Эликсир для мертвеца
Шрифт:
Когда они вернулись, Иаков, Руфь, Аструх и Ракель сидели во дворе, они почти не разговаривали, но ложиться спать не могли.
— Папа, — спросила Ракель, — где ты был? Я пришла к тебе, а тебя вдруг не оказалось.
— Я думал, ты привыкла к внезапным исчезновениям своего папы, — с нежностью ответил Исаак. — Но у тебя не было причин беспокоиться. Юсуф повел меня посетить друзей, которых завел, находясь в этом
— Друзей? — переспросила Руфь. — Где они живут?
— Насколько я могу судить, на зерновом рынке.
— На зерновом рынке? — удивилась Ракель, сев рядом с отцом. — Они что, мыши?
— Да, — сказал Исаак. — Очень большие мыши. Кормятся зерном, все видят и слышат, понимая только то, что имеет отношение к ним.
— Ты говоришь слишком философично и непонятно, — сказал Аструх. — Пожалуй, пойду спать. Утром за завтраком объясни, что это за мыши, я выслушаю с большим интересом. Доброй ночи.
После его ухода все продолжали спокойно сидеть.
— Пожалуй, я, как и сеньор Аструх, слишком устала, чтобы сидеть еще, — сказала наконец Ракель. — Пойду посмотрю, спокойно ли спит дон Арнау и не нуждается ли в чем его жена, потом отправлюсь в постель.
— Это очень любезно с вашей стороны, — сказала Руфь. — Вы избавляете меня от этой задачи.
— Подожди несколько минут, дорогая моя, — сказал ее отец.
— Хорошо, папа. Принести тебе чего-нибудь?
— Пока не надо.
От двери в главный коридор послышался еще один голос.
— Вы все еще сидите. Я подумал, что слышу ваш разговор.
— Давид, — сказал его брат. — Я не ожидал увидеть тебя здесь.
— Мне жарко, — ответил Давид. — И хочется пить. Я знал, у вас будет здесь, чем утолить жажду. Кувшин мятно-апельсинового напитка! Самый приятный способ омыть горло после всего выпитого вина.
— А твоя жена? — спросила Руфь.
— Бонафилья крепко спит и, думаю, не проснется до моего возвращения. У нее был долгий, утомительный день. И у тебя, сестра. Я не могу поблагодарить тебя должным образом за все труды ради меня. Ни у одной пары не было такой замечательной свадьбы. Даже среди собственных радостей я видел, как веселятся наши гости.
— Спасибо, — сказала Руфь.
— Но ты выглядишь чуть ли не больной от усталости. Иаков, ты должен отправить ее в постель.
— Да, Руфь, дорогая. Пожалуйста. Ты должна отдохнуть.
И Руфь тоже пожелала всем доброй ночи.
Как только послышались ее шаги по лестнице, Давид налил себе питья и заговорил снова.
— Иаков, я ждал, пока остальные
Ракель застыла от беспокойства.
— Этот человек, — продолжал он, — ты знаешь, о ком я, не буду вдаваться во всю историю, но этот человек хотел от Бонафильи не денег, как мы думали, а сведений о твоем пациенте.
— Каких сведений?
— Его имя, что у него за болезнь, женат ли он, очень ли болен. Она сказала ему, что не знает ничего этого — что не видела этого пациента, не говорила с ним, и все, что ей известно, — это какой-то торговец из Каркассона. Он стал давить на нее угрозами, велел ей выяснить, войти к нему в комнату и посмотреть на него, чтобы могла описать его внешность.
— И что она сделала?
— Лгала ему, но он не верил ей.
— Чем он мог угрожать такой девушке, как Бонафилья? — спросил Иаков.
Наступило тяжелое молчание.
— Видимо, — заговорил Исаак, — судя по тому, что рассказывала мне Ракель, он убедил ее, что располагает сведениями, которые могут принести бедствие ее отцу. Так ведь, дорогая моя?
— Да, папа, — ответила Ракель, торопливо думая. — Когда Бонафилья призналась мне в этом наконец вчера вечером, то была сама не своя от страха и горя. Но она не сказала, чего он хотел. Я пришла к другим выводам.
— Какая подлая тварь, — сказал Иаков. — Угрожать наивной девушке неприятностями другим.
— А теперь она успокоилась? — спросил Исаак.
— Переложив бремя своих беспокойств на плечи, которым легче его нести, она смогла спокойно заснуть впервые за много дней, — ответил ее муж.
— Я очень рад, — сказал Исаак.
Иаков и Давид негромко заговорили. Через несколько минут тишину нарушило проклятье.
— Мертв! — воскликнул Давид. — Кто мог желать смерти Абрама? Такого доброго, безобидного?
— Я не могу понять этого. Что происходит вокруг нас? — спросил Иаков. — Чем мы навлекли на себя эти бедствия?
— Иногда самый незначительный поступок влечет за собой вереницу бедствий, — сказал Исаак. — Иногда они возникают безо всякой причины. К примеру, Иаков, почему Эсклармонда отправила к тебе дона Арнау?
— Почему? Я говорил тебе. Считала, что в гетто ему будет безопаснее. И это так. В наши ворота входит немного чужаков, и за всеми ними наблюдают.
— Но есть и другие врачи? Почему не к кому-то другому? Например, к отцу Абрама? Выбрала она тебя по какой-то причине? Какой бы то ни было?