Шрифт:
Р. Яров
Экспериментальный квартал
Инженер Контргайкин давно просил своего друга архитектора Пилястрова показать ему новый жилой дом, о котором столько писали в газетах. Пилястров, наконец, согласился. Друзья влезли в АМТ (аппарат мо ментальной транспортировки) восемьдесят четвертого маршрута и
– Экспериментальный, - объяснил Пилястров.
– Под дом подложена антигравитационная плита. Ни фундамента тебе не нужно, ни, стало быть, землеройных работ. Больше того: захотел перенести дом в другое место пожалуйста. Подцепил атомным дирижаблем - и волоки куда хочешь. Любой архитектурный ансамбль можно создавать. А канаты держат лишь, чтоб не прыгал сам. Машина какая-нибудь старинная проедет мимо, почва дрожит - дом и ускакать может...
– А как бы внутрь? Отделочку посмотреть...
– Заходи, - Пилястров сделал приглашающий жест, но сам почему-то не пошел.
Контргайкин открыл входную дверь, шагнул на ступеньку и, взлетев вверх, больно ударился головой о потолочное перекрытие.
"Ах да, я же ничего здесь не вешу", - сообразил он. Цепляясь за прутья перил, Контргайкин вернулся к исходному пункту.
– А как вверх подняться?
– крикнул он.
– На лифте, - послышался голос с улицы.
Крепко держась за перила, Контргайкин добрался до двери лифта. Но странно: кнопок возле нее не было, не слышно было и скрипа, и не свисали, покачиваясь, тросы.
– Эй, - разозлился Контргайкин, - где же кабина?
– Нету, - отозвался Пилястров.
– Заходи прямо в шахту, отталкивайся посильней - и
Любопытство пересилило в Контргайкине страх. Он стремительно полетел вверх, как вдруг, оцарапав ему нос, вниз пронеслись ботинки, а за ними и вся фигура человека. "Как же это он избавляется от антигравитации?" подумал Контргайкин, но решить этот вопрос не успел: голова его стукнулась об ограничитель. К ограничителю, правда, была приделана подушка, но все равно в ушах зазвенело. Контргайкин открыл дверь лифта и вылез на площадку. Он вспомнил правила поведения человека, очутившегося на тонком льду, улегся на живот и стал медленно глядеть то направо, то налево. Лестницы не было. "Ну да, - сообразил Контргайкин, - она и не нужна тому, у кого есть в ботинках прибор для уничтожения антигравитации. Но мне-то как быть?" Кое-как он прополз через десять комнат и очутился на балконе. Земля была далеко внизу, зато рядом Контргайкин увидел конец троса, удерживающего дом. "Другого пути нет", - решил он, вцепился в трос и пополз вина. Пока трос находился в зоне антигравитационной плиты, все было неплохo, но вскоре он оказался над свободным пространством, и Контргайкин стремглав полетел вниз.
Очнулся он оттого, что кто-то энергично его тормошил.
В голове гудело, все тело разламывалось, и руки, оцарапанные о трос, горели. Возле себя он увидел Пилястрова.
– Великолепно, не правда ли!
– кричал архитектор.
– Оригинально, современно, уютно. Вставай, я тебе еще один экспериментальный дом покажу из новых строительных материалов. Стены из ваты пополам с бумагой, обожженные в сталеплавильной печи, а крыша - из бронированных плит, для защиты от метеоритов.