Эльва
Шрифт:
Удар оземь не показался мне чем-то из ряда выходящим вон. Одним движением собрав свое распластанное тело, я вскочил и принялся вертеть автоматом во все стороны. Когда на меня сверху рухнул андроид, мне совсем не показалось это забавным, и тело само отскочило в сторону. Грохот, как от упавшего контейнера, на секунду заложил уши, но робот, пробив мостовую и уйдя в землю на ладонь, все же поднялся и протянул титановую руку к валявшемуся в стороне ракетомету.
Я открыл огонь, но опоздал: сверху на андроида прыгнули две черные фигуры, одна из которых была похожа на женскую. Срубив
Мгновенно наведя автомат в сторону женщины, я открыл плотный огонь, но, как оказалось, чудеса акробатики рулят. Вроде бы всюду плац, открытое пространство, никуда не скроешься, никуда не денешься, но этой бешеной черной белке было наплевать. Куда бы я ни повернул ствол — на этом месте ее не оказывалось. Кувыркаясь и с умопомрачительной скоростью выписывая в воздухе пируэты, женщина с успехом избегала очередей античастиц и понемногу сокращала со мной дистанцию.
Сначала я пытался целиться, но вскоре мокрый от ледяного пота уже стрелял напропалую и с каждым мгновением все больше убеждался, что это не человек!
Когда победа практически была у нее в кармане, воительница, не добравшись до меня пары метров, вдруг отскочила, а затем кувыркнулась в сторону. Я понял, кому обязан еще несколькими мгновениями жизни, когда из ворот, стреляя на ходу, в замок вошла тройка андроидов. Вероятно, Сущность почуяла, что я нахожусь в опасности, и пришла на выручку в лице машин.
Снаряды пулемета выбили крошку из блоков стены, ярко-синий лазерный луч трижды пересек двор, а очереди из частиц антиматерии покрыли все внутреннее пространство замка оранжевыми росчерками.
Однако «ниндзя», мало того что не попала под обстрел, но, запрыгнув на крышу развороченного амбара, на секунду там замерла и… подняла в сторону андроидов руку с пистолетом!
«Бац! Бац! Бац!» — содрогнулся воздух. Трижды дернулась рука с пистолетом, и этих трех зарядов хватило, чтобы проделать в голове каждого андроида здоровенную сквозную дыру.
Все еще стоя на краю крыши, «ниндзя» повернулась ко мне, а я не стрелял. Я узнал этот слонобойный пистолет. Я видел его два раза в жизни, последний раз в руках морпеха, передающего его мне, а до этого… Не может быть!
Женщина в черном подняла пистолет, тщательно в меня прицелилась и… опустила оружие. Другая рука поудобней перехватила рукоять изящного клинка…
Да, точно, это она! Ведь я сказал ей, что если она обратит его против меня, то пистолет разорвется в ее руках…
Легко спрыгнув с крыши амбара, в три секунды «ниндзя» оказалась от меня на расстоянии вытянутой руки, но не атаковала, бросила клинок в ножны и стянула с головы маску.
Черные локоны упали на прекрасное бледное лицо, открыв моему взору длинные и заостренные ушки. В ярких глазах не было ожесточения, они смотрели на меня с сожалением и просьбой, и, опустив автомат, я осторожно погладил ее щеку тыльной стороной руки.
Она с опаской, неуверенно улыбнулась.
— Скажи, —
— Почему я должен тебя околдовывать? — отозвался я, зачарованно следя за отражением «луны» в ее глазах.
— С тех пор как мы расстались, я не могу думать ни о чем, кроме тебя…
Я приблизил лицо к ее лицу, наши губы соприкоснулись, но слиться в поцелуе не успели.
— Что это значит, Наги-Найта?!
Я свирепо глянул на возникшего за ее спиной белогривого эльфа. Красное от ярости, перекошенное лицо резко выделялось на фоне ночи и черных доспехов, а заполненные ненавистью глаза пылали даже ярче, чем магические огни в центре платиновых браслетов.
— Надеюсь, это не твой отец, Наги-Найта? — спросил я, пытаясь отодвинуть девушку в сторону.
Но она, проигнорировав мой вопрос, обескураженно посмотрела на эльфа и принялась оправдываться:
— Элютеэль-Эте, пожалуйста, я…
— Отойди от него грязная бесстыдница!
Растерянная эльфийка, закрыв меня спиной и расставив руки в стороны, будто вратарь, пытающийся поймать мяч, отчаянно замотала головой.
— Нет, прошу…
— Тогда ты умрешь вместе с ним!
Как он намеревался нас убить, осталось загадкой. Я лишь увидел, как браслеты полыхнули красным, а потом белобрысый эльф дернулся, захрипел, изо рта его потекла кровь, а из центра груди, пробив добротный доспех, вылез кончик лезвия ножа.
— Ну что, не по вкусу зачарованная сталь? — раздался позади эльфа громовой бас. — Впредь будешь знать, ушастая тварь!
Хромающий Балаут был в своем репертуаре: вот объясните, как мертвый будет знать что-то впредь? Тем не менее, не обращая внимания на героя, в очередной раз спасшего мне жизнь (хотя было подозрение, что я бы выжил, но это мелочи), я попытался притянуть эльфийку, но та отстранилась.
— Моя богиня велела уничтожить тебя, — сказала она, тщательно пряча горечь в голосе. — Но я не могу тебя убить, как и не могу быть твоей. Я постараюсь тебя забыть. Прощай, кто бы ты ни был!
И прежде чем я как-либо успел ее остановить и что-либо предпринять, она исчезла в тенях, отбрасываемых руинами башен.
— Красивая баба, — сочувствующе бросил Балаут. — Но стоит ли она того?
— Где-то я это уже слышал, Балаут. Где-то слышал…
Первые лучи рассвета не принесли с собой должной радости от начинающегося дня — наверное, потому, что я догадывался: он не привнесет в жизнь что-то новое, радостное и прекрасное. А еще я подозревал, что заката так и не увижу.
Мои железные войска враги теснили по всем направлениям: эльфы, маги, ведьмы, люди, ангелы и демоны — все вместе они оказались непреодолимой силой для не знающих страха и усталости машин. Ряды андроидов таяли на глазах, и особенно это стало заметно, как только перестали прибывать подкрепления с Эльвы.
Я не знал, сбили ли аборигены шлюпки или бот, а может, у Эльвы кончились материалы для изготовления андроидов, и поэтому она остановила конвейеры, но тот факт, что в скором времени эти твари втопчут в землю последних бойцов моей армии, был неоспорим.