Элемент движения
Шрифт:
— Чувствуешь? — Элия, словно слепая, водила по сторонам пустым взглядом, целиком уйдя в ощущения за пределами обычного восприятия. Даже она почуяла неладное.
Да. Именно близость ЭТОГО вынудила Брюса остановиться. За бумажной ширмой притаились львы. Неловко ткнешь пальцем преграду — и они тебя заметят.
«Дьенк сказал, что здесь нельзя использовать магию. Что она разбудит что-то спящее под городом. Это что-то очень опасно».
— Для нас?
«Для всех. Кроме Дьенка, наверное».
— А Дьенк может
— Дьенк? — обратился Брюс к сумраку.
— Нет! Нет-нет! Снова я туда не сунусь. Ни за что!.. Даже не уговаривай.
— С тобой ничего не случится. Ты уже призрак.
— Ты не понимаешь. Это выше моих сил. Это неодолимо для меня… Я не могу, прости…
— Короче, ты трусишь.
Тщетно пытавшаяся расслышать издали тихий спор Элия нетерпеливо позвала:
— Брюс? Ты спросил Дьенка?
«Он…»
— Не говори! Пожалуйста, Брюс, не говори ей, что я испугался!
«…он исчез куда-то».
Брюс вновь зажмурился, прислушиваясь, принюхиваясь, впитывая темноту, не разбавленную, а рассеченную солнечными лучами. Храм — или что это было? — замкнул исполинский кулак. Камень, словно живая плоть, содрогался, дышал, выжидал. Храм не строили, его растили. Если потянуться… то поймаешь отголосок вибрации. Тронь сильнее, и сыграешь мелодию…
— Брюс… У меня зудят зубы!
Камень отзывался. Пел, пока еще беззвучно, но едва ощутимая дрожь нарастала. Различие в напряжении материала давало разный отклик. Нарастало хрустальное стаккато… Глухо гудел кварц… Басил гранит, утопая в ватном шелесте известняка… Кости, заплясавшие на каменных тычинках, стали легки, как пыльца…
Даже тьма отозвалась. Словно плоть, она расслаивалась неравномерно. Часть сгустилась, обретая вязкость. Выпустила бахрому щупалец…
Мерный гул прокатился под куполом.
— Смотри!
Брюс открыл глаза.
Черные тени ползли снизу, как пауки, цепляясь за выбоины и изъязвления в камне.
— Эй! Осторожнее!
Затрещало и заскрежетало так, что и у Брюса разом заныли все зубы. Со стоном сорвалась с места одна из каменных фигур и рухнула вниз, отдавшись гулким грохотом и тяжким всплеском. С каменного потолка с шелестом посыпалась гранитная крошка, напыляя и разлохмачивая солнечные нити.
Колонны качались вразнобой.
Костяки на них неловко поднимались, будто марионетки, которыми управлял неумелый кукловод. Клубок ветоши слева развернулся и дергался, трепеща обрывками вышитого по краю плаща. Вокруг химеры, словно живые, извивались ржавые цепи.
— Брюс… прекрати это… — встревожено попросила Элия.
Она балансировала, расставив руки, в центре площадки. Брюс в ужасе разинул рот. Здоровенная трещина рассекла ее колонну. С глухим вздохом гранитный столб осел на пол-локтя.
Брюс прекратил.
Тугой гул пронизывал пространство, не желая замолкать по команде.
— Хватит!
— Это не я! — срывая связки прохрипел Брюс.
Вряд ли его было слышно.
Нечто огромное, могучее, незримое ворочалось где-то рядом, тяжко сотрясая все вокруг. В расширяющиеся трещины в своде хлынул свет. Несколько колонн подломилось и рухнуло в невидимую реку. Рыбный запах усилился.
Брюс вцепился в камни, пытаясь не сползти с накренившейся площадки. Пятки бесцельно скреблись, надеясь найти опору. Сумка заскользила вниз, Брюс едва успел перехватить ее за ремень. Брюсовы костяные соседи срывались вниз один за другим.
…А потом вдруг отпустило.
Тишина обвалилась ватная, обморочная, даже ворчливая вода внизу зашелестела едва различимо. Исчезла дрожь. Унялся тремор камней. Оседала пыль.
— Ну ты… Ты! Чародей! — Элия, которая так и стояла, расставив руки и ноги, наконец перевела дыхание. — Без разрушений не можешь?
«Это не я», — повторил Брюс ошарашенно, пытаясь убедить самого себя.
Элия не слушала. Колонна под ней запоздало качнулась, в очередной раз проседая. И теперь сильно кренилась вперед.
— Не двигайся! — захрипел Брюс изо всех сил. — Она сейчас рухнет!
— Куда? — деловито уточнила Элия. — Туда? А если так?
Она резво прыгнула вперед, на самый краешек и без того сильно наклоненного столба.
— Ты с ума… — Брюс даже зажмурился на пару секунд и успел в красках представить, как длины столба не хватает, чтобы достать карниз, бегущий по периметру, и колонна, бессильно чиркнув по воздуху, рушится вниз.
И впрямь чиркнуло. Но сухо, камнем о камень. По стене сразу же побежали черные змеистые трещины. Тех мгновений, что столб касался края карниза, застопорившись, Элии хватило, чтобы перепрыгнуть и схватиться за уши присевшей от ужаса горгульи.
Ш-шурх!.. Часть столба, разламываясь, полетела вниз. Косой обломок основания, белея сколом во тьме, остался на прежнем месте. У его подножия влажно чавкнуло.
— Ну вот, — констатировала хладнокровно Элия, высовываясь из-за горгульего уха и осторожно заглядывая во мрак за обрезом каменной полки. — То, что нужно.
— Все-таки ты ненормальная, — шепотом сообщил Брюс. — А если бы он был короче?
Она равнодушно пожала плечами:
— Я же все равно думала прыгнуть вниз, если ничего не выйдет.
Как и Дьенк, Брюс верил ей. Эта — прыгнет.
Прижимаясь спиной к стене, Элия переместилась по карнизу, огибая частично раскрошившиеся каменные изваяния. Добралась до химеры, исчезла за ней. Ржавые цепи позвякивали и вздрагивали, позволяя убедиться, что девушка все еще здесь. Потом все стихло.
А что если она опять…