Эмилер
Шрифт:
Лея, ахнув, схватилась за горло, будто задыхаясь. Жив! В груди словно огнем полыхнуло. Что можно сделать? Что? Что? Она лихорадочно осматривалась в поисках подсказки. Как его спасти?
Лея понимала, что на себе дотащить его до пещеры не сможет, да и как его нести, если на нем места живого нет?! Как?!
Сейчас запах крови привлечет со всей округи голодных зверюг всех мастей, и что ей тогда сделать?! Лея всхлипнула, закусив губу, на миг задумалась, машинально оглядывая поляну. В голове постепенно зрела безумная идея.
– Все равно я отсюда тебя заберу! – упрямо сказала она, придумав
Лея поискала в кармане комбинезона веревку, но вспомнила, что та была у Райна, и нашла ее в его карманах. Подтащив двух убитых кошек друг к другу, связала их между собой так, что получились мягкие, теплые и легко скользящие сани. Было бы время, она бы сделала все куда лучше!
Хищники торопились к этой долине, как на званый ужин. Лея нервничала, оглядывалась на каждый рык в ожидании нападения, но делала все тщательно. Наконец устроив на «санях» Райна, Лея поволокла их к пещере.
Путь был сложный – на пределе сил и терпения, а еще мешал страх. Страх, высасывающий силу и парализующий волю. Она боялась, что все напрасно и Райн не выдержит пути. Но остаться и подождать, пока восстановятся силы, чтобы его исцелить, – это все равно, что предложить ненасытным котам собой пообедать.
– Не дождетесь! – рычала Лея, таща «сани» в гору по камням.
Сгущались сумерки, полетели первые снежинки. Вот-вот начнется метель. Лея шла медленно, упрямо приближаясь к пещере, и это небольшое расстояние заняло у нее несколько часов. Иногда она останавливалась, но не для отдыха, а для того, чтобы вдохнуть в Райна несколько глотков магии жизни. Это то, что Лея «отрывала» от себя. Это была запретная магия, ею Атем спасла мужа, а вот отец не успел помочь маме.
После ее использования двигаться было еще невыносимее, но Лея старалась изо всех сил. Отдавая часть души, она осознавала, что лэр и до этого момента уже стал ей дорог и близок.
Его ранят – она истечет кровью. Ему нанесут обиду – зубами в гневе будет скрипеть Лея.
Вообще-то в нормальной жизни все было наоборот. Эмирими сначала находили себе пару, а потом уже обменивались магией жизни. Для того чтобы помочь, если с половинкой случалась беда. Магия не только поддерживала, она еще и привязывала одного к другому.
Но в случае с Леей… это ей теперь предстоит чувствовать все, что будет происходить с Райном. Односторонне… Но разве она могла поступить по-другому, это ведь его шанс выжить?
В долине совсем стемнело. Снег шел уже несколько часов, становясь все гуще.
Лея весь путь ломала голову над конструкцией приспособления для спуска лэра внутрь пещеры. Пока ясным оставалось одно: в таком состоянии его не спустить. Она прижала кулак к груди, там, где сердце сдавила страшная тяжесть.
Когда Лея добралась до лаза, начался самый настоящий снегопад. Зато все стихло. Девушка любила такие ночи. Такое умиротворение в душе, хоть ложись на снег, раскинув руки, и в тишине думай о чудесном. Но вместо этого она, бросив веревку, приблизилась к саням, желая удостовериться, что лэр жив. Вид растерзанного Райна в который раз наполнил ее сердце настоящим ужасом: а сможет ли она ему помочь, даже когда магия вернется?
Через магию жизни ей передавались безумные
Ужасно болел затылок. Когда серая тварь после освобождения из стазиса кинулась на нее, Лея в пылу драки сильно стукнулась головой о ледяной наст, но тогда даже не почувствовала боли.
Вытащив шкуры из пещеры, она принялась обустраивать место для сна. Сняв верхний слой наста с помощью клинка, она вырыла яму в рост лэра и, чтобы как-то сохранить тепло, застелила ее шкурой.
У лэра уже почти не прощупывался пульс. Если она поможет ему магией жизни, то ляжет рядом и неизвестно когда придет в себя. Лея, опасаясь навредить Райну, подтащив «сани» поближе, переложила его на шкуру.
Со лба, несмотря на холод, от напряжения стекал пот, но внутри все оцепенело. Она, уже не осознавая, укутала лэра во вторую шкуру, завалила сверху снегом его ноги. Потом, очнувшись, тоже влезла под шкуру и стала поддерживать в охотнике едва ощутимые частички жизни…
Когда Лея пришла в себя, то первое, что бросилось ей в глаза, – небо. Холодное и серое, навевающее в душу щемящую печаль. Хотя к чему печалиться? Лэр до сих пор жив, значит, все вчерашние мучения не зря. Хоть что-то…
Лея очень устала, в последнее время ей стало невмоготу жить, выцарапывая каждый вздох из голодной пасти Эмилера!
Всю ночь валил снег, тот самый, что начался еще засветло. Лея, с трудом выползая из-под толстого слоя снега, старалась не засыпать им лэра и не выпустить тепло из их убежища. Растянув затекшие мышцы, она подумала: «Какое счастье, что шел снег! Спокойная ночь без ветра, перина из снега…» Девушка решила, если вернется, то расскажет детям, что и при подобных обстоятельствах есть шанс выжить в горах. Вот только… вернется ли она?!
Сердце заболело. Лея не понимала, в какую сторону идти, чтобы отыскать свой поселок. Когда-то она путешествовала довольно далеко, но в этих местах не бывала и серых кошек никогда не видела и даже не слышала о них от стариков!
Вздохнув, девушка умылась снегом, развеяв так и не покинувшую ее за ночь усталость. Закончив с утренним туалетом, вернулась к Райну. Магических сил после сна накопилось немного, но все, что у нее было, она направила на исцеление лэра. Задача Леи состояла в том, чтобы, ощутив теплые шарики магии в своих руках, направить ее на восстановление поврежденных частей тела.
Кости у Райна целы, чего не скажешь о мышцах…
Представляя себе, как внутри порванных тканей магия воссоздает недостающие фрагменты, Лея сосредоточилась на плетении разорванных нитей в мышцах. Это сложное занятие и было магией исцеления.
Было бы больше энергии, она бы не стала так тщательно за всем следить, ускорив процесс, но сейчас каждая крупинка ее сил была на вес золота. Вдруг именно на этой мелочи запасы жизненных сил Райна закончатся!? Где-то внутри нее поселился страх, что магия не подействует, или ее не хватит для полного исцеления, или лэр умрет от истощения, не дождавшись полноценной помощи.