Енох
Шрифт:
– Вот еще что, – произнес он наконец. – Мы выудили тела из болота. Эмили сумели опознать, и еще нескольких. Но нам будет легче работать, если мы узнаем еще кое-что. Ты мне можешь помочь, если скажешь, Сет, где их головы.
Я поднялся с лежака и отвернулся.
– Нет, этого я не скажу. Попросту не знаю.
– Как так не знаешь?
– Я даю их Еноху, – объяснил я. – Неужели неясно: именно из-за них я и должен убивать людей. Он хочет их головы.
– Зачем?
Я рассказал.
– Видите, даже если найдете
Мистер Кэссиди выпрямился и вздохнул.
– Почему же ты позволяешь Еноху творить такое?
– Вынужден. Иначе он то же самое сделает со мной. Так он всегда угрожает, когда я пытаюсь своевольничать. Он должен получить свое, ничего тут не поделаешь. Приходится подчиняться.
Пока я мерил шагами камеру, мистер Кэссиди не отрывал от меня взгляда, но не проронил ни слова. Он вдруг почему-то стал нервным и, когда я приблизился, вроде как отшатнулся.
– Вы, конечно, объясните им на суде, – сказал я. – Ну, насчет Еноха, и вообще…
Он потряс головой.
– Я ничего о нем не скажу, да и ты тоже. Никто не должен знать, что он существует.
– Почему?
– Я пытаюсь помочь тебе, Сет. Подумай сам, что скажут люди, если ты хоть заикнешься о Енохе? Они решат, что ты свихнулся. Ты ведь такого не хочешь, верно?
– Нет. Но как тогда вы поможете мне?
Мистер Кэссиди широко улыбнулся.
– Ты боишься Еноха, так ведь? Я просто думаю вслух. Что, если ты передашь его мне?
Я чуть не упал.
– Да! Скажем, я возьму Еноха прямо сейчас и позабочусь о нем во время суда. Тогда получится, что он действительно не твой, и не придется никому ничего говорить. Он-то сам наверняка не хочет, чтобы люди знали о его повадках.
– Да, верно, – отозвался я растерянно – Енох очень рассердится. Понимаете, он – наша тайна. Но нельзя отдать его в чужие руки, не спросив, – а он сейчас спит.
– Спит?
– Да, у меня на голове. Только вы его, конечно, увидеть не можете.
Мистер Кэссиди задрал голову, прищурился и снова хмыкнул.
– Не беспокойся, я все объясню твоему приятелю, когда он проснется. Как только он узнает, что это для общего блага, наверняка будет очень доволен.
– Ну ладно, тогда, наверное, все: в порядке, – вздохнул я. – Но вы должны обещать, что станете о нем заботиться.
– Ясное дело.
– А когда придет время, дадите что ему нужно?
– Конечно.
– И не скажете никому?
– Ни единой душе.
– Вы поняли, что случится, если откажетесь достать Еноху то, что он хочет? – предупредил я его. – Я ведь сказал, что он насильно возьмет это у вас самого?
– Ни о чем не беспокойся, Сет.
Тогда я застыл на месте, потому что почувствовал, как что-то скользнуло вниз по шее.
– Енох, – шепнул я. – Ты слышишь?
Да, он меня слышал.
Тогда я все объяснил ему. Сказал, почему передаю его
Енох молчал.
Мистер Кэссиди тоже не проронил ни слова, только сидел и ухмылялся. Думаю, немного странно я выглядел со стороны, словно говорил сам с собой.
– Иди к мистеру Кэссиди, – шепнул я. – Ну, давай!
И тут Енох перебрался на новое место.
Я ощутил, как исчез привычный вес, слегка давивший на голову. Вот и все ощущения, но я знал, что он ушел.
– Чувствуете его? – спросил я мистера Кэссиди.
– Что… А, ну конечно! – объявил он и поднялся.
– Позаботьтесь о нем. Хорошо?
– Да, еще бы!
– Не надевайте шляпу. Енох их не любит.
– Извини, совсем забыл. Что ж, Сет, я должен с тобой попрощаться. Ты мне здорово помог, и с этой минуты давай-ка забудем о существовании Еноха, по крайней мере, пока суд не кончится.
– Я приду снова, и мы поговорим о предстоящем процессе. Наш общий знакомый, доктор Силверсмит, постарается убедить здешних, что ты псих. Думаю; теперь, когда Енох у меня, тебе надо отрицать все, что ты наговорил ему.
Отличная мысль. Я сразу понял, что мистер Кэссиди человек башковитый.
– Как скажете, мистер. Вы только обращайтесь с Енохом хорошо, а он будет отвечать вам тем же.
Он пожал мне руку и ушел вместе с моим бессменным помощником. Я снова устал. То ли из-за сегодняшних переживаний, то ли потому, что чувствовал себя немного странно, ведь Еноха больше со мной нет. Я снова лег и спал довольно долго.
Когда я проснулся, было уже совсем темно. В дверь камеры барабанил старина Чарли Поттер. Он принес ужин.
Когда я поздоровался, он весь вздрогнул и отскочил от решетки.
– Убийца! Душегуб! – заорал он. – Они там вытащили девятерых из болота! Ах ты сумасшедший грязный ублюдок, чудовище!
– Да что ты, Чарли! Я-то всегда думал, что ты мне друг…….
– Псих несчастный! Я отсюда сваливаю. Оставлю тебя на ночь взаперти. Шериф позаботится, чтобы никто не ворвался и не вздернул тебя, хотя я бы на его месте особо не старался.
Потом Чарли выключил весь свет и ушел. Я услышал как хлопнула дверь, а потом лязгнул большой висячий замок. Кроме меня, во всей тюрьме не было ни души.
Совсем один! Такое странное чувство, ведь я почти всю жизнь ни разу не оставался без присмотра. Совсем один, без моего Еноха.
Я провел пальцами по волосам. Голова казалась такой странной, непривычно голой, словно я вдруг облысел;
Сквозь решетку светила полная луна, я подошел к окну и стал глядеть на пустую улицу. Енох всегда любил такие ночи. Он преображался, становился бодрым. Беспокойным и ненасытным. Как-то ему живется сейчас, с мистером Кэссиди?
Наверное, я простоял довольно долго. Когда пришлось повернуться, подойти к решетке, – замок на входной двери вдруг громко лязгнул, – ноги совсем: онемели.