Эпидемия

Темир Руслан

— Проходите, присаживайтесь. — Бас мужчины наполнил помещение, как звук сабвуфера.

Расселись по стульям, Стив выбрал самое нейтральное место — по середине, Марк с Джавидом самые дальние. Князев, демонстрируя свое пренебрежение авторитетами, сел напротив, вальяжно развалившись на стуле. Воеводов осмотрелся, и занял место, с которого полностью видно всю комнату и вход, пес послушно лег рядом с хозяином, так, чтобы можно было наблюдать за присутствующими. Ефрем встал у дверей, скрестив руки на груди, словно охраняя выход.

— Меня зовут

Пимон Эксархидис, я здесь за главного. Думаю, вам это уже сказали. — Мужчина опер руки на стол, скрестив пальцы. — С вами я заочно знаком. Эти здания раньше принадлежали ФСБ, так что остался доступ к некоторым базам. И так, начнем. Александр Князев.

— Есть такой.

— Двадцать пять лет. Сын Юрия Князева, известного промышленника и владельца международного холдинга. Университет, отсутствие постоянного места работы, два замятых уголовных дела по статье о распространении наркотиков, лечение в реабилитационной клинике. Интересная у вас биография, молодой человек, насыщенная. — Пимон посмотрел на сидящего напротив и оскалился, улыбкой это выражение лица никак не назовешь.

— Стремился познать все грани бытия. — Князев ухмыльнулся в ответ, не в первой он общался с властными людьми и тушеваться не привык. — А у вас тут что, конкурсный отбор в команду светлого будущего?

— Проверяем всех, чтобы знать, от кого что ожидать. Сразу скажу: гонор можешь поумерить. Твой статус и власть денег умерли вместе с человечеством. Не важно, голубых кровей или из низов общества, теперь мы все равны, и работать придется так же, как и всем.

— Со «все равны», ты прямо загнул. Сам в кабинете сидишь, команды раздаешь, начальник. Так что не все отголоски былого скончались. Я вот и сейчас на тебе ментовские погоны вижу.

— Короче, — Эксархидис резко опустил ладони на стол. — Ты приписан к команде сельхозников. Поработаешь в поле, или за скотиной поухаживаешь, спесь слетит.

— А если я не хочу?

В кабинете повисла напряженная пауза. Стив осмотрел присутствующих. Все ждали реакции начальника. Каждый понимал, что его дальнейшие слова покажут стержень, на котором держится община.

— В таком случае тебя здесь никто не держит, выход знаешь где. — Пимон натужно улыбнулся. — Если все же решишь спустится со своего Олимпа, то возвращайся в комнату, завтра утром отправишься на рабочее место. Друга уже кремировал?

— Да. — Князев моментально поник.

— Пришлось запускать печь в крематории. Теперь хоть знаем, что работает. Так следующий, Джавид Кочарян.

— Ага. — Растерянным голос сказал Джавид.

— Двадцать два года. Жил один, работал с шестнадцати лет. Послужной список богатый: грузчик, ночной сторож, кладовщик, оператор погрузчика, и так далее. Смотрю, физического труда не боишьcя?

— Выживать надо было. Образования нет, родителей тоже. Все ручками-ручками.

— При этом — абсолютно чист, ни одного привода. Ни разу не привлекался.

— Как ангел! Не люблю привлекать внимание.

— Похвально. В бригаду АХО на базе

пойдешь? — Эксархидис постучал пальцами по лакированной поверхности.

— Да не вопрос, главное — кормите нормально.

— Отлично. Так, следующий. Марк Сахаров. — Пимон поднял взгляд на сидящего в дальнем конце кабинете. Никакой реакции. Марк сидел, опустив глаза в пол и безучастно рассматривал узоры ламината.

— Двадцать три года, сын выдающегося кардиохирурга Сергея Сахарова. Двойное убийство, совершенное в состоянии аффекта, три года лечения в психиатрической клинике.

Вадим с Сашей одновременно повернулись к безразлично сидящему в углу Марку. Худой, заросший парень с изрезанными руками и отрешенным взглядом никак не выглядел хладнокровным убийцей. Эксархидис поймал их взгляд, и поспешил разрядить напрягшуюся обстановку.

— Должен уточнить, что это был самосуд. Отомстил за сестру-близнеца. Я бы поступил так же. Сейчас как себя чувствуешь?

— Да нормально он себя чувствует, таблетки главное пить. Все с ним хорошо. — Ответил за молчащего друга Джавид.

— Я у него спрашиваю, а не у тебя. Марк?

Сахаров медленно поднял взгляд, безучастно, словно на стены, посмотрел на всех сидящих. Повернулся на монотонный стук пальцев Пимона по столу.

— Если вы боитесь, что я начну бросаться на людей, то напрасно. Но я бы предпочел минимизировать контакты с другими. И, вообще, задумываюсь, о том, стоит ли мне здесь находиться.

— Понял. Тебе следует пройти к врачу. После осмотра определимся. Итак, дальше, Стив Прайс.

— Я здесь.

— В России полтора года, командировка по обмену кадров. Высшее образование по сетевой безопасности, несколько международных сертификатов по программированию, знаешь четыре языка. Впечатляет.

Стив чуть улыбнулся и опустил взгляд. С детства стеснялся, когда его хвалили, и даже сейчас, после смерти человечества, не мог избавиться от этого.

— Вы с какой целью в море были? Хотели домой вернуться?

— Да. Делали пробный выход в море, и напоролись на плавающий контейнер.

— Сейчас их много в море, как и дрейфующих кораблей. Так что плавание превратилось в еще более сложную задачу, тем более для неопытного морехода. В «Рассвете» остаться не хотите? Хотя бы на время, подучить наших специалистов. С программистами сейчас туго, не очень приспособленный к выживанию народ.

— А в команду рыболовецкого судна можно записаться?

— Хочешь опыта набраться? Я поговорю с капитаном, придумаем что-нибудь. Но более полезен будешь здесь на базе. Скорее всего будешь пару раз с ними в море выходить, остальное время — здесь. Так устроит?

— Думаю да. — Стив потер руками колени.

— Итак, попрошу всех вернутся в комнаты.

Прайс встал первым. Князев, с довольной ухмылкой, поднял мундштук со стола и затянулся кальянным дымом, и, опередив американца, вышел из кабинета. Джавид с Марком нехотя поднялись и направились к выходу, оборачиваясь на Вадима.