Эксперимент
Шрифт:
Я завладела его губами.
Он подарил мне первое соприкосновение наших языков, после чего издал стон, отозвавшийся у меня между ног. Оседлав Элиаса, я обняла его за шею, и он опустил руки мне на бедра.
До полнолуния оставался день или два, но мое тело готовилось, напоминая мне о течке.
Ни один другой мужчина никогда не вызывал у меня такой реакции.
До Элиаса.
Стянув с меня рубашку через голову, он обнажил мою грудь. Элиас припал ртом сначала к одному соску, затем ко второму, задевая зубами чувствительную
Я потянула его за волосы.
Зарычала, требуя большего.
Страстно захотела его укуса.
О, я полностью растворилась в этом мужчине.
Мой альфа.
Мой Элиас.
Перевернувшись, он уронил меня спиной на диван и, такой большой, навис надо мной.
— Я трахну тебя, Дачиана, — заявил Элиас. — Ты закричишь так громко, что услышат все в гребаном квартале.
Он расстегнул пуговицу на моих джинсах.
Потянул вниз молнию.
И глубоко вдохнул.
— Все узнают, что я в твоем сладком влагалище, дорогая. Что я владею тобой. Беру тебя. Предъявляю на тебя права.
— Да, — прошипела я, приподнимая бедра и помогая ему снять с меня джинсы.
— К концу они узнают, что ты достойна, — продолжил Элиас, проведя носом от моего колена до бедра. — Пепельные волчицы такие же красивые и удивительные, как омеги клана Икс. Все позавидуют, что я беру тебя, детка, — последние слова он произнес прямо над моей разгоряченной плотью, выдохами дразня чувствительное средоточие нервов.
— Элиас, — прошептала я, проведя пальцами по его волосам.
— Ты моя, — повторил он, и его слова вызвали трепет в моих влажных складках. Элиас погрузился в меня языком, глубоко вылизывая и заставляя приподниматься на подушках от острой нужды.
Из меня излилось еще больше смазки прямо ему в рот, пока он пожирал меня так, как я только мечтала.
«Небеса, — подумала я. — Это рай».
Рот Элиаса.
Язык.
Зубы.
Боже мой, я не могла дышать. Из моих глаз полились слезы, но совсем по другой причине. Он был безжалостным. Умелым. Идеальным. Уничтожал меня для других мужчин. Мне не на что было жаловаться. Потому что Элиас наконец-то показал мне наслаждение. Истинное удовольствие. О таких ласках волчицы мечтали, но редко испытывали. По крайней мере, в моей жизни.
Я влюбилась в него еще немного, и моя душа слилась с ним в союзе, который нам только предстояло заключить.
Все наши разногласия исчезли.
Судьбы переплелись.
Элиас отметил бы меня. Я чувствовала уверенность всем своим существом. Знала, что рожу Элиасу ребенка. С темными волосами, как у него, и с моими голубыми глазами.
Улыбнувшись, я снова выгнулась, и низ моего живота сжался на грани с болью.
— Я близко, — удалось мне выдохнуть, несмотря на стук крови в ушах.
— Мм, я знаю, — прошептал Элиас, подняв на меня глаза. — Покричи для меня, принцесса. Выкрикни мое имя.
Он вобрал
Я послушалась.
Отдала Элиасу все, что у меня было.
Свое сердце.
Свое дыхание.
Саму свою душу.
Имя Элиаса слетело с моих губ, как ода. У меня задрожали конечности, и затуманилось видение от того, как мое тело пело для него.
В следующую секунду он был уже на мне и входил в меня, успев лишь приспустить джинсы. Они царапали внутреннюю сторону моих бедер, но я была рада отвлечься и вернуться в реальность, чтобы почувствовать каждый сантиметр проникновения.
— Будет больно, — предупредил Элиас.
Я разрешила ему вздохом, и когда он настойчиво завладел моим ртом, впилась ногтями в его шею.
На его языке чувствовался вкус моего возбуждения, поднявшего меня на новые высоты, и наш секс стал очень жестким.
Гораздо жестче, чем в прошлый раз.
Быстрее.
Беспощаднее.
Словно с каждым движением бедер Элиас выплескивал разочарованнее после конфронтации.
Я брала у него все.
Принимала.
Наслаждалась.
Помимо боли, во мне начал нарастать водоворот ощущений, вылившийся в чувствительное место между ног.
Каждый толчок разжигал внутри меня пламя.
Каждое скольжение губ и языка подчеркивало наше соединение.
Восхитительное ощущение от того, как штаны Элиаса натирали мою чувствительную плоть, заставляло меня молить о большем.
Сжав обеими руками мои бедра, он приподнял их, чтобы я приняла его еще глубже. Элиас оставлял синяки. Я гордилась ими.
С нашими потребностями мы превратились в дикарей, и мои внутренние стенки сжали член, требуя брать меня сильнее. Элиас свирепо нападал на мой рот, почти пуская кровь. И наши тела сцеплялись в бешеном ритме, не дававшем мне даже вдохнуть.
Хотя не сказать, что мне нужен был кислород.
Я все равно только и делала, что кричала.
У меня сел голос и болели пальцы от того, как крепко я держалась за Элиаса. Не выдержав, я забылась в кульминации, сжимая его в себе и требуя последовать за мной.
Тихо утробно простонав мое имя, он взревел, отмечая меня изнутри, и связал нас узлом, мощно изливая во мне семя.
Тем самым Элиас породил новую волну удовольствия, толкнувшую меня к третьему оргазму, от которого из моих глаз полились слезы.
Я задыхалась, моя грудь горела от потребности в кислороде, сердце билось в нездоровом ритме.
Судя по запаху с нотами железа, у одного из нас или даже у обоих шла кровь.
Облизнув нижнюю губу, я попробовала вкус.
Проглотила.
Задрожав под Элиасом, я почувствовала себя удивительно использованной и абсолютно переполненной. Моя пара. Мой Элиас. Он все еще меня не укусил. Не так, как мне требовалось. Но я чувствовала его намерения в объятиях, выражении глаз и пульсации члена.