Эксперт № 48 (2013)

Эксперт Эксперт Журнал

График 1

Представьте себя частью одной или нескольких групп, наиболее близких Вам по духу. Какие это будут группы?

График 2

Кого бы Вы могли назвать русским?

График 3

Вы ощущаете себя патриотом России или нет?

График 4

С чем у Вас в первую очередь ассоциируется слово "родина"?

График 5

Вы скорее поддерживаете или не поддерживаете следующие лозунги, призывы?

График 6

Вы гордитесь или не гордитесь принадлежностью к следующим группам

График 7

Считаете ли вы по большому счету российскими следующие территории или нет?

График 8

Как Вам

кажется, в Вашем населенном пункте возможны или невозможны конфликты, столкновения, массовые выступления по следующим причинам?

Иран в законе

Геворг Мирзаян

Соединенные Штаты пытаются начать легализацию Ирана и вывод его из-под санкций. Если им это удастся, будет запущен процесс переформатирования Ближнего Востока

Фото: Reuters

Заключенное в Женеве 24 ноября соглашение между Ираном и Западом действительно можно назвать историческим. Вашингтону впервые за много лет удалось убедить Тегеран приостановить свою ядерную программу.

Основной причиной, по которой Тегеран согласился сотрудничать с американцами, называют тяжелые последствия западных санкций для иранской экономики. В результате их введения иранцы потеряли возможность экспортировать нефть на Запад, а иранские банки — участвовать в мировой финансовой системе; иранские активы на Западе были заморожены. «Санкции привели к стагнации иранской экономики и социального сектора, в прошлом и позапрошлом году социологические опросы показывали, что значительная часть молодежи хочет уехать из Исламской Республики», — говорит политолог-иранист Севак Саруханян . Те, кто хотел остаться, требовали перемен и поэтому проголосовали на выборах за Хасана Роухани . И аятолла Али Хаменеи понимал, что если бы власть не отреагировала на чаяния избирателей, то они бы перешли от требования сменить президента к требованию сменить рахбара.

Со другой стороны, для Соединенных Штатов нормализация отношений с Ираном была последним шансом на нормализацию «поствесенней» ситуации на Ближнем Востоке (без чего США не могут реализовать «доктрину Обамы», сократить свое присутствие в регионе и сконцентрировать все усилия на Восточной Азии). Другие варианты уже провалились. Палестино-израильский мирный процесс теперь рассматривают как бесперспективный даже самые отъявленные вашингтонские оптимисты, а амбициозный проект Барака Обамы по установлению на Ближнем Востоке стабильных умеренно исламских демократических режимов провалился уже на стадии испытаний в Египте.

Впрочем, несмотря на явную политическую волю обеих сторон переговоров, судьба американо-иранского сближения пока не определена. У этого процесса очень много противников как внутри США и Ирана, так и за пределами двух стран. Если же процесс завершится успешно, то очевидно, что он не только легитимизирует Иран, но и изменит всю ситуацию на Ближнем Востоке. А также, не исключено, и границы некоторых государств региона.

Полгода спокойствия

Несмотря на все историческое значение подписанных в Женеве соглашений, нужно понимать, что пока они имеют исключительно тактический характер и заключены на полгода. Целью этих соглашений было не решение иранского ядерного вопроса, а создание нормальной атмосферы для ведения переговоров и подписания нового исторического документа — полномасштабной пакетной сделки между Ираном и США, которая определит не только судьбу иранской ядерной программы, но и место Исламской Республики на Ближнем Востоке.

Так, одним из основных рациональных опасений относительно любых переговоров с иранцами было

предположение о том, что Иран садится за стол переговоров не для того, чтобы достичь соглашения, а для того, чтобы потянуть время. У Роухани уже был опыт подобных игр: нынешний глава исполнительной власти, который в 2003–2005 годах при президенте Мохаммаде Хатами был основным переговорщиком по иранской ядерной программе, публично хвастался тем, что ему удалось тогда сыграть на противоречиях между США и Европой, не допустить принятия санкций и фактически выиграть время для развития этой программы. «Пока мы вели переговоры с Западом, мы оборудовали объект в Исфагане (на котором сейчас производится ядерное топливо. — “ Эксперт” )», — заявил Роухани в ходе предвыборной кампании. «Во время ведения переговоров мы смогли импортировать все материалы, необходимые для ядерной программы», — поясняет бывший спикер администрации Мохаммада Хатами Абдулла Рамезанзаде . Именно поэтому Иран, согласно подписанному соглашению, взял на себя обязательство на ближайшие полгода полностью заморозить свою ядерную программу. В частности, не обогащать уран выше пятипроцентного уровня, заморозить строительство объекта в Араке и не вводить в действие новые центрифуги и ядерные объекты. Причем весь этот процесс будет верифицирован со стороны МАГАТЭ — Иран допускает инспекторов агентства на ряд своих объектов, включая Форду и Натанц. Далее: противники переговоров с Ираном утверждали, что у Тегерана есть запасы обогащенного до 20% урана, «от которого один шаг до получения оружейного урана», — иранцы согласились уничтожить накопленные запасы высокообогащенного урана.

Со своей стороны, американцы и европейцы создали подушку безопасности для Роухани, сняв на полгода с Исламской Республики часть санкций и разблокировав ряд иранских счетов в западных банках. По предварительным оценкам, это пополнит иранский бюджет на 7 млрд долларов. В результате иранское население очень быстро почувствует, что нормализация отношений с Соединенными Штатами выгодна, и не будет особо протестовать против того, чтобы в течение отведенного соглашением полугода иранский президент обсуждал со Штатами серьезные и даже болезненные для Ирана вопросы.

В результате и Вашингтон, и Тегеран сейчас представляют соглашение как серьезную дипломатическую победу. «Это хорошая сделка, поскольку это первое за десять лет соглашение, которое сдержало иранскую ядерную программу и в некоторых вопросах даже повернуло ее вспять», — заявил заместитель советника по национальной безопасности Обамы Тони Блинкен . Сам же Обама заявил, что «соглашение откроет путь к новому, более безопасному миру». А иранский министр иностранных дел Мохаммад Джавад Зариф подчеркивает: впервые иранцам удалось добиться того, чтобы США официально признали за Исламской Республикой право на мирный атом. Он обещает, что подписанный документ приведет к восстановлению доверия между американцами и иранцами.

Конгрессмены и контрабандисты

Между тем далеко не все в Иране и в Соединенных Штатах испытывают эйфорию от подписанного в Женеве соглашения. Так, активно подогреваемые израильским лобби американские конгрессмены негодуют. По словам сенатора Линдси Грэма , сделка «далека от того, чем должна была бы закончиться история с иранской ядерной программой». Сенатор заявил, что целью любого соглашения с Ираном должно быть прекращение обогащения. В Конгрессе крайне недовольны тем, что Обама фактически обошел Капитолий при заключении этой сделки. Конгресс никак не мог на нее повлиять, во-первых, потому, что она была подписана во время идущих в США каникул, связанных с Днем благодарения, а во-вторых, потому, что снятие указанной в соглашении группы санкций не требовало одобрения высшего законодательного органа.