Эльфред. Юность короля
Шрифт:
– Оставь его, воин, – мягко сказал лекарь, приподнявшись на локте. Принц, повернувшись, узнал его – это был старый целитель, служивший еще его отцу, опытный цирюльник и травник. – Монах проработал двое суток, пусть отдохнет. Непривычный… Хе…
– Да, конечно… Но…
– Что тебе нужно, принц? – лекарь, кряхтя, поднялся и подошел поближе. Нагнулся к раненому, рядом с которым лежал Ассер. – У… Мда. Впрочем, я этого ожидал. Поможешь, принц?
– Конечно, – Эльфред нагнулся, поднял бездыханное тело и, осторожно ступая, отнес его в сторону. Положил рядом с другими телами,
– Послушай, ты занимался Алардом? Он был ранен, или его убили?
– Ранен. Я с ним работал. Осколок копья вынимал из плеча.
– Он жив?
– Вечером был жив. Я покажу, – лекарь завертел головой. – Вот он лежит.
Эльфред присел возле Аларда, завернутого в несколько плащей и уложенного совсем рядом с костром. Из складок сукна торчал нос – принц никогда и не замечал, насколько длинен нос у старика – и бледный лоб с синеватыми жилками у висков. Казалось, он спит, но когда рядом с ним очутился его молодой эрл, Алард приоткрыл глаза и посмотрел на него с таким лукавым выражением, будто собирался сказать какую-нибудь остроту.
– А, мальчишка…
Принц рассмеялся, правда, тихонько, чтоб не потревожить раненых.
– Ты отлично держишься, старик. Как тебя угораздило попасть под плохо окованное копье?
– Да вот… Слушай, дай напиться.
Эльфред отлучился к костру, где стоял большой котел с целебным отваром, зачерпнул деревянной кружкой, стоящей рядом, и напоил старика.
– Так лучше?
– Да… Как вы… Как их преследовали?
– Доскакали аж до Эштона.
– Далеко…
– Там я решил, что мы и так забрались слишком близко к логову зверя, и велел возвращаться.
– Правильно. В нашем деле главное – не увлекаться… – Алард тяжело дышал несколько минут. Должно быть, у него не было сил произнести ни слова.
– Как ты?
– Холодно.
– Попробую согреть, – принц подобрал пару крупных камней, и положил их рядом с огнем. – Сейчас, подожди.
– Эльфред! – позвал старик, и, когда принц присел возле него, с трудом проговорил: – Я тебе вот что хочу сказать. Ты молодец, смог поднять все войско, повести за собой. Только с братом своим держи ухо востро.
– Ты о чем, Алард? – удивился тот.
– Ты должен понять, о чем я, если не совсем дурак. Ты у Этельреда перехватил из рук вожжи… Дай мне пить, – он шумно глотнул, передохнул и продолжил. – Я могу и до утра не доскрипеть, поэтому говорю сейчас. Но я все время был в сознании – и когда ранили, и когда вытащили с поля, и когда резали, – невольно старик поморщился. – После этого я видел короля. Он беседовал с одним из своих эрлов…
– С кем?
– С Берном.
– Эрлом Лонг Бега? Да, я его знаю.
– Само собой. Берн ему предан. Король сказал, что многие эрлы хотят сделать тебя королем прямо сейчас, отстранив Этельреда, и что с этим надо что-то делать.
– Послушай, – помолчав, сказал Эльфред. – Я… Да, кстати, – он вспомнил о камнях, которые уже должны были нагреться, завернул их в грубые и толстые тряпицы, и подложил под покрывала старика –
– Еще не знаю… Ты слушаешь меня?
– Конечно.
– Твой брат может сделать что-нибудь, чтоб избавиться от тебя.
– Я не верю в это.
– Ты мне не веришь?
– Я тебе верю. Но ты тоже мог ошибиться. Не сердись. Я взрослый человек и могу сам о себе позаботиться. За эрлом Лонг Бега я послежу.
– Я хочу тебе напомнить, что Берн родом из Корнуолла и является двоюродным братом Вульфтрит. А эта женщина тебя ненавидит.
– Я помню. Ну, отогреваешься?
– Ага, – прошептал Алард и вдруг впал в сонное забытье – так резко, что не успел закрыть рот. На какое-то мгновение принцу показалось, что раненый умер, и он испугался, приложил руку к холодной щеке старика, поискал сонную артерию. Пульс был слабеньким, но он был. В одно мгновение осознавший, что может остаться без поддержки старшего товарища, Эльфред испытал настоящий страх.
Он поднялся и поискал глазами лекаря. Тот возился неподалеку – пытался перевязать руку раненому, но тот стонал и отбивался. Подойдя, Эльфред коленом прижал ладонь несчастного к земле и стал наблюдать за тем, как целитель деловито и торопливо отдирает присохшие повязки.
– Спасибо, принц, я бы сам не справился, – пропыхтел он.
– Скажи мне, Алард выживет?
– Все может быть. Рана тяжелая, а он уже немолод. Но, с другой стороны, твой элдормен очень крепок. Он почти не кричал, когда я ему резал плечо, только ругался. Ну, да священник ему это простит. Рана чистая, травы я наложил, какие надо. Он хоть и стар, но держится. Думаю, у него неплохие шансы. Не волнуйся, принц, и иди-ка отдыхать. А если завтра поможешь перенести раненых на повозки, я буду тебе благодарен.
– Мы завтра уходим отсюда?
– Армия уходит послезавтра, но раненых отправляют раньше.
– Куда?
– К Басингу. Туда же отойдет и армия, когда закончит хоронить своих солдат и язычников.
– Ясно, – поколебавшись, Эльфред добавил: – Думаю, моя помощь тебе пригодится. По крайней мере, пока не проснутся твои помощники и этот монах.
– И здесь я буду тебе очень благодарен, принц.
Эльфред трудился всю ночь и устал больше, чем уставал в битве. Ему приходилось таскать на себе стонущих раненых, держать их, пока лекарь перебинтовывал отвратительные раны, носить им воду и теплые камни. Тряпицы, в которые их можно было завернуть, скоро закончились, и горячие каменюги пришлось подкладывать под бок закутанному человеку, а не прятать в плащ или покрывало. Но так они быстрее остывали.
Вскоре у принца возник соблазн уйти, но гордость не позволила ему этого сделать. Он трудился до восхода, когда проснулись двое помощников лекаря, после чего свалился на землю у одного из костров и уснул. Правда, ненадолго, через три часа его разбудили, и, сунув в руки горячий котелок с похлебкой и ложку, дали указание покормить кого-нибудь, и оставили в покое. Эльфред попеременно совал полную ложку в рот то себе, то своему соседу, глотавшему шумно и с трудом, и медленно приходил в себя после отрывистого и тяжелого сна.