Энси
Шрифт:
– Ты просто ревнуешь и оттого сам не знаешь, что бы ещё такого придумать! Тебя не поймёшь – то ухаживай за ней, то не лезь, то молчи и ничего не говори, а сам вываливаешь всё как на духу. Оставь меня в покое! Я уже не мальчик!
Мигирапал вновь отстранил от себя отца, не желая больше разговаривать с ним, но тут послышался голос жреца, исходивший откуда-то из зарослей джигиды, обильно разросшейся по обе стороны
– Чего застряли там? Несите пиво и пищу!
Сразу прекратив ссору, Малах с сыном подхватили приобретённую в Варке провизию и выбрались на берег к жрецу и его спутнице, которые уже удобно расположились под ветвями ещё нераспустившегося пшата.
– Старик! Когда наконец будет рыба? – спросил Энси, сделав несколько больших глотков из бурдюка.
– Сейчас, сейчас! – заторопился плотовод, подталкивая сына назад к воде. Но тут его остановили:
– А ты, – Нанайя обратилась к Мигирапалу, – останься!
Малах с тревогой заглянул сыну в глаза, но воспротивиться не решился. Растерявшийся юноша перевёл взгляд с госпожи на отца, давая понять, что не может не помочь родителю.
– Ведь это отец научил тебя ловить рыбу? – видя его замешательство, спросила Нанайя.
– Ну да, – недоумевая, ответил юноша.
– Ну тогда с этим делом он вполне справится сам!
– Иди, старик, и да поможет тебе Оаннес 51 ! – вмешался Энси.
Старый плотовод крепко сжал губы и решительным шагом направился назад к плоту. Там он достал из рыбацкого сундука небольшой бредень с двумя шестами и, закрепив один из них за край плота, спрыгнул в воду. Удерживая вертикально второй шест, Малах сначала выдвинулся к середине реки, чтобы растащить сеть. Когда же он почувствовал, что ещё немного – и он не сможет стоять на ногах и удерживать невод, повернул назад и, продвигаясь по кругу против течения, вернулся к плоту, захлопнув таким образом ловушку. Отвязав первый шест, Малах перекинул концы невода через плечо и медленно побрёл к берегу. Будучи опытным рыбаком, он уже знал, что улов удался. Барахтанье попавшейся в сети рыбы передавалось ему в плечо и руки. Тяжесть была приличной – он еле волочил ноги. Оказавшись на суше, старику едва хватило сил дотянуть бредень до мелководья, откуда течение уже не смогло бы унести улов назад в реку, после чего он воткнул
51
Шумерское, существо, вышедшее из Персидского залива, с головой и туловищем рыбы, но с лицом и ногами человека, наставник шумеров, обучивший их многим наукам и письменности. Известен также как Оанн, У-Ан. – Прим. автора.
Тем временем Мигирапал, оставшийся на берегу по приказу Нанайи, стал прислуживать ей и Энси во время утренней трапезы. Прежде всего вместо стола он разложил на земле белую овечью шкуру. Достав из мешка три лепёшки, на одну он высыпал очищенные от пыли финики, а две другие порвал на части и сложил горкой. Пока они ели, юноша стоял и следил за тем, чтобы в небольших мисках не заканчивалось пиво, в которое жрец и его спутница макали кусочки хлеба. Когда они насытились, Нанайя предложила Мигирапалу присоединиться к их завтраку, а не дожидаться отца:
– Присядь, отведай и ты своих фиников.
– Благодарю, госпожа! – не стал отказываться молодой плотовод. У него в самом деле сильно сосало под ложечкой, а наблюдая за тем, с каким аппетитом Энси поглощал смоченный в пиве хлеб, он едва успевал сглатывать слюну. Стараясь, однако, не подать виду, он размеренными движениями положил большой чёрный финик на кусок лепёшки и, немного откусив, принялся его медленно пережёвывать. Съев, наконец, первую порцию, юноша всё так же спокойно и с достоинством наполнил на треть отдельную миску пивом и отпил из неё. Затем он повторил всё это ещё несколько раз, пока на импровизированном столе не осталось ровно столько же, сколько отведал он сам.
– Благодарю, госпожа! – ещё раз вежливо повторил он и попытался подняться, чтобы сходить за отцом, но Нанайя остановила его.
– Постой! – её горячая рука с длинными тонкими пальцами коснулась его запястья и задержалась там. – Твои манеры не соответствуют твоему происхождению. Они не похожи на поведение твоего отца. У тебя был хороший учитель?
Конец ознакомительного фрагмента.