Элладум
Шрифт:
Иван Сергеевич выдвинул ящик тумбочки и, порывшись, достал оттуда карточку сотрудника исследовательского центра, которую и протянул Виталию. На ней были его данные и фотография. Но она отличалась от той, которой он пользовался прежде. В правом верхнем углу на зеленом фоне высвечивались две буквы «ПД».
— Это означает полный допуск. — Будто читая мысли Виталия, произнес начальник. — Теперь тебе будет доступна вся информация и проход на любые уровни центра. Раньше в этом не было необходимости. Теперь есть.
Иван Сергеевич встал из-за стола, подошел к шкафу, стоящему напротив, и, вынув с верхней полки толстый том по биохимическому
— Внутренней службе безопасности не обязательно знать, о чем мы говорим. Лишь у немногих в этом центре есть подобный допуск. Да, что уж в центре — во всей стране! Ну, я думаю, что уже достаточно тебя заинтриговал. — Иван Сергеевич встретил выжидающий взгляд Виталия. — Начнем по порядку.
Иван Сергеевич, заложив руки за спину, приняв тем самым позу профессора на лекции, начал вышагивать по кабинету.
— Двадцать один год назад, двадцатого июня 1993 года, Научно-культурный центр SETI, только недавно учрежденный и полный надежд, засек аномальный сигнал, которые имел явно внеземное происхождение. Ученые долго бились, но им никак не удавалось его расшифровать. Проводились долгие серии попыток, но ничего не получалось. И только десять лет назад, после усовершенствования оборудования, выяснилось, что это был за сигнал.
Перетов на секунду замолчал и бросил взгляд на Виталия. А затем продолжил.
— Это было специально направленное послание. Большую его часть мы так и не смогли расшифровать, но кое с чем все же справились.
Виталий, стараясь скрыть потрясение, пытался переварить полученную информацию. Так значит, все же мы не одни! И это не просто догадки и гипотезы, этому есть реальное подтверждение.
— В послании были даны координаты. Как мы считаем, это координаты планеты, где живет неизвестная нам раса. Применимо к наблюдаемой нами части Вселенной, мы обнаружили по этим координатам следующую планету.
Перетов подошел к проектору и, пощелкав кнопками, включил его. На экране высветилось изображение Солнечной Системы. Щелчок. Отдаление. Еще щелчок. Вся наша галактика раскинулась во всей красе. Щелк. Соседняя галактика. Приближение. Щелк. Увеличение. Чужая система. Чужое солнце больше. Ярче. Вокруг по своим орбитам ходят привязанные к нему планеты, одна из которых выделена красным штрихом.
— Вот. Вот она. Именно координаты этой планеты указаны в послании. Она расположена на расстоянии 600 световых лет от Земли. Ее радиус составляет 2,4 земного. Планета также имеет солнце, правда оно больше и горячее нашего. Вокруг него планета делает полный оборот предположительно за 460 дней. Температура на поверхности небесного тела вполне подходит для обитания. По расчетам ученых на ней должно быть где-то + 20–23 по Цельсию. Теперь ты понимаешь, что твоему проекту было обеспечено полное пристальное внимание. Не просто из-за революционного открытия, но и для того, чтобы напрямую использовать его. Да, ты правильно понял, мы собираем команду, которая полетит на эту планету. В нее войдут самые перспективные сотрудники нашего центра и не только. — Перетов правильно оценил взгляд Виталия. — И да, полный допуск ты получил не случайно. Я собираюсь выдвинуть твою кандидатуру. И, думаю, судя по твоему горящему взгляду, ты совсем не против этого.
Виталий,
Глава 4
Максим сидел в гостиной и, попивая чай, читал журнал. Вернее, делал вид, что читал. На самом же деле, разные мысли, мелькая в голове, не давали сосредоточиться. Прошло два часа с того момента, как друзья уехали, обещая заскочить на неделе. Посидели они очень хорошо, оставив после себя приятное ощущение дружбы и теплоты, правда, Виталик казался задумчивее, чем обычно, но не говорил, что случилось. Наверное, что-то связанное с работой. У них же там все засекречено.
За время общения с друзьями, Максим ни разу больше не слышал того женского голоса, который за последние дни постоянно ему слышался и до чертиков уже надоел. Правда, после того, как он дал согласие добровольно выслушать ее, она еще отпустила пару ехидных замечаний, но потом замолчала. Притом, Максим даже перестал ощущать ее присутствие. Всегда перед тем, как звучал голос, Максим ощущал сначала легкий холодок. То же ощущение возникает, когда кто-то долго, пристально смотрит на тебя, вынуждая оглядеться.
И теперь Максим старался занять себя чтением, но у него ничего не выходило. Взгляд, зацепляя одно слово, проскальзывал дальше, не давая прочитать предложение целиком, и уж тем более, понять смысл. Стараясь не слишком обнадеживать себя, Максим все же думал, а вдруг все прошло? Вдруг, это было именно то, что нужно? Вдруг, тогда, когда он дал согласие выслушать ее, его внутренняя галлюцинация самоликвидировалась? И больше не проявится? Это было бы просто чудесно. Но, честно говоря, не очень в это верилось. Когда-то давно, Максима очень заинтересовали темы психиатрии, психологии, теории психоанализа и прочие схожие, на которые он прочитал множество книг. И ему вспомнилось, что больные, подверженные различным галлюцинациям, которые проявлялись так же ярко, как и у него, не могли сами вылечиться. Их направляли на комплексное лечение, включающее психологическую терапию с медикаментозными средствами.
И… нет, даже мысленно Максим не мог заставить себя произнести это… но, он, кажется, потихоньку начинал ей верить. Очень уж убедительно звучал голос. И ее присутствие Максим ощущал очень отчетливо, так же, как и присутствие любого человека.
Максим поставил чашку на стол. Вот, только подумаешь, и пожалуйста — он ощутил ее. Да, определенно это она. Тот же легкий холодок, словно необъяснимое пресловутое шестое чувство.
— Ну, привет. — Максим решил с разбега сигануть с обрыва.
«Ух! А я опасалась, что ты меня обманешь! Как же я рада, что ты держишь свое слово!» — В голосе слышалось такое отчетливое облегчение, что Максим непроизвольно почувствовал вину за игнорирование ее в прошлом. — «Спасибо».