Эксперимент

Фосс Лекси К.

— Хочешь встать? — мягко спросил я.

— Ты хочешь, чтобы я встала? — хмуро посмотрела на меня Дачиана.

— Я хочу, чтобы тебе было удобно.

— Удобно? — ее светлые брови поднялись до самых пепельно-русых волос. — В медицинской лаборатории? Привязанной к столу? — казалось, она обдумала свой же вопрос и снова нахмурилась. — Это вообще возможно?

Меня не волновал ее тон или слова, настолько я был рад их слышать. Они доказывали, что Дачиана не была сломлена безвозвратно. Последние двадцать четыре часа я беспокоился

о ее психическом здоровье из-за робости и игры в молчанку. Но под внешней покорностью Дачиана была жива.

Ну, по большей части.

Разве что скрывала свой дискомфорт.

Конечно, слова Дачианы имели смысл. В ее положении об удобстве не шло и речи.

— Завтра у тебя выходной, — решил я по возвращению Райли. Должно быть, она услышала мое заявление и, изумленно наморщив лоб, поставила на стол сумку с принадлежностями для купания. — У вас с Цересом предостаточно образцов. Завтра я покажу Дачиане сектор. И мы отправимся на пробежку в горы. Это не обсуждается. Андер даст свое согласие.

Потому что я бы его заставил. Будучи главой Андорры, он оставался моим лучшим другом. Если я утверждал, что девушке нужен отдых, значит, так оно и было.

— Есть, сэр, — насмешливо отсалютовала Райли.

— Ты упорно намерена довести меня до порки, да? — проклятая нахальная мегера. — Мне никогда не понять, как Джонас управляется с тобой.

— Он управляется со мной или я управляюсь с ним? — Райли сделала вид, что задумалась.

— О, определенно я управляюсь с тобой, маленькая грубиянка, — появился в дверях Джонас. — Перестань мучить Элиаса.

— Я его не мучила.

— У твоей пары отвратительный характер, — сообщил я ему.

— Я в курсе, — ответил огромный мужчина, с прищуром посмотрев на свою женщину. — Ты подаешь нашей гостье дурной пример.

— Или, может, наоборот хороший, — дерзко усмехнулась Райли.

— Пойдем, — недвусмысленно прорычал Джонас и, шагнув вперед, схватил ее за шею.

Райли засмеялась, когда альфа перекинул ее через плечо и сильно шлепнул по заду.

Глядя им вслед, я покачал головой. Джонас был святым, до безумия любившим свою пару.

— Он сильно ее изобьет? — спросила Дачиана, но тут же закрыла рот, словно не хотела озвучивать вопрос.

— Изобьет ее? — уточнил я.

— Извини. Я не имела в виду…

— О, думаю, я точно знаю, что ты имела в виду, малышка, — я наклонился, намеренно вторгаясь в ее личное пространство, чтобы по запаху распознать эмоции. — Скорее всего, Джонас отшлепает ее за вызывающее поведение, но ей понравится. Они так играют. Она часто устраивает сцены, и он ее наказывает. Потом они трахаются, Райли бурно кончает и влюбляется в него еще чуть сильнее.

Щеки Дачианы стали ярко-розовыми, у нее перехватило дыхание, и я уловил в воздухе тонкий аромат ее смазки.

Мм, да.

Она превосходно поняла мое описание.

— В нашем секторе мужчины не бьют своих женщин, — заявил я. — И если мое впечатление

о Душане верно, думаю, в Теневом секторе тоже. Тогда кто же заставил тебя поверить в эту ложь?

Дачиана поерзала, и мне стало ясно, что я задел больную мозоль. Что ж, очень жаль. Я хотел знать, кто, черт возьми, забил ей голову этой чушью.

— Не отмалчивайся, принцесса, — протянул я. — Скажи мне, кто так печально описал твои перспективы?

— Мне уже можно пожаловаться на боль? — тихо ответила Дачиана. — Или снова промолчать?

— Я даже не притронулся к тебе, — изумился я, отшатнувшись от нее.

— Не всякая боль физическая, альфа, — тихо продолжила Дачиана, переведя взгляд светло-голубых глаз на стену. — Иногда нас мучают воспоминания, — сильное утверждение, которое многое объясняло.

— Твоя мать страдала от жестокого обращения своей пары.

— У моей мамы не было пары, — прошептала Дачиана. — Она была бетой, которой пользовались одинокие альфы.

Ох, черт… Я запустил пятерню в волосы, прекрасно поняв, что Дачиана имела в виду. Некоторые беты выбирали своей профессией обслуживание альф. За последние годы я захаживал к нескольким таким. Но беты физически отличались от омег и не могли в полной мере вынести нашу агрессию.

Вот почему большинство из них в конечном итоге получали травмы.

— Все альфы одинаковы и хотят только одного, — продолжила Дачиана. — Но никто из них не трогал меня, даже когда я предлагала себя вместо нее. Они не хотели спариваться и брать пару. Нет, альфы у меня дома хотели только доминировать и разрушать, — она покачала головой, потерянная в своих мыслях. — Мама умерла, знаешь. Вот почему Душан отправил меня сюда. Потому что меня никто не ждет.

— Он так и сказал?

— Ему и не нужно было, — тихо сказала Дачиана.

— Не похоже на вожака, которого я знаю, — признался я. Душан был непримиримым переговорщиком, но явно питал слабость к своим омегам. Зачем иначе ему добавлять к торговой сделке требование об ухаживаниях? Теперь ни один альфа Андорры не мог спариться с омегой без ее согласия. В клане Икс поступали иначе, что не умаляло значимости требований Душана. Более того, они даже казались правильными.

— Я никогда его не встречала, — ответила Дачиана. — Он выше всех в нашей иерархии, а я — всего лишь дочь шлюхи.

— Ты не должна так говорить о своей маме, — хмуро посмотрел я на нее.

— Почему? Все так ее называли, — с уголка ее глаза выкатилась слеза, которую она или не заметила, или не нашла в себе сил стереть. — Когда у альф закончился гон, они даже не похоронили ее, оставив меня заботиться о теле, — Дачиана тряхнула головой, словно отбрасывая воспоминания. — Извини. Мой рассказ был неуместен. Мне стоило догадаться. Я приму любое наказание, какое ты сочтешь нужным.

Я в изумлении уставился на нее, и у меня на языке уже вертелись слова: «Какого черта с тобой случилось?»