Эксперимент Эйвери Шоу

Орам Келли

ГЛАВА 12

ДЕПРЕССИЯ

Грейсон

Я думал, что буду радоваться, когда Эйвери наконец отчитает моего братца, только в итоге все оказалось иначе. Как-то хреново. Эйден это заслужил, и да, часть меня была удовлетворена сполна, когда Эйвери швырнула в него дневник, но видеть, какую ей это причиняло боль, мне не нравилось.

Описать состояние Эйвери после ссоры с Эйденом можно было лишь одним словом –

«утомленность». Я ожидал приступ панки. Думал, она разразится истерическими рыданиями, как только брат уйдет, но вместо этого застал лишь изнурение. Эйвери не пролила ни слезинки. И за это я ей гордился.

Она буквально повисла на мне и в течение долгой минуты, уткнувшись в грудь, впитывала утешение в моих объятиях. И в то время как я ожидал, что ее накроет приступ паники, девушка подняла голову и, взглянув на меня, спросила:

– Ты ведь на самом деле не рассчитываешь, что надену тот купальник?

Я был шокирован, но почувствовал, как по лицу расползается улыбка. Все наши занятия действительно ей помогали. Даже не обсуждается. Прежняя Эйвери бы с этим не справилась, особенно под пристальными взглядами в людной комнате.

– Еще как рассчитываю, – ответил я. Все-таки я заплатил за него хорошие деньги.

– Ладно, – вздохнула она. – Но если я его надену, тогда, пожалуйста, воздержись от извращенных комментариев в мой адрес, угу? Знаю, задачка не из легких, но сейчас я этого правда не вынесу. Мне просто хочется повеселиться с друзьями, но ничего не выйдет, если ты вгонишь меня в краску.

Вполне разумная просьба. Хотя я не был уверен, что справлюсь.

– Я буду стараться изо всех сил.

Когда десять минут спустя девчонки вернулись уже в купальниках, у меня едва не случился сердечный приступ. Памела играла в женской футбольной команде, а Хлоя занималась танцами, и я из личного опыта знал, в какой они форме. Как и все девчонки, с которыми я встречался, обе обладали исключительно идеальными фигурами, разве что у Хлои была маленькая грудь.

Затем появилась Эйвери. И она от них отличалась. У нее не было подтянутой фигуры. Не пухленькая, как Либби, которая, между прочим, выглядела весьма неплохо в стильном танкини, но и не худышка, как Тара. Бедная Тара была настолько худой, что выглядела в своем купальнике как шестиклассница.

Эйвери же обладала мягкими формами. Талия, бедра, грудь – которой я уже столько восторгался, что, мне кажется, нет надобности описывать, как убойно она выглядела в этом лифе, – но мышцы не выделялись. Как и кости. Добавьте к этому безупречную кремовую кожу, и получите необычайно привлекательное, гладкое, мягкое тело, которое буквально умоляло впиться в него пальцами.

Эйвери была мне в новинку. Я хотел узнать, как ощущается такое тело. Хотел к ней прикоснуться. Исследовать каждый сантиметр. И мое желание не прошло бесследно. Оуэн с многозначительным взглядом бросил мне полотенце.

– Недели воздержания дают о себе знать.

– Воздержание тут ни при чем.

Друг взглянул на девчонок, собравшихся у двери, и спустя минуту произнес:

– Маленькая мисс чудачка выглядит не так уж скверно, как я ожидал.

Мои брови взлетели на лоб, хотя я только что то же самое подумал о Либби.

– Но мне колют глаза ботаник номер один и ботаник номер два вон там, – усмехнулся

Оуэн. – Двадцать баксов на то, что ни один из них еще ни разу не целовался с девчонкой.

Проследив за его взглядом, я увидел Брендона и Леви. Невероятно, но они буквально олицетворяли стереотип зубрил во всем своем неуклюжем великолепии. Их шорты были донельзя высоко натянуты на талию, а Леви даже прихватил защитные очки.

Нет, я не шучу. Настоящие защитные очки.

Украдкой поглядывая на Пэм и Хлою, они толкали друг друга локтями и перешептывались.

– Двадцатка на то, что у них случиться приступ астмы, если они хотя бы подойдут попытаться, – рассмеялся я. – Ладно, идем, чувак. Мне нужно окунуться в бассейне.

– Ради твоего же блага надеюсь, что вода там очень холодная, – ухмыльнулся Оуэн.

Дальше произошло нечто удивительное. Как только мы все залезли в бассейн, Хлоя окунула Оуэна и развязала большую водную битву, которая быстро переросла в противостояние девочек против мальчиков, но самое главное – в этот момент границы социальных статутов каким-то образом размылись. На некоторое время мы позабыли о делении на крутых ребят и ботаников. И просто были друзьями Эйвери, которые здорово веселились. Никому не говорите, что я так сказал, но это своего рода было классно. Заучки могут быть очень забавными.

В конечном счете девчонки подняли белый флаг и предложили переместить вечеринку в джакузи. Я, естественно, втиснулся рядом с Эйвери – и рассмеялся, когда Либби, подвинув Брендона, подмостилась к Оуэну. У бедолаги от испуга так перекосило лицо.

Когда все устроились в тесном пространстве, различия между группами вновь дали о себе знать. И пока тишина не стала неловкой, я театрально потянулся и забросил руку на плечи Эйвери. Отчего, как я и надеялся, все рассмеялись.

– Знаю, ты сказала, что не готова стать моей девушкой, Эйвс, но валентинкой-то моей будешь?

– В каком это смысле?

В следующие выходные состоятся танцы в честь Дня всех влюбленных. Памела и Хлоя сто процентов трындели о них как минимум недели две, но Эйвери приглашения на танцы были чужды, и она на самом деле не понимала моих действий.

Я улыбнулся в ответ на ее смущение.

– Будешь ли ты моей парой на танцах всех влюбленных в следующие выходные?

– О-о! – воскликнула Эйвери. Ее глаза расширились, а лицо вспыхнуло ярко-красным. Наверняка она вспомнила наш последний танец и представила, каким может быть целый вечер. Я уж точно представил. И как-то сомневался, что выдержу такую пытку, но с нетерпением жаждал попробовать. – Ну, э-э, вообще-то, на тех выходных мы с Либби собирались сходить в театр возрождения. Они устаивают марафон фильмов Николаса Спаркса.

Сомнительное удовольствие, но не успел я озвучить свои мысли, как вмешалась Либби:

– Да забей. Иди на танцы. Я потащу туда Брендона.

– Ни за что, Либби, – тут же возразил Брендон. – Я не стану смотреть этот шлак.

– Можешь меня там обнять, – заторговалась Либби.

– А потрогать за грудь?

– Ты серьезно? – возмутилась Памела за Либби.

– Нельзя спрашивать девушку, можно ли потрогать ее грудь! – с отвращением добавила Хлоя. – Это так унизительно.

Мы с Оуэном разразились смехом, но Либби проигнорировала Пэм и Хлою и с минуту серьезно это обдумывала.