Эпицентр удачи
Шрифт:
– Слишком разумно для аномалии, – поспешил я расстроить его. – На мой взгляд, надо сматываться. И как можно скорее.
Не успел я это сказать, как появился новый противник. Сначала мы услышали треск позади себя, а обернувшись, разглядели несущийся в нашу сторону синий шар, целиком состоящий из змеящихся электрических разрядов. Это было очень похоже на аномалию «Электра», но в отличие от нее не занимало статическое место на земле, которое можно обойти чаще всего без труда, а двигалось на уровне человеческого роста прямо по воздуху. Зная, что в «Электру» лучше не попадать, я шарахнулся в сторону, но ухватить Артема
– Что это было? – спросил он.
– Откуда мне знать? Я не шастаю тут каждый день!
– Ну... Может, есть какая-то информация.
– Нет. Про лабораторию ходят только слухи, рожденные из искаженных рассказов сталкера по прозвищу Призрак. Про него самого столько баек, что впору книжку писать. Для старшего школьного возраста.
В любом случае нам следовало как можно скорее принимать решение. На мой взгляд, когда сталкиваешься в Зоне с чем-то совершенно непонятным, надо драпать. Потому что неизвестно, как с этим быть, как от него защититься или как его уничтожить. Но второй раз говорить об этом Артему я не хотел. Пусть у него у самого в голове родится эта мысль. Меньше будет споров. Но она не родилась.
– Надо быстрее найти эти чертовы документы и костюм! – Артем рванул вперед первым. – Пока нам еще раз по башке тяжелым не прилетело.
– Может, лучше назад? – все же озвучил я свои опасения.
– Сдурел? – не оборачиваясь, спросил напарник. – Столько усилий уже... И все впустую?
Нет, спорить с ним решительно невозможно. Можно было только сделать по-своему. Но по-своему – это бросить его тут одного и смотаться. А потом-то что? Локти кусать до скончания дней?
Вскоре мы ворвались в большой зал с бетонными колоннами. Из него во все стороны расходились четыре коридора. Из одного выскочили мы, три остальных вели неизвестно куда. Я вскинул автомат и короткой очередью пометил тот, из которого мы прибыли, чтобы потом в горячке не сунуться туда еще раз. И тут же мимо нас снова пролетел синий искрящийся шар. И снова без всякого вреда.
– Кажется, эта хрень безвредна, – предположил я. – Можно от нее не шарахаться.
Однако расслабляться было нельзя, потому что валявшиеся в углу деревянные ящики взлетели в воздух и тут же устремились в нас. Хорошо, что мы оба были настороже и успели метнуться за колонну. От разбившихся о бетон ящиков в разные стороны полетели доски и щепки.
– С этим определенно надо что-то делать... – Артем почесал макушку. – Идеи есть?
– Ты проронил словечко «полтергейст», – напомнил я.
– Ну.
– До меня только сейчас дошло. Я тогда не расслышал, а сейчас из памяти выплыло. Хотя, когда мне рассказывали, я не поверил.
– Что рассказывали?
– Да в баре один чувак лепил мне про этот самый полтергейст. Типа один из знакомых Призрака рассказывал его знакомому...
– Ты не тяни, говори суть.
– Ну, типа есть существо ужасного вида, которое прячется во тьме и усилием воли приводит тяжелые предметы в состояние левитации, а потом очень метко швыряет в противника. Тогда мне это показалось байкой.
– А теперь?
– И теперь, видишь,
– Значит, надо это существо найти и пристрелить, – сделал короткий, но веский вывод Артем.
– Иди, ищи, – подбодрил его я. – А найдешь, свищи.
– У тебя что, есть другие предложения?
– Есть, – довольно кивнул я.
– Нет уж, сматываться мы отсюда не будем, раз уж попали сюда. Вперед!
Мы оставили за спиной правый и левый коридоры, а сами рванули в центральный. Именно рванули, потому что все, что было по пути тяжелого, взмывало в воздух и летело в нас. Иногда удавалось уворачиваться, иногда нет. Я сильно пожалел, что не купил у бармена каску. Хотя откуда она у него?
Несколько раз мимо нас пролетали искрящиеся шары, но я уже перестал обращать на них внимание. Вдруг Артем остановился, вскинул автомат и пустил несколько прицельных очередей вслед одному из летающих сувениров. И тут случилось такое, чего я уж никак не ожидал. Во-первых, рухнули вниз, а не нам на головы все окружавшие нас тяжелые предметы. Во-вторых... Искристый шар исчез, но до этого на пол из него вывалилось здоровенное тело, чем-то похожее на человека без ног. Вместо ног у него был хвост, как у Джаббы в «Звездных войнах». Я подошел к темно-коричневвому телу и, преодолевая охвативший меня ужас, рассмотрел его подробнее. Морда с широким плоским носом, или чем-то на месте носа, напоминала лицо мертвеца из фильмов-ужастиков. Только в отличие от тех мертвецов она выглядела по-настоящему страшно.
Я вытер холодный пот со лба и спросил, обернувшись к Артему:
– Как ты догадался выстрелить в него?
– Никак. Просто попробовал. Иногда ненаучный способ познания мира бывает эффективнее научного.
– Странно это слышать от ученого! – фыркнул я.
– Я же тебе уже говорил, что наука шагнула далеко вперед и избавилась от многих детских предрассудков.
Наверное, он прав. Я слишком мало знаю о научникаx, чтобы судить об этом. Хотя... Я еще разок взглянул на мертвое чудище и подумал, что науке попросту ничего не оставалось делать, кроме как избавиться от многих предрассудков. Потому что в Зоне ко всем предрассудкам приходится относиться очень серьезно.
Побродив по коридорам еще чуток, мы наткнулись на массивную дверь с кодовым замком. Я попытался ввести код, выданный мне барменом, но это не возымело ровно никакого действия. Если же судить по координатам, документы находились как раз за ней. Это привело меня в такой шок, что я замер и с минуту не мог произнести ни слова. Артем понял, что произошло, и тоже стоял молча. Где-то в глубине коридоров снова загрохотали ящики.
Глава 4
В которой Лемур попадает впросак, и все становится намного хуже, чем было, хотя хуже, казалось, быть уже не могло
Дверь была толстой, бронированной и на вид совершенно неприступной.
– Подстава, – сплюнул я под ноги. – Вот почему документы до сих пор никто не добыл, хотя код от входа в саму лабораторию у бармена есть. Просто код не от всех дверей. Вот гад... Сматываемся!
– Погоди! – остановил меня Артем. – А костюм? Вообще-то мы ради него сюда прибыли. Документы это больше для бармена.
– Ладно, – зло ответил я. – Спорить с тобой все равно бесполезно. Всегда найдешь аргумент, который крыть нечем.