Экзекутор
Шрифт:
— Правда?
— Я так любил читать, что мне это казалось совершенно естественным.
Молли посмотрела на свой рюкзачок, куда только что засунула блокнот.
— Мне тоже.
— Ты собираешься уезжать?
— Я сделала ошибку, приехав в Лос-Анджелес. — Голос у нее был твердым, но в нем не хватало уверенности.
— Ты думаешь, что если куда-нибудь уедешь, то сможешь избавиться от видений? — спросил Хантер.
Она не отвечала. И не смотрела на него.
Хантер помедлил.
— Я голоден, —
Молли неуверенно покосилась в ту сторону.
— Давай же. А то я буду чувствовать себя виноватым, если буду есть пирожное в одиночестве. Составь мне компанию. Как насчет ломтика вон того шоколадного? — Он показал на шоколадный торт на верхней полке.
Она помялась, но все же кивнула.
— И горячий шоколад? — показал он на пустую чашку перед ней.
— Да.
Через минуту Хантер вернулся с двумя порциями пирожного, кофе и горячим шоколадом. Пока Молли тянула свой напиток, Хантер обратил внимание, как у нее обгрызены ногти.
— Простите, — сказала она, крутя в руках чайную ложечку.
— Тебе не за что извиняться.
— За ту женщину, с которой я говорила. Я не знала, что она репортер. Она сказала, что работает с вами. Я не говорила ей, что я ясновидящая. Вы должны верить мне.
— Я верю тебе, и тут нет твоей ошибки, — серьезно ответил он ей. — К сожалению, в городе много людей, которые сделают все, что угодно, лишь бы вырваться вперед. Это я должен извиниться, что подставил тебя таким образом. Я должен был лучше все продумать.
Хантер вытащил из кармана сотовый телефон последней модели и протянул его Молли. Он объяснил, что его и Гарсии номера уже введены в него и, кроме того, в нем есть чип GPS. С таким телефоном им проще всего поддерживать связь. Она пообещала никогда не выключать его.
— Та фотография в газете, — помолчав, сказала она. — Я испугалась, что кто-то может меня узнать.
Хантер понял, чего она боится.
— И рассказать отцу?
Не отдавая себе отчет, она провела правой рукой по левой.
— Это он сделал?
Она вопросительно посмотрела на него.
— Сломал тебе руку? — Хантер кивнул на ее предплечье.
— Откуда вы знаете?
— Всего лишь наблюдательность.
Она посмотрела на свою руку и на небольшой кривой шрам, который шел от локтя. Когда она заговорила, в голосе ее были гнев и печаль.
— Он бил меня почти каждый день.
Хантер слушал, как Молли рассказывала ему об избиениях. О сломанной руке и пальцах. И о неутихающей ненависти, которую отец испытывал к ней — просто потому, что она родилась девочкой. Она рассказала, как ей не хватало матери и как отец проклинал мать за то, что она умерла. Но она так и не смогла рассказать Хантеру
Хантер сжал кулаки, когда представил себе множество психологических шрамов, которые будут сказываться на Молли всю ее жизнь.
— Я знаю, что ты боишься, Молли. Но убегать — это не выход. И никогда не будет таковым.
— Это единственный выход, который у меня есть, — выпалила она. — Вы не знаете, что это такое. Вы не знаете, каково понимать, что отец никогда не успокоится.
— Я не пытаюсь учить тебя, как поступить, Молли, — ровным голосом сказал Хантер.
— Вот и не надо.
Хантер внимательно пригляделся к ней. Ее реакция была вызвана страхом, а не гневом. Тем же страхом, который заставил Молли убежать и продолжал гнать ее.
— Прости. Я не хотел, чтобы ты злилась.
Молли сделала глубокий вдох и уставилась в свою чашку. Прошло не меньше минуты, прежде чем Хантер заговорил:
— По телефону у тебя был очень обеспокоенный голос, Молли. Что-то случилось?
— У меня было еще одно видение, — быстро проговорила она.
Хантер наклонился к ней.
— Увидев утром свое изображение в газете, я запаниковала. Мне захотелось снова унести ноги. — Она показала на рюкзачок у ног. — Я думала об этом всю дорогу до автобусной станции.
— Куда ты собиралась двинуться?
Молли хрипло усмехнулась:
— В любое место, куда смогу добраться с той мелочью, которая у меня есть. Я даже не думала. Просто хотела убраться отсюда.
— И это видение изменило твое намерение? — спросил Хантер.
Молли кивнула и снова стала крутить в руках чайную ложечку.
— Оно случилось, когда я уже была на станции и решала, куда ехать.
— Что ты увидела?
Они встретились взглядами, и Хантер увидел страх в глазах Молли.
— Когда видения возвращаются, они отличны от тех, что я видела, когда была моложе.
— Ты сказала, что теперь они выступают от первого лица и порой больше не молчат, — кивнул Хантер.
— То, что я видела сегодня, не было ни личностью, ни местом… Оно уже не прокручивалось, как в кино. Но я поняла — это было чем-то очень важным для убийцы.
Хантер ждал.
— Я увидела дату.
Хантер резко повернулся к ней:
— Какую дату?
Молли глубоко вздохнула и содрогнулась.
— День Нового года.
87
Гарсия подсадил Хантера в семь часов утра.
После марафона телефонных звонков предыдущим вечером миссис Адамс, библиотекарь школы в Гардене, согласилась встретиться с ними в школе в половине восьмого.
— Я нашел Молли, — сказал Хантер, когда Гарсия вырулил на Голливудское шоссе, что вело на северо-запад.