Экспансия
Шрифт:
Возле Перекопа остановились все. На крыше «шишиги» встали двое бойцов с тепловизорами, начали внимательно осматривать окрестности. Вроде тихо.
Мы медленно тронулись, пропустив машину «тяжелых» вперед. Неуютное местечко, сплошные мертвые зоны. Следуя друг за другом и переваливаясь по земляным буграм, техника нашей маленькой колонны преодолела опасный участок и покатила дальше. До Медового доехали без происшествий. Настроения не было, и в поселок мы заезжать не стали.
Тем более что в замке меня уже три часа как ждали сталкеры с Эльзой. Опять прилетели для предварительного
— А звено Гоблина где?
— У них завтра начинается операция неподалеку от устья Волги. Не хочу пока говорить, до первых результатов. Там еще Эдгар информации подкинул…
Эдгар не спит. Недавно выяснилось, что этот хлопец пишет книги. Целую серию брошюр забабахал, передает каждый раз с оказией, типа чтобы желающие ознакомились. Серия называется «Живительный Свет Смотрящих» — дикой силы вещь, я уснул со второй страницы. Но не все столь заперты для Сущего, как я, есть и те, кто уже пронзил башкой полог Непознанного и проникся Истиной. Позавчера ко мне приходила молодая семья, хорошо, что бездетная, — тоже желают переехать в Морской Пост. Пойдем навстречу, даже дом поможем построить — пусть у него там община веселых людей копится.
— А эти фотографии? — спросил я, придвигая поближе пачку глянцевых листов.
— Монгол снимал. Забрался на самый высокий кедр, сверху щелкал «телевиком», через реку. Вот эти, — Сергей выбрал две штуки, переложил пониже, — с цифрами «один» и «два», сделаны осенью. А вот эти, третья и четвертая, на днях.
Точно. Отчетливо видно антенну РЛС и крупнокалиберный пулемет на главной башне.
— У них точно такого пулемета не было?
Демченко усмехнулся.
— Точно… А вот и еще один, на «Конкорде».
— Что дальше делать будешь?
— Забираю Вальтера и Ганса из больнички, перебрасываемся на базу «Сербия», оттуда пойдем к северо-западу, посмотрим поближе с другой стороны. Потом пробуем вытащить группу Катрин. Но это сейчас не главное, Алексей…
Что-то он каким-то тревожным голосом начал вещать.
— Главное на других фотографиях.
— Не тяни.
— Мы с Эльзой полетали…
— Да уже знаю. Девять дыр в плоскостях! Какого черта вниз полезли!
— Командор, мы на скорости, с бреющего, машина тихо идет, почти неслышно, — попыталась пояснить Благова.
— Эльза, ну хоть ты-то его сдерживай. Убьетесь оба, и машину погубите.
— Зато результат есть!
— Ладно, давай свой результат, — вздохнул я, протягивая руку и принимая у Демченко тоненькую пачку новых фотографий.
Ага. Как с бреющего шли, так Демон и щелкал КПП таинственного кластера. Или не кластера, ничего не знаем про них, только французскую туфту. Кто такие… Ох ты ж, да тут видно, как пулемет на них разворачивается! Сумасшедшие, отстраню к чертовой матери, пойдут оба в детсад детям попы мыть!
— Ты на лица смотри…
Я и смотрю. И глазам своим не верю. Не первый год живу, много где был, многих людей разных народов видел. Лица характерные, спутать конечно же можно, но и вероятность
— Демон, — спросил я неуверенно, — что ты мне дал? Боюсь предположить… Это что, грузины?
— Вот и мы так подумали с Монголом…
Да быть такого не может.
Или может?
Глава 11
«Кастет», диверсант-оператор группы сталкеров, вместе с читателями в полной мере познает атмосферу «сталкеризма»
Двадцать четыре, двадцать пять, двадцать шесть… Аллес!
Двадцать четыре шага в длину. Ну. Все точно. Я достал свою записную книжку-выручалку, посмотрел справочный раздел — сходится.
— Демон, окончательно! Это «отделка»!
Серега в другом конце здания, присев на корточках, что-то перетирал в руках.
— Понял, Костя!
На пути к воротам я спрятал книжку в карман, вжикнул молнией. Пробовали мы с собой мини-планшеты самсунговские таскать, по-модному — две штуки расколотил, ползая-лазая. Да и «топливо» в них горит, конструкторы сделали все эти девайсины не в помощь человеку, а в помощь продавцу. Потому, кстати, в них много соблазнов, а это отвлекает. Не вводи себя в искус. Записная книжка надежней.
На улице шумит, не переставая, внезапно налетевший дождик, хороший такой — позднего июля дитя, с грозами, молниями вполнеба над высокими серыми платанами лесной чащи. А в здании почти тихо, кондовые стены гасят звук.
Досада дикая.
Пока я стоял в створе ворот, ко мне подошел Демон, встал рядом, опасливо поглядывая то на небо, то на крупные сопливые пузыри на поверхности огромной лужи. Во-во… И бежать по мокрому да скользкому к спасительному «Дункану» как-то не очень хочется — шмякнешься в глину, потом отстирывай.
— Представляешь, сколько тут всего было? — как-то обыденно спросил Серега. Но тихая злость аж из ушей льется.
А на кого злиться-то? На себя? На франков? На Смотрящих?
— Бляха медная кривая, даже не хочется представлять, — сообщил я и тут же начал мысленно перечислять упущенное по памяти: наверняка профильные локалки идентичны ассортиментом.
Доска обрезная. Еще половая — ее в Дровянке было много. Брус… Эхе-хе… Аховый сортамент. Даже паркет наверняка был, как и у нас, — дубовый и из бубинги. Фанера всех мыслимых толщин, ДСП и ДВП. А ламинат! Сайдинг, ессно. Пластики листовые, цветов много. Короба и каналы. Трубы и трубки пластиковые, отводы. Черепица какая хочешь — и керамика, и металл, и пластик ламинированный. Стекла тут лежало преобильно и всякого, оргстекло, даже двадцатки пару листов было. Обоев не так уж много, но имелось. А «лакокраски» сколько… Плюс реактивы и растворители, сухие смеси и «шпаклевка». Цемент, между прочим. Метизов до черта.