Экспат
Шрифт:
— Мясо, смотрю, ты пару берц уже истоптал. В тебе остались военные импланты после этого?
— Вырезал всё, до чего мог дотянуться.
По конторкам разнёсся лёгкий, но слышимый вздох облегчения. Боевые импланты могли сотворить чудо. Заставить заживить тяжелые раны за несколько часов. Сделать из человека берсеркера или, наоборот, осадить ярость и горячку. Но платой за это были расшатанная психика, куча химической дряни в крови — и как итог, сильно шалящие почки с печенью и абсолютная непредсказуемость любителя
А ещё потому, что на чёрном рынке это «наследство» прекрасно оплачивалось.
— И блок боевого сопряжения? — как бы невзначай осведомился один из соседей Сержанта.
— Если вы знаете о его существовании, то и знаете — его просто так не удалить. Во всяком случае, насколько мне известно.
— Твоё счастье, мясо, иначе бы пришлось тебя запихнуть на натурный полигон. Ребята, подключите этого ханурика к симуляции, а я проверю его бумазюльки.
— Пошли, парень, — поманил за собой куда более молодой сотрудник. Но тоже, судя по шрамам на руках, видавший разное. — Я проведу.
Эрнест и сопровождающий вышли в соседнее помещение, где в ряд стояли знакомые по армии откидные кресла, опутанные хаосом проводов. На автомате ушли куртка и рубашка, а тело само замерло в ожидании датчиков.
— Не, не это. На нём контур глючит, может замкнуть. Да, лучше вот это, — «Видавший» показал на облупленное кресло, с виднеющимися свежими проводами. Ты не обижайся на Эльмо, он иногда забывает, что не в бараке.
— Понимаю.
— Какой стаж?
— Полторы полных кампании и пять инцидентов в колониях.
— Полторы?
— Перемирие не вовремя заключили.
— Тогда поймешь что делать. Возможно.
Эрнест только поморщился. Но наблюдатели вполне могли списать это на реакцию к игле, вводящей нейростабилизатор в кровь. Без него — никак, иначе можно было и умереть от шока. Не слезая с кресла. Двенадцать датчиков, обруч сопряжения — на голову. В левом углу зрения появились подзабытые часы и пока что условный тактический номер. AA104302. И наконец, глазная маска. Сквозь разгорающийся свет он услышал только:
— Удачи, браток.
Очнулся Эрнест уже идущим посреди улицы. Вокруг простирались откровенные трущобы — пожелтевшие блоковые сооружения, отдельные дома того же «высеченного» типа, который он видел ранее. В руках он сжимал «полирежимку» — многорежимную винтовку Mk10. Потертую, но не дребезжащую. Проверять ход затвора и заряд батареи лазерного модуля он не стал. Местные явно не поймут. Да и он же не идиот — как — никак, при принятии из арсенала снаряжения и выходе в патруль проверка оружия обязательна.
По ощущениям, он был одет в облегченную, «десантную» броню. Защитная полумаска и очки вместо полноценного забрала, да и на ногах неполные щитки. Горжет отсутствует. Да, действительно,
— О, великий Океан, за что мне такие страдания! Наземники, почему вы так сильно не любите идти гармоничным потоком?
Ох уж эти условности симуляции, подумалось Эрнесту.
— Ох уж эти лангусы, — подал голос соратник. — На их месте я бы давно бы завёл курсы межкультурной коммуникации для выходящих на сушу, чтоб они не обижались на первых встречных.
Интерфейс участливо подставил при наведении взгляда на напарника: АА104301. И на том спасибо.
— Сто четыре триста два, как ситуация? Прием.
Ситуация был средняя. Некоторые личности отшатывались от патруля или спешно что — то прятали в гору мусора, но в районах, подобных этому, обыск и поиск запретных вещей в тариф не входили.
— Сто четыре триста два на связи, ситуация пока контролируемая, база.
— На дистанции десять минут хода есть биобот, вызывайте при обострении.
— Принято, база.
Пока шёл диалог, Эрнест проверил снаряжение. В правом наруче явно скрыт выдвигающийся клинок. Странная вещь. Штык — нож, кобура с лазпистолетом. Неплохо. Стандартная армейская аптечка. Прекрасно. Четыре гранаты на перевязи. Две газовые и две светошумовых. А вот это не очень хорошо, но пойдёт. Да и в патруле осколочно — фугасные обычно не должны пригодиться. В конце концов, на случай осложнений есть кавалерия.
А осложнения намечаются.
— Триста второй, на одиннадцать часов.
— Принял.
Слева вдалеке действительно, шумно шумели покупатель и продавец. Человек и нечто, напоминающее палочника — переростка. Окапи, как уже успел запомнить Эрнест. Покупатель уже не просто надсаживался — он орал и багровел.
— Двести марок за управляющий блок? Это не смешно!
— Найди мне хотя бы за сто девяносто — и я отдам тебе десяток таких блоков, наземник!
— Да твои родственники на соседней улице продают за сто семьдесят!
— На соседней улице, — прошипел «гость», — нет моих родственников.
— А грёбаные джосеры тогда кто?
Палочник выпрямился. Во весь свой трёх с половиной метровый рост.
— Триста первый, идём разбираться. База, у нас ситуация, — Эрнест поднял голос и попытался охладить толпу: — Внимание, служба безопасности! Соблюдайте спокойствие!
— Офицер, эта смесь соломы с пауком меня пытается обдурить!
— Двуногая опилка, ты же даже не знаешь значения слова «солома»!
Толпа разошлась, и явила взору арахнида грязно — жёлтого цвета. Все звуки затихли, уступив щёлкающим звукам.