Эм и Ли
Шрифт:
Я впустила его в свою квартиру и постель, но это ещё не значит, что обязана впустить в душу.
– Да, - отвечаю негромко, глядя в потолок. Короткое слово, всего две буквы - это лишь верхушка айсберга, а под ним огромная гора льда и отчуждения, боли и ненависти. "Да" - это не трахнул незнакомку в баре по пьяни. Моё "да" - это несколько месяцев, когда он дёргался неприязненно от каждого прикосновения и поцелуя. "Да" - это многие десятки раз повторённое "не трогай меня" и "я устал". Гладкая поверхность мнимого благополучия разрезается ночным звонком, а на том конце звуки, которые не хочешь слышать, которых не должно быть. Но на поверхности остаются лишь две буквы,
Всё это Хейдену ни к чему.
– Ты - не лёд, ты - пламя, Ли, - я вздрагиваю от его слов. Как он догадался? Эверетт нависает надо мной, облокотившись на локоть. Выдыхает в сторону терпкий дым и целует горькими губами.
– Давай тебе на правое предплечье "императрицу" набьём? Карту из таро?
– Только если ты себе сделаешь "дурака", - я не помню значения "императрицы", не настолько вникала в тему, но вот нулевая карта подходит Хейдену идеально.
– Ты умеешь говорить комплименты, огонёк, - он смеётся, сминает окурок и бросает на пол. Очерчивает указательным пальцем ореолу соска, затем приникает ртом.
– Я готов совершить прыжок веры, Ли, - видит скептическое выражение моего лица и добавляет.
– Даже если ты этого не хочешь. Прыжок делают для себя.
ХЕЙДЕН
Егор Крид - Я у твоих ног
– Я боюсь представить, ты сейчас Кьеркегора* имеешь в виду или эту сумасшедшую игру**.
Не могу не рассмеяться после этих слов. Моя конфетка поражает разнообразием информации, хранящейся в её голове. И при этом всём выглядит как девушка с обложки.
– Что смешного, Эверетт?
– даже хмурится красиво.
– Всего лишь метафора, Ли. Но твоё самомнение просто на божественном уровне, если хочешь, я могу стать твоим рыцарем веры, мне не сложно.
Она улыбается, прикрыв глаза, задумывается о чем-то своём, оставляя мою фразу без комментария. Притягиваю к себе под бок, не желая уходить из этой кровати, надеясь, что не прогонит. Уже не жду ответа, играя с яркими алыми прядями волос, когда слова срываются с её губ:
– Рыцари бесконечности суть танцоры, и у них есть полёт.* Это не продлится долго, Хейден, лететь нельзя бесконечно.
– Я возьму всё, что ты можешь мне предложить, будь то одна ночь или вечность, - мне и самому страшно произносить это. Вечность - звучит как клятва, я не привык разбрасываться такими словами.
– Все влюблённые клянутся исполнить больше, чем могут, и не исполняют даже возможного.*** - говорю с усмешкой, вспомнив весьма мудрую мысль. Чем я могу убедить её? Смит наверняка всё давно сказал за меня, а потом втоптал веру в любые обещания в грязь.
– Не загадывай, - вырывает меня из-за раздумий сонный голос Ли.
– Давай спать, Хейден, всё будет так, как будет.
Ей не нужны мои обеты и, скорее всего, не особо нужен я. Ли определённо не намерена разрывать свои отношения с мужем. Мне остаётся лишь принять её фатализм. До поры до времени. Потому что волюнтаризм мне куда ближе. Потому что я привык выгрызать у судьбы то, чего хочу.
Нас будит телефонный звонок всего несколько часов спустя, моя немного помятая после бурной ночи красота матерится себе под нос и смотрит
– Я не влезу в вашу беседу, Ли. Полежу здесь тихонько как мышка, просто камеру в эту сторону не поворачивай.
Она выдыхает раздражённо, наспех натягивает майку и принимает звонок. И как бы сильно я не хотел спать, теперь не могу не слушать. Пацаны что-то рассказывают наперебой. Сыновья Ли пока никак не вписываются в мою картину мира, и я не знаю, как быть с этими двумя неотменимыми, в отличие от мужа, фактами её биографии. Она сидит, облокотившись на изголовье кровати, и улыбается их рассказам.
– Как презентация?
– вступает в беседу Смит, его голос разгоняет кровь по венам злостью, и я вцепляюсь в подушку, чтобы хоть как-то унять агрессию, сжимаю зубы. Курить хочется со страшной силой.
– Всё прошло удачно, Тим. Мы там почти всю ночь были, я жутко хочу спать, - пытается отмазаться от разговора Ли.
– Так устала, что даже макияж не смыла?
– давит на жену долбаный юрист. Неужели так сложно просто отъебаться?
Ли разглядывает себя в экране телефона, потом смеётся:
– Если ты намекаешь на любовника, Тим, то включи логику. Любовник не муж, ему в таком виде не показываются.
Интересная теория, к какому же разряду тогда отнесли меня? Привлекаю её внимание, скользнув рукой по обнажённому бедру, но Ли и глазом не ведёт.
– Давай, я посплю ещё пару часиков, приведу себя в порядок и перезвоню вам, - командует конфетка. Дождавшись согласия, сбрасывает звонок и тут же хлопает меня по руке:
– Что ты творишь, Эверетт?!
– размазавшаяся под глазами тушь действительно делает её забавной. Не страшно, Ли
– Всего лишь хотел узнать, я настолько плохой любовник, что мне можно показаться в таком виде?
– начинать утро со смеха и поцелуев гораздо приятнее, чем со звонков всяких рогатых личностей.
– Ты мой верный рыцарь, Хейден, или уже забыл? Рыцари народ смелый, ты переживешь.
– Точно, - смеюсь на это заявление.
– Рыцарь и дурак.
А хотелось быть императором, но пока не я выбираю.
* С.Кьеркегор - Страх и трепет
** Assassin's creed
*** У. Шекспир - Троил и Крессида
21
ЭМ
Мари Краймбрери - Мне так повезло
На этот раз очень удачно у меня целых три выходных подряд - суббота, воскресенье и понедельник. Я еду в Дабфорд на дневной электричке, пытаюсь дремать по пути. Хейден довёз меня до вокзала и на прощание просил вернуться в понедельник вечером - на следующий день съёмки с самого утра. Знает, что не разрешу себя поцеловать, не на виду у разношёрстной толпы, где вполне могут оказаться нежелательные и глазастые знакомые, поэтому целует руку. Просто жест вежливости, принятый в высшем свете, но кожа на ладони хранит тепло его губ до сих пор. Мы знакомы совсем недолго, и я не знаю совершенно ничего о его прошлом, но такое ощущение, что знаю его самого всю жизнь. Я чувствую себя феей Плам: слишком уж происходящее напоминает наводнение из желе*, в котором сладко тонуть, не задумываясь о завтрашней боли. У меня три часа, чтобы настроиться на свою привычную жизнь, и я стараюсь думать о Тиме и детях, хоть это и откровенно плохо получается. На одной из станций в вагон заходит девушка, окинув холодным взглядом вагон, садится ко мне, несмотря на то, что свободных мест предостаточно, и она может расположиться с комфортом одна.