Эндана
Шрифт:
Мужчина на помосте поморщился, словно вспомнил что-то неприятное, и согласился:
– Хорошо, пусть будет ребенок!
Маг щелкнул пальцами, прошептав несколько слов на языке жителя Телгета. С пальцев сорвался и поплыл к застывшей толпе маленький синий огонек. Леа сквозь опущенные ресницы наблюдала за мягко движущимся и таким привлекательным, безобидным на первый взгляд светлячком. Он поднялся высоко над головами, немного задержался на одном месте и вдруг неожиданно метнулся к людям. Интуитивно девочка поняла – через секунду огонек вонзится
Леа успела, извернувшись всем телом, в последний момент встать на пути заклинания. Огонек, коснувшись ее лба, исчез, оставив легкий холодок на коже. Принцесса почувствовала, как растекается по челу чужеродная сила, пытаясь пробиться в сознание, и бессильно разлетается в прах.
Маг витиевато выругался: этот пленник стал бы одним из самых дорогих! Теперь, после совершенного колдовства, отступать было поздно – зверь уже почувствовал запах добычи.
Охотник за людьми ласково поманил жертву:
– Иди сюда, мальчик!
Леа послушно пошла к помосту, стараясь выглядеть вялой и покорной.
– Отведи мальчишку в клетку, – приказал мужчина зазывале.
– Связать его, господин? – угодливо спросил слуга.
– Не надо. – Маг поднял одним пальцем подбородок ребенка и провел ладонью по щеке. – Какая нежная кожа! Хорошо еще, что это не девочка. Мне и так до слез жалко потерянных денег!
Чужеземец все смотрел и не мог оторвать глаз от лица принцессы, жадно разглядывая ее.
– Вы получите магию, много магии! – подобострастно напомнил слуга, видя, как колеблется хозяин.
– Да, – согласился мужчина и отвернулся в сторону. – Забирай, но не связывай! Пусть наш зверек насладится охотой. Поспеши, надо успеть все закончить до рассвета.
Девочку дернули за рукав, поволокли за кулисы по узкому проходу, заставленному длинными ящиками. Глаза принцессы быстро привыкли к сумраку, и Леа увидела перед собой огромную клетку.
Лязгнул тяжелый замок, жертву втолкнули в маленький закуток, отделенный второй дверью. Похоже, преступники сами боялись своего питомца.
Девочка напряглась, готовясь к встрече с неизвестным чудовищем. Громыхнула, открываясь, вторая дверь. Леа тут же шагнула вперед, не желая оставаться в узкой ловушке. Из дальнего угла послышалось хриплое сопение, и девочка услышала торопливые удаляющиеся шаги – зазывала не хотел присутствовать при расправе, в страхе убежав обратно в зал. Леа сунула руку за пояс, и в ладони, едва заметно блеснув холодной сталью, оказался надежный друг.
Принцесса стояла неподвижно, вбирая в себя окружающие звуки. Внезапно она почувствовала, как пытается пробиться к ее сознанию чужая воля, желая скрутить, обессилить и подчинить. Окружающий мир расплылся бесформенными пятнами, а звуки вдруг потеряли четкость и осмысленность.
Леа по инерции отмахнулась от неведомого врага ножом, как ни странно, это помогло – девочка освободилась. Теперь принцесса смогла как следует рассмотреть обитателя клетки. Это оказалось престранное создание: уродливое,
Существо имело четыре длинные многосуставные четырехпалые ноги, заканчивающиеся цепкими когтями. Круглую голову венчал пучок маленьких глаз на коротких «стебельках». А постоянно движущиеся челюсти больше всего напоминали рот огромной пиявки. Тело существа покрывали короткие и редкие волоски, стоящие дыбом.
«Они привели с собой отвратительных существ, питающихся чужими душами и кровью», – всплыл в памяти рассказ Сипхораты.
Ее высочество, не спеша ввязываться в драку, с отвращением следила за мерзким животным, застывшим в напряженной неподвижности. Неожиданно тварь повела головой, словно змея перед броском, и кинулась на жертву. Бледная гадина отлично видела в темноте – Леа с большим трудом удалось увернуться от объятий зверушки, отделавшись глубокой ссадиной на икре. Существо довольно заурчало – оно почуяло кровь.
– Ах ты поганка лысая! – ощерилась на зверя ее высочество. – Рано радуешься! Мы еще посмотрим кто кого!
Тварь метнулась вперед. Девочка снова увернулась, и началось преследование. Принцесса белкой летала по клетке, ни на секунду не останавливаясь, цеплялась за прутья. Скользила по грязному полу, не давая приблизиться к себе. Скоро привыкшее к вялой добыче и отяжелевшее на дармовых харчах существо начало уставать. Его движения становились все медленнее и медленнее, временами зверь переходил на шаг. Наконец тварь остановилась и замерла, с хрипом всасывая воздух. Девочка тоже перевела дыхание.
Принцесса не чувствовала ничего, кроме холодной решимости и твердого намерения выжить. Пора было заканчивать с опасной игрой в догонялки. Леа разобралась, как справиться с врагом, – у существа была тонкая и явно уязвимая шея. Главное, держаться подальше от опасной пасти и лап.
– Ну, иди сюда, давай, – поманила противника девочка.
Тварь нерешительно двинулась по кругу, осторожно приближаясь к добыче. Странные ноги позволяли ей резко менять направление, путая и сбивая с толку жертв. Но на этот раз добычу выбрали не по зубам: животное так и не уловило момент, когда из преследователя само превратилось в охотничий трофей. Легкая и быстрая противница неожиданно оказалась на спине зверя и одним движением ножа перерезала беззащитное горло хищника.
Хлынула густая, почти черная кровь, существо забилось в агонии, а Леа в одном прыжке повисла на верхних прутьях клетки, не желая оставаться рядом с бьющейся на полу тварью. Когда жертва затихла, девочка, разжав руки, мягко приземлилась на ноги. Ее слегка пошатывало. Теперь, когда все закончилось, на принцессу навалились усталость и слабость, да еще рана на ноге занялась огнем, как при сильном ожоге. Приди сейчас кто-нибудь из оставшихся злодеев, Леа не смогла бы сопротивляться.
По счастью, у охотников за рабами и без ее высочества прибавилось забот: в зрительном зале раздался яростный рев – заколдованные люди очнулись.