Эксфэр
Шрифт:
— Кто ты такой? — перебила она.
— В смысле?
— Ты сказал, что госслужащий. Где ты работаешь?
Я ненадолго задумался: наверное, врать не стоило — лучше быть честным. Если что-то пойдёт не так, всегда можно перезапустить цикл.
— В ФСБ.
Она заметно напряглась:
— Кем именно?
— Агентом.
— В каком подразделении?
— Вряд ли тебе о чём-то скажет, — ответил я.
— Ты или отвечаешь, или я ухожу.
— В Управлении по сбору и анализу данных.
Виктория
— Что случилось?
— Я не верю в такие совпадения, — сквозь зубы сказала она, смотря по сторонам.
— Да что случилось? Я сказал тебе правду.
— Ты так просто признаёшься в том, что работаешь в УСАД? Это похоже на какую-то примитивную ловушку.
— Ты знаешь об УСАД?
— Как вы меня обнаружили?
— Да я же сказ…
— Ещё и специально подобрали человека, который похож на меня, да? — зло спросила она. — Легенду придумали… Совсем меня за дуру держите?
— Я не понимаю, о чём ты говоришь.
— Не прикидывайся идиотом. Вы хотите завербовать меня. Могу сразу дать ответ: нет.
— Прости?
— Я ухожу. Оставьте меня в покое.
— Стой! — Я схватил Викторию за запястье и, заметив её тяжёлый взгляд, тут же убрал руку. — Я правда просто ищу свою сестру. Без понятия, откуда ты знаешь про УСАД, но отвечу на все твои вопросы. Давай объяснимся друг перед другом. Пожалуйста.
Она долго смотрела мне в глаза, но всё же села обратно. К столику как раз подошла освободившаяся официантка и, улыбнувшись, спросила:
— Что будете заказывать?
— Да… Мне что-нибудь с мясом на ваш выбор и стакан яблочного сока, пожалуйста.
— А вам? — Официантка посмотрела на Викторию.
— Кофе.
— Что-то ещё?
— Нет, спасибо, — произнёс я и, когда мы остались вдвоём, вернулся к разговору: — Я предельно откровенен, поэтому спрашивай всё, что захочешь.
— Не за вербовкой пришёл?
— Нет. Зачем мне тебя вербовать?
— Ты эксфэр?
Я недоумённо уставился на неё: мне не послышалось?
— Откуда ты…
— Да или нет?
— Ну да…
— Какая у тебя способность?
— Откуда ты всё…
— Отвечай на вопрос.
— Создаю симуляцию реального мира, — не стал увиливать я. — Мы сейчас в ней.
Она чуть наклонилась вперёд и негромко сказала:
— Что ты несёшь? Какая ещё симуляция?
— Симуляция реального мира, — ответил я. — Виртуальная реальность, если хочешь.
Виктория свела брови ещё сильнее и потребовала:
— Продемонстрируй.
— Мне придётся перезапустить всё и начать с начала.
— Если это твоя симуляция, то ты можешь делать всё, что захочешь. Преврати этот стол в машину.
— Не могу. Я создаю копию реального
— Специально вешаешь мне лапшу на уши?
— Я говорю правду.
— Хочешь сказать, что всё вокруг ненастоящее?
— Да.
— А если я тебе нож в глаз воткну?
— Будет больно, но не смертельно, — сказал я. — Просто перезапущу цикл.
— Что ещё придумаешь?
Понимая, что разговор заходит в тупик, я достал пистолет и положил его на стол:
— Если хочешь, можешь прострелить мне голову. Я попаду обратно в свою квартиру.
Она нахмурилась и тревожно огляделась:
— Убери это.
— Как скажешь.
Я спрятал пистолет обратно в кобуру и добавил:
— Можешь передать секретное слово, например. В следующем цикле я с него и начну.
— Допустим, ты говоришь правду.
— Я не лгу.
— Допустим. Какие ограничения у твоей способности?
— Цикл длится не больше двенадцати часов.
— И я этого разговора не запомню?
— Не запомнишь. Это только моя симуляция. Мой дар так и работает.
— «Дар», господи… — усмехнулась она, откидываясь на спинку стула. — Лучше слова не нашлось?
К нам вернулась официантка с подносом в руках и разложила тарелки с чашками. Я поблагодарил её и, глянув на задумчивую Викторию, спросил:
— Откуда ты знаешь про УСАД? Про эксфэров?
— Думаешь, я тебе вот так всё расскажу?
— Но я же рассказываю.
— Это не мои проблемы.
— Ладно, — вздохнул я. — Что ты хочешь знать?
— Представься полностью.
— Сейчас Белобородов Константин Андреевич, а до усыновления звали Грибковым Егором Ивановичем.
— Грибков? — переспросила она, поддавшись вперёд.
— Да, тебе знакома эта фамилия?
— Как сестру звали?
— Анастасия.
Виктория странно смотрела на меня. Я заметил на её лице замешательство и почему-то был уверен, что она точно имеет к этому имени какое-то отношение.
— Настя, значит…
— Честно говоря, я сам недавно об этом узнал. Всё наружу вылезло только этим летом.
— Ты говорил про Пензу.
— Да, — кивнул я. — Мы жили в Пензе, в обычном доме на девятом этаже. В квартире был сильный пожар примерно семнадцать лет назад. Родители сгорели, а меня кто-то вытащил на улицу и оставил прямо там. Сестра же пропала без вести.
— Не сгорела?
— Трупа не было.
— И ты решил, что она может быть живой.
— Вроде того.
Виктория добавил в кофе немного сахара, неспешно размешала всё ложкой и, сделав глоток, произнесла: