Эксперимент номер 225
Шрифт:
Живот Аннали скрутило. Она не ела уже довольно долгое время. Ей нужно было добраться до столовой, чтобы взять еды. Как на зло, путь до столовой лежал через камеры в одной из которых находился Айзек.
Нет, если она снова его увидит… Сердце Аннали просто не выдержит и она сломается, снова впадёт в депрессию, снова попытаться покончить с собой… Но другого выбора у неё просто не было.
Девушка сильно сжала свои плечи и не решительным шагом направилась в сторону камер, стараясь не поднимать взгляд. Со стороны было похоже на то, будто Аннали страдает наркотической
Так постепенно Аннали проходила камеру за камерой, в том числе и ту, где находился Айзек. Метис всё ещё был там, неподвижно стоял на коленях, утыканный множеством трубок. Несколько трубок торчали из его предплечий, по ним перегонялась кровь, крупная трубка была введена в горло Айзека, она насыщала его лёгкие кислородом, более мелкие трубки были подсоединены к спине парня, по ним циркулировал прозрачный раствор, по всей видимости глюкоза и физический раствор, а возможно и седативные препараты.
Айзек держал голову опущенной и не поднимал взгляд. Казалось, он совсем не понимает, что происходит… Краем глаза Аннали заметила датчики с его жизненными показателями:
Пульс — 90 ударов в минуту.
Частота дыхания — 20 в минуту.
Артериальное давление — 100/60 миллиметров ртутного столба.
Насыщенность О2 — 97 %.
На полу девушка заметила некое подобие крови и… рвоты? Нет, она не должна об этом думать!
Ускорив шаг, Аннали, чуть ли не переходя на бег, спустилась вниз по лестнице и вскоре попала в жилой блок, а оттуда прямиком в столовую.
Девушка взяла лёгкий обед, перекусила и решила немного отдохнуть в своей комнате, так как коллеги, в прямом смысле, стали сторониться её и как-то странно перешептываться между собой. Неужели она настолько плохо выглядит?
После обеда, как и было задумано, Аннали вернулась в свою комнату, приняла душ, а затем рухнула на диван в махровом белом халате. Она рассматривала потолок и думала о сегодняшнем дне. Сколько работы ей ещё предстоит выполнить… Девушка не заметила, как её глаза начали постепенно закрываться, пока она вдруг не погрузилась в глубокий сон.
*****
Аннали открыла глаза и резко вскочила с дивана. Она поняла, что проспала весь день. И спала бы дальше, если бы не будильник, который она завела на семь часов вечера.
Мысленно отчитав себя за этот поступок, Аннали быстро привела себя в порядок и переоделась в свою рабочую форму — белое обтягивающее платье, поверх которого она одевала белый халат, светлые туфли на маленьком каблуке и талисман в виде золотого сердечка на шее.
Девушка заперла за собой дверь и поспешила вернуться в архивы. Она и так потеряла довольно много времени, внезапно прервавшись на сон.
Аннали снова предстояло пройти через камеры лаборатории. К сожалению или к счастью, рабочее время уже давно закончилось и в блоке снова воцарила тьма и тишина.
Девушка
Мысленно она повторяла про себя одну и ту же фразу:
— Прости… прости меня… Айзек.
Проходя мимо его камеры, она внезапно остолбенела: Айзек обессилено висел на трубках, опутывающих его руки, некоторые из них были сорваны и из них на пол лилась кровь. Из трубки, которая была введена в рот парня капала желтоватая жидкость, а на губах остались следы недавней рвоты. Жизненные показатели изменились в худшую сторону:
Пульс — 140 ударов в минуту.
Частота дыхания — 32 в минуту.
Артериальное давление — 60/40 миллиметров ртутного столба.
Насыщенность О2 — 90 %.
Это были показатели умирающего человека!
— Айзек! — в ужасе вскрикнула Аннали, закрывая свой рот руками. Сейчас перед ней встал сложный выбор: Уйти отсюда и позволить Айзеку умереть или же попытаться оказать ему медицинскую помощь, и попытаться спасти?
Но с другой стороны… Айзек пережил в стенах этой лаборатории столько ужасных событий, что такая смерть была самым лучшим исходом.
Минуту Аннали смотрела на умирающего Айзека, а затем крепко ухватила себя за плечи и направилась в сторону архивов.
— Так будет лучше… Так будет лучше… — твердила она себе под нос, словно молитву.
Слёзы полностью закрыли обзор, всё превратилось в сплошную мутную картину. Даже если бы Аннали и попыталась помочь Айзеку, она бы попросту не смогла открыть камеру. Камера открывалась специальным ключом, который находился только у заведующего блоком.
Внезапно, сделав очередной шаг, девушка обо что-то запнулась из-за чего с грохотом упала на пол. Посмотрев себе под ноги она увидела нечто красное, цилиндрической формы. Это… что, огнетушитель? Кто его вообще здесь оставил?
За секунду рой мыслей разом пролетел в её голове. Не успев опомниться, Аннали схватила огнетушитель и с разбегу впечатала его в стекло камеры, где сейчас находился Айзек.
Не знаю сколько она приложила сил для этого удара, но этого хватило, чтобы стекло камеры треснуло и сквозь повреждённую зону можно было выдавить проход, через который можно было пролезть.
Аннали, приложив некоторые усилия, пролезла внутрь камеры. Придерживая Айзека, она извлекла из него оставшиеся трубки, уложила на пол и перевязала его кровоточащие раны кусками ткани, которые оторвала от подола своего халата.
Оказав парню первую помощь, она направилась в хозяйственную комнату, где взяла оттуда тележку для перевозки белья. Накидав на неё несколько простыней, Аннали, как можно аккуратнее, переместила на неё Айзека и, прикрыв парня ещё парой простыней, покатила тележку в сторону архивов.
Закатив тележку внутрь здания, Аннали переложила парня на раскладушку, что находилась в небольшой отдельной комнатке, оставленной ещё от предыдущего работника архивов, который буквально жил здесь, у себя на работе.