Экодипломат
Шрифт:
– Натаниэль Уэйлер, исполняющий обязанности легата и посланник Аккорда по торговым делам. – Он сделал паузу. – Сегодня днем в моем кабинете произошел взрыв. Сработало два устройства. Есть свидетели, несколько человек ранены. Прибыли на переговоры с лучшими намерениями, однако ни Имперский Сенат, ни Имперские Министерства не отвечают, лишь спорят, чья это юрисдикция. На нас никто не обращает внимания.
– Постойте, лорд Уэйлер. Позвольте убедиться, правильно ли я понял. Вас пригласили для переговоров по вопросам торговли. Имперский Сенат и Министерства спорят из-за юрисдикции, а сегодня днем
– Верно абсолютно. Приходила служба безопасности, обещала расследование, но ничего не сделала.
– Вы упомянули проблему юрисдикции.
– Должно заниматься этим Министерство внешних сношений, но там переливают из пустого в порожнее. Минкоммерции пытается выдавить информацию. Очень странно. Сенатский Комитет по внешним сношениям тоже заинтересован. Сообщили также, что вовлечена СРИ.
Эколитарий не знал, не заходит ли чересчур далеко, однако молодой человек на другом конце провода просто упивался полученными новостями.
– СРИ? СРИ?.. Вы хотите сказать – ИРС, Имперская Разведывательная Служба?
– Так понял.
– Лорд Уэйлер, как с вами можно связаться?
– В легатуре Аккорда нахожусь.
Он дал дежурному свой служебный номер, а потом еще личный, чтобы, если журналисты решат подождать до утра, Майдра не смогла блокировать их звонки. Затем повторил всю процедуру, связавшись с «Межзвездными новостями». Девушка, дежурившая там, отреагировала в том же стиле.
Минут через двадцать Натаниэлю перезвонила солидная дама из «Новостей».
– Лорд Уэйлер, меня зовут Марджой Фар-Нова. Я видела запись вашего заявления. Не могли бы вы сообщить еще какие-нибудь подробности касательно торговых переговоров? Какая связь между ними и произошедшими взрывами?
– О связях не осведомлен. Прилетел, простой бедный посланник, желая улучшить отношения с Империей. Уполномочен снизить одни пошлины, отменить другие. Передаю бумаги с предложениями, и вдруг раз – меня подрывают! Ситуация странная, но кому сказать?
– Позвольте я подведу итог. Вы передали сотрудникам имперских ведомств предварительные предложения Аккорда, после чего в вашем кабинете сработало взрывное устройство. В то же время вам кажется, что никто в Империи не хочет ничего делать, за исключением тех, кто, по вашему мнению, не должен иметь к вопросу никакого отношения. Я правильно поняла?
Натаниэль мог лишь пожать плечами и указать на обгоревшую стену у себя за спиной.
Затем ему пришлось повторить то же самое, только уже руководству «Галактического канала». Он снова отказался строить догадки и изложил лишь факты.
Потом вернулся в пустую комнату персонала и снова сел за пульт Майдры (на этот раз ему удалось уберечь колени). Включив устройство искажения голоса, Натаниэль стал наговаривать сообщение:
– Скандальному Сэму, главному сплетнику Нью-Августы. Вы слыхали, в какую переделку попал бедняга посланник с Аккорда? У него в кабинете бомба взорвалась, да не одна, а целых две. В Министерствах с ним никто и говорить не хочет. Подчиненных у него перекупили, а систему связи кто только не прослушивает – и Сильвия, и Марселла, и Алия, и Кортни, и еще всякие разные. Кое-кого мы даже по имени назвать опасаемся. Ему звонят – а секретарша
Закончив запись, Натаниэль отправил ее по почте. Последовали еще несколько таких же, а за ними – ученого вида письмо в самые солидные факс-газеты. Закончив, эколитарий выключил пульт Майдры, постаравшись скрыть все следы своего пребывания за ним.
Оставалось лишь сидеть, ждать и косить под дурачка.
Вернувшись к себе и заперев дверь, Натаниэль отправился в ванную и встал под горячий душ. Потом не спеша оделся, выбрав зеленый костюм и шикарный плащ того же цвета.
Если верить мультидетектору в поясе, на одежде «жучков» не было, зато устройства, размещенные перед входом в апартаменты, работали на полную катушку.
Пройдя быстрым шагом до лифтовых шахт, эколитарий поднялся в медленном потоке на целых пятьдесят этажей. Здесь располагался ресторан для дипломатов.
Несмотря на поздний час, метрдотель бдел.
– О, лорд Уэйлер! Как приятно вас видеть. Желаете столик в главном зале или на балконе?
– На балконе, пожалуйста.
Через огромную полосу пермостекла виднелись тени башен (огни в окнах – будто проблески маячков), а вдали – черные силуэты холмов. Натаниэль сел за двухместный столик у окна, в конце ряда.
В меню, напечатанном серебряными буквами, мало что вызывало аппетит; в конце концов он остановился на креветочном салате и лифчае, который принесли немедленно: то ли вид у Натаниэля был такой усталый, то ли официанты знали, что на Аккорде его принято употреблять в начале трапезы, а не в конце.
Потягивая горячий напиток, эколитарий смотрел в окно, как перемигиваются огоньки да вспыхивают порой в ночном небе дюзы какого-нибудь челнока.
– Прошу прощения. – Подошедший мужчина говорил по-панглайски с легким акцентом, кажется, франканским.
Натаниэль привстал, слегка поклонился и ответил по-франкански:
– К вашим услугам.
– Большая честь для меня. – Дипломат тоже перешел на свой родной язык. – Мало кто сразу узнает, откуда я, или даже пытается это сделать. Позвольте представиться. – Он протянул эколитарию удостоверение, гласившее: Жерар де Вайлерион, легат Франка. – Жерар де Вайлерион. Скоро возвращаюсь во Вриер.
– Натаниэль Уэйлер, посланник Аккорда, исполняющий обязанности легата, – ответил эколитарий, садясь и жестом приглашая сесть франканца.
– Я вижу, вы изучали наш язык… Должен признаться, сегодня во второй половине дня все хотели с вами побеседовать, но в легатуре говорили, что вас нет на месте.
Натаниэль кивнул, предлагая де Вайлериону продолжать.
– Я провел здесь полный срок, пять стандартных лет, и ни разу не слышал, чтобы против какой-либо легатуры был совершен акт насилия. Что произошло? Несчастный случай?
– Несчастный случай? Нет, едва ли. Я выходил из кабинета, и в этот момент прозвучали два взрыва, один за другим. Мы вызвали службу безопасности, но они как пришли, так и ушли. – Натаниэль пожал плечами. – Ничего особенно таинственного перед этим не было – мы передали имперским чиновникам свои предварительные предложения. Я решил, что надо оповестить всех, кто может быть в этом заинтересован.