Эксмур

Верх Лика

— Никогда. Забудь это слово.

Фыркнула, и сама развернулась в другую сторону.

Пусть смотрит на голую спину.

Легла на живот, отбросила подушку в сторону, чтобы было удобнее.

Мышцы на спине под кожей натянулись от невесомого прикосновения прохладных пальцев. Дрожь волной прокатилась по телу, затерявшись в пятках.

"Он еще ничего не сделал, а я уже готова растаять. Надо держаться от него подальше. Сразу после массажа…"

Пальцы заскользили

вниз, зацепились за резинку штанов, резко стягивая их вниз… вместе с трусами.

— Какого черта, Брэдфорд? Массаж делают на спине, а не на заднице.

— Тш-ш, не вопи, — усмехнулся он, присев на ее ноги. — Они мне будут мешать.

Смял торчащие ягодицы, срывая рваный вздох.

Уперлась лбом в матрас, сглатывая вязкую слюну.

"Зря я на это согласилась".

Правую ягодицу обжог звонкий шлепок.

— Мэлл!

Нежно огладил ее, и отвесил еще один.

Слегка закусила свою руку, вытянутую вдоль головы. Чувствуя влагу между бедер.

"Проклятье…"

— Я заглушку не ставил, твои крики услышат все, — оповестил довольно равнодушно.

— Отпусти меня, мне хватило.

Мягкий смех влился в уши.

— Я только начал.

— А я закончила. Мэлл, слазь.

Подергала ногами, и замерла, чувствуя, как горит левая ягодица.

И почему-то не больно.

Совсем.

— Ладно, — выдохнула, облизывая губы. — Я буду лежать спокойно, только давай без шлепков… пожалуйста.

"Они странно на меня влияют".

— Почему?

Горячие ладони сместились выше, плавно скользя по коже по краю спины. Подушечки мазнули по груди, пуская электроток по венам. Прикрыла глаза, вцепляясь пальцами в край матраса.

Это слабо похоже на массаж. Скорее на пытку с целью заставить ее умолять взять. Нежно, грубо — неважно.

— Я жду.

Что?

Чего он ждет?

Кажется, был вопрос…

Джул растворилась в ощущениях. Плавилась воском под его руками, расслабляющими и одновременно лишающими покоя. Низ живота тянуло дикой истомой, ярким желанием.

Каждое движение, прикосновение, стали ощущаться острее. Настолько, что казалось и воздух ее ласкает.

Пальцы на ногах свело, на руках тоже — так сильно впилась в матрас и не заметила.

Дыхание давно безнадежно сбилось. Она неосознанно тянулась за руками, едва они обрывали соприкосновение с кожей.

— Мэлл, пожалуйста, — всхлипнула шепотом, напрочь забыв о своем твердом решении больше с ним не спать.

Сейчас хотелось одного — его. В себе. А с остальным разберется потом.

После.

Выгнулась под слабым, чертовски приятным давлением на спину. Голые ягодицы ткнулись в грубую ткань.

Не очень приятно. Но так плевать. Особенно чувствуяегонапряжение

в штанах.

— Это всего лишь массаж, Джульет, — прозвучало где-то за ухом.

Невесомое касание губ плеча и она вновь всхлипнула. Громче.

Он довел ее кожу до максимальной чувствительности и это настолько же кайфово, насколько ужасно.

Толкнулся бедрами, вырывая стон. Закусила губу, надеясь через боль развеять пелену возбуждения.

Мэлл вновь сел. Мгновенно окатило холодом, ненадолго.

Он с маниакальным удовольствием огладил ягодицы.

— Так почему ты против шлепков, малышка?

Хриплые ноты в его голосе растянули ее губы в улыбке.

Почему против?

Потому что они возбуждают! Сильно. Дико. Странно.

Ненормально.

Сказать об этом Мэллу? Нет. Никогда.

— Это унизительно.

Мягкий смех разлился, под аккомпонемент звонкого шлепка.

Вытянулась, как-то незаметно для себя приподнимая ягодицы. Сообразила о реакции тела, но… поздно.

— Мне так нравится, как ты мне врешь, — нежно погладил одну и вторую, и снова практически лег сверху, чтобы произнести прямо в ухо. — Мне надо идти. Когда вернусь… ты знаешь,в каком видея хочу тебя. Видеть.

"Отвратительно прямолинеен. Боже, почему это так возбуждает?"

Джул тяжело дышала, продолжая упираться лбом в матрас.

Вернула белье и штаны на место, перевернулась, прикрыв грудь подушкой.

Глаза Мэлла блестели желанием. Обещанием. И это чертовски приятно, да. Но теперь она, пусть и с усилием, но способна связно соображать.

— Нет, Брэдфорд, — выдохнула почти твердо, пятерней зачесывая волосы назад.

Он закурил, подбирая куртку со стула.

— Я уже говорила: повтора не будет.

— Ты только что умоляла меня тебя взять, — невозмутимо выдохнул дым в сторону, не сводя взгляда с Джул.

Прокол!

Не надо было вестись на массаж.

"У всех бывают промахи".

— Минутная слабость.

Проследила за струйкой дыма, вытекающей из его рта. Сероватый, полупрозрачный он словно обнимает губы.

Остатки возбуждения еще туманят разум.

Ненадолго.

Скоро пройдет.

Наверно.

— В чем проблема, малышка? Мы оба друг друга хотим и свободно можем этим пользоваться.

— Не можем, — мотнула головой уверенно. — Я — не могу. А ты со своими желаниями обратись к… да к кому угодно. К невесте, например.

В голосе не звучало ревности. Потому что ее нет.

Ни ревности, ни собственничества. И обиды тоже нет.

Ровная трансляция своих мыслей и убеждений, без эмоциональной окраски. И это маленькая победа, учитывая сексуальное напряжение в теле.