Эмиссар. Часть 2
Шрифт:
— Да что ты, нет здесь никого. Нет здесь семейных. Здесь только бойцы, — машет рукой Милош. Стефан тут же соглашается.
— Мольфары оставили нам дома, а сюда никто не приводил ни женщин, ни тем более детей.
— Тем проще. Турки реально заглядывают в каждый дом. Но число неодаренных, как я уже говорил, не имеет значения. Та тварь, в которую сейчас переродится вон тот товарищ, даже она одна сможет уничтожить их всех, просто времени потребуется побольше. В общем так: нам нужно идти к моим бойцам, держать дистанцию вот с этим, и постепенно добить всех. По мере продвижения
— А сейчас как было?
— Сейчас было очень аккуратно. Все действия согласовываем со мной — я более-менее в районе двухсот-трехсот метров, имею представление, где находятся османы. Для поселковой застройки этой дистанции достаточно для видимости.
Старикан переводит всё своим бойцам. Мы постепенно двигаемся в сторону непрекращающейся канонады.
А я… Что я? Активирую своих големов.
Союзников здесь у нас не так чтобы много, Кощей увернется, или даже не пойдет туда, где будут тварюшки. Так что это просто напрашивается.
Правда, всё равно, в качестве первоначальных целей я всё же указываю места, где концентрация османов побольше. Может быть, кто-нибудь из балканцев и выживет, к нам присоединится. Всё-таки стрельба не прекращается, а значит, место, где идёт сопротивление, для всех остальных будет очевидно.
Глава 22
Со стрельбой не очень удачно получается. Ее почти сразу становится намного больше. Собственно, как раз в четыре раза — по числу моих големов. Те, конечно, нападают из засады, но вот с неодарёнными, да ещё имея не тело, а только его муляж… Ну да, стреляют, только вот у осман нет ни шанса против этих существ. Возможно, если бы у них были гранаты какие, или пушки… на крайний случай — амулеты бы здесь какие-нибудь работали бы нормально — так ведь нет. А на холодное оружие, похоже, горные стрелки никак не рассчитывают. Думаю, могли бы помочь какие-нибудь копья, возможно, или что-то такое длиннодревковое, но, судя по всему, у осман с собой только кинжалы. А это никак помочь не может. Словно бы пытаться заколоть ожившую гранитную крошку. Можешь, конечно, только смысл?
Несколько секунд, и я чётко ощущаю, как мои сороконожки справляются с небольшими отрядами осман. Человек по пять-десять. На крупный отряд они пока не покушаются. Оттуда как раз доносятся и крики, и пальба. Всего пять-десять секунд, и отряд из осман ложится в полном составе, даже несмотря на все выстрелы, которые они успевают за эти секунды сделать — слишком уязвимы человеческие тела. Сороконожки быстро разбегаются по территории.
Вбрасываю им идею искать маленькие или средние по численности группы. И такой приказ они воспринимают легко. Более того, выполнение этого задания я вполне могу контролировать на таком расстоянии.
А вот теням подобная история не нравится. Кажется, эти твари, всех живых в этой долине считают своей потенциальной добычей.
От чёрной воронки отделяются силуэты, словно бы проверить, что происходит с турками.
Отдаю приказ уничтожать османов из засады, и сороконожки тут же
— Что случилось? — спрашивает Милош, оглядываясь на почти одновременную пальбу в разных местах поселка.
— Помощь, в каком-то смысле. Продвигаемся, не стоим на месте, — киваю в сторону непрекращающейся канонады. — Сейчас будет безопасно ближайших метров пятьдесят. Вон до того дома точно никого не встретим. Только быстро, быстро.
Одна из сороконожек уничтожила только что проходящий недалеко отряд осман, и сейчас вплоть до дома можно спокойно перемещаться.
Бежим к дому. Свист, и я ощущаю удар в своё поле. Хорошо в ускорении нахожусь, а Аспект по умолчанию настроен останавливать все, что в поле попадает.
Останавливаюсь на пару секунд. Машу рукой остальным, чтобы они бежали дальше.
В принципе, не удивляюсь. В поле застывает крупная пуля. Скорее, удивляюсь, что снайперов не встречал раньше — идея-то на поверхности. Раз уж османы другие нестандартные способы ведения войны на вооружение берут. Останавливаюсь на секунду только для того, чтобы определить, откуда прилетел данная пуля, и через секунду вижу блеснувшую на противоположном склоне холма оптику и чувствую, как вторая пуля впивается в моё поле. Если бы не мой Аспект — было бы точно наповал.
Так далеко я не дотянусь — тут метров шестьсот-восемьсот, не меньше. Но и оставлять нельзя за спиной — меня не сняли, снимут Алекса, например. Или кого-нибудь из воевод.
Сороконожки быстро добраться туда не могут. Мне и не надо.
Под ускорением быстро просчитываю траекторию и запускаю один из своих шариков.
Сейчас они на таком расстоянии могут помочь. Шарик с хлопком преодолевает скоростной барьер и пробивает что-то мягкое.
Эти амулеты теперь мной тоже неожиданно чувствую на большом расстоянии. Не могу управлять, но чувствую похоже, как и големов.
Скорее всего, попадаю. Больше выстрелов пока нет. Запускал-то я больше по расчету и отправлял в точку, где блеснуло. Кажется, не зря. Похоже, повезло, и смог именно попасть туда, куда хотел. Но с этого момента бегу осматриваясь. Это открытие такого вида войск у противника немного неприятно. Нужно учитывать теперь и это.
Вся заминка заняла секунды три. Маги даже не обращают внимания, так же как и местный мольфар. Как раз большая часть балканцев добегает до дома и оборачивается ко мне в ожидании дальнейших указаний.
— Ждём три секунды. — Как раз ещё один патруль из двух человек проходит мимо. — Раз, два. Всё, можем идти.
Турки как раз заворачивают за угол, и именно туда же направляется одна из моих сороконожек, а мы пробегаем дальше. Так, прячась за домами, почти три десятка выживших человек в бойне на площади, добегаем до моих обороняющихся бойцов.
Три минуты — много или мало? Не знаю, но османам хватит точно.
На пальцах объясняю, где кто стоит, и три десятка озверевших от страха и какой-то иррациональной обиды бойцов вылетают с тыла к отряду осман, осаждающих маленький форт.