Элемент власти. Том VI
Шрифт:
Семь императоров, семь ключей. Убил на это целый день… Ну вот кто придумал прятать ключ в бункере, созданном на высоте пяти тысяч метров в самой высокой горе континента? Ещё и попасть туда легко не получилось. С Юкио два часа убили на поиски и прорыв в самое защищённое место этого мира. По крайней мере по моей личной градации, которую я составил после всего, что я видел.
Дальше настала очередь половины трактата Архаритов. Я появился в зале их совета и услышал обречённые вздохи.
— Это наша святыня, наша надежда. Она спасала нас все эти годы, она подарила
— Я не забираю у вас вашу святыню. Я собираюсь восстановить её.
С этими словами я доставал один за другим семь ключей. «Ключики» выглядели по-разному. В основном это были артефакты, внутрь которых запечатали куски второй половины трактата. За содержащейся в них божественности, они ни чуть не испортились. А вот сами ключи выглядели паршиво. Всё же творение бога и творения магов простых смертных имеют разные сроки жизни.
На глазах у Архонтов я уничтожил меч и вытащил кусочек свитка из рукоятки, раскрыл медальон и все прочие легендарные артефакты, хранящие внутри себя отрывки второй части трактата. Стоило им оказаться на свободе и поблизости от цельного куска трактата, как они ожили. Задрожали, потянулись друг к другу. Сияние магии окутало их, и куски срослись обратно.
Трактат восстановился, позволяя последователям традиций прошлого узреть чудо, о возвращении которого была написана не одна сотня молитв.
— Сегодня — великий день… — спустя минуту тишины произнёс Первый и начал вслух молиться, а следом за ним и остальные прочувствовали величие момента.
И я тоже прочувствовал его, ибо мне, в отличие от них, была прекрасно видна на этом трактате, который представлял из себя «свод правил» и пересказ событий, что уже давным-давно прошли, ещё одна печать. И это была печать, для открытия которой требовалась божественная энергия.
Н-да… Наивно было полагать, что среди смертных при живом хранителе мира мог когда-либо появиться божественный. А значит, эту печать Синху оставил не для них, а для кого-то другого. Кого-то вроде меня… Что ж, посмотрим, что за ней.
Я направил божественную энергию в печать на трактате, и в моё сознание врезалось магическое заклинание. Я остолбенел от неожиданности, ибо это было один в один похоже на то, что делали богини Смерти и Жизни.
Всё вокруг меня померкло, а следом я очутился на небольшом холме, с которого открывался вид на бесконечные луга.
— Что же… Раз ты здесь, значит, сумел зайти достаточно далеко и найти оставленное тебе послание, — произнёс голос за моей спиной, и я обернулся, чтобы увидеть старика Синху.
Я подошёл, помахал рукой, приветствуя его, но тот не отозвался. Он лишь смотрел вперёд со своей фирменной многозначительной улыбкой. Это просто его проекция… Послание, что он оставил для меня или кого-то ещё, кто сумел бы собрать воедино трактат и пойти по пути божественности.
— Знаю, что у тебя много вопросов, но уверен, что слушать сказки и байки старого бога у тебя нет времени. Оставим это на нашу следующую встречу. А пока давай поговорим о том, что такое судьба и чем ты рискуешь, отправляя её на жертвенный алтарь. А заодно выясним, насколько ты похож на своего предка, сумевшего покорить эту самую судьбу.
Начнём мы с самого простого… Я не смогу прийти
Теперь ответь мне на вопрос: ошибки формируют из нас тех, кто мы есть, или те, кто мы есть, допускают ошибки?
Старик многозначительно замолчал и присел на камень. Он ждал моего ответа…
Глава 15
Я не спешил с ответом. Ведь вопрос был действительно непростым. И наверняка с подвохом…
Скорее всего, оба ответа правильные. Ошибки — следствие неправильного выбора. А как понять, что выбор был неправильным? Конечно, после оценки итогов. И если они отличаются от наших ожиданий, мы сразу же начинаем злиться и корить себя за то, что что-то не сделали или сделали неправильно.
Но если бы мы не ждали результат и просто делали всё по наитию: как тогда оценить наши действия? Как понять, что было ошибочно, а что нет? Только вот я не знаю разумных, что могли бы настолько отрешиться от своей жизни. Даже златомордый и то действовал себе во благо, пусть и заставил страдать миллионы людей. Он действовал исходя из своих знаний и опыта, пытался сделать как лучше. Для себя. Для него этот путь не был ошибочным. По крайней мере не в его представлении. Ошибкой было связаться со мной. И результат этой ошибки — финал его бесславной и бесполезной для окружающего мира жизни.
Я живу довольно долго по меркам смертных. И совершал много ошибок на своём пути. Но эти ошибки сделали меня тем, кто я есть. Пытаться переписать их — значит, отказаться от себя. Отказаться от того пути, что я уже прошёл, и тех жертв, что принёс ради людей вокруг и ради будущего. Пытаться исправить то, что уже случилось — вот истинная ошибка.
Бесполезно пытаться прожить полную ярких красок жизнь, не допуская глупостей на своём пути. В конце всё равно всех ждёт один итог, и он обнулит все достижения, что были до этого. Энтропию ждёт любой мир. Потому что жизнь порождает смерть. И наоборот. Они сменяют друг друга в бесконечном цикле. И не важно: одно это существо или целый мир. Финал един для всего. Важно то, как пройдёшь свой путь и что оставишь после себя.
Не нужно бояться ошибок. На них нужно учиться и нужно их помнить, чтобы те несчастья, что свершились когда-то, больше не повторились и не стали причиной гибели всех тех, кто будет жить после нас.
Если бы не существовало смерти, никто бы не ценил то время, что нам отведено. Поэтому смертные столь трепетно относятся к своей жизни. Поэтому даже богов ждёт либо закономерный конец, либо «перезагрузка», как рассказывал Синху. Неспроста всё это случилось с ними на Перекрёстке…
— Ошибки подобны рукам мастера, что лепит своё творение. Без них мы были бы бесформенным куском глины, неотличимым от остальных. Сформировав нашу личность, мы закладываем основу для будущего пути. Миллионы дорожек ведут нас вперёд, и мы не знаем, к чему они нас приведут. Откровениям, счастью или новым ошибкам, что породят перед нами ещё больше путей или окажутся тупиком. Так что оба утверждения… Неполные.