонь и доски стола насквозь. Киллер-неудачник тонко взвизгнул и заскулил. Я сорвал с его головы капюшон вместе с париком. Бритая голова и, если он настоящий жрец, то я буду римский папа.

Повернулся к трактирщику и слуге, наблюдавшими за представлением открыв рот, и пояснил.

– Убийца. Из Клана.

Группа купцов за столом у двери, пропустившая за разговором и едой почти весь спектакль, дружно оглянулась и через секунду, опрокидывая табуретки, ломанулась из зала.

Я вернулся за стол, уселся на свое место и, с интересом наблюдая за потугами бедняги освободиться, не торопясь, но без прежнего удовольствия, доел стерлядь с овощами, запивая ее малиновым соком. По мере того, как я невозмутимо доедал свой обед, глаза убийцы по нарастающей захлестывали ужас и боль. Наконец, он перешел свою грань и на короткое время сомлел.

А у меня в голове, сменяя друг друга, мелькали варианты и сценарии. Что это? Ошибка, случайность, самодеятельность или началась охота? Вряд ли самодеятельность, скорее ошибка, но на кого тогда я так похож. Неужели на Черного? Вроде бы особенно нигде не светился. И вот на тебе. Много вопросов, а поговорить с убийцей тет-а-тет не получится. Не место и не время. Одно можно сказать наверняка - адепты Клана действительно ведут себя, как осы развороченного гнезда. Жалят всех без разбора при первом же подозрении, видимо рассчитывая, что количество перейдет в качество, и в широкий бредень их усилий попадут не только безобидные мальки, но и зубастая щука. А посему - затягивать дело с полным разгромом Клана опасно.