Экипаж машины боевой
Шрифт:
– Ну, как там все прошло? – спросил Серега, подойдя к нам.
– Там все нормально, командир утряс все дела. Вот только про канистру свою можете забыть, – ответил я.
– Какую канистру? – спросил удивлено Серега, и сделал вид, будто не знает, о чем речь.
– Да про ту самую, в которую вы афошек натолкали.
– Ты о чем, Юра?
– Да ладно, Серега, только не надо валенком прикидываться. Не ужели ты хочешь сказать, что это духи в канистру афошек напихали, да они в жизнь не додумаются до такого.
– А кто
– Майор из особого отдела. Кто-то из вас хотел ее забрать, а он усек. Афошки, в общем, командир отдал ХАДовцам, чтоб они не раздували это дело А караван развернули и отправили обратно, командир сказал, что имеет право расстрелять их всех, они не долго думая завернулись и свалили.
– Вот сука, рожа ментовская, это я хотел ее забрать, – сказал с сожалением Пипок.
– Я же тебе говорил, барану, не лезь туда, шакалы рядом стоят, потом вернулись бы и забрали. Ну какого хера ты поперся за канистрой? Мудак, такие бабки про-бали из-за тебя, – начал наезжать на Пипка Серега.
– Да ладно, успокойтесь, поздно уже разбираться. Скажите спасибо полкачу за то, что он вас отмазал, иначе загремели бы вы все. Давайте лучше косяк курнем, – предложил Хасан.
– Ну давай, забивай, – сказал Серега.
Хасан сел под колесо и стал забивать косяк, я сел рядом с ним. Пипок, постояв немного, закурил сигарету и пошел за БТР, наверно отлить.
– Серега, давай тоже забивай, один на четверых мало будет, – обратился к Сереге Хасан.
Серега тоже сел рядом, достал чарс из кармана и стал мастырить еще один косяк. Я снял автомат и выстрелил очередью вверх.
– Юра, тебе че делать не х-й? – спросил Хасан.
– А че, все стреляют, и я тоже. Тебе патронов моих жалко что ли?
– Да заколебал, давай посидим спокойно, а если дуракам делать нех-й, то пусть себе стреляют.
Хасан, забив косяк, прикурил его, и сделав пару затяжек передал мне.
– А где Пипок? – спросил Хасан, выпуская дым.
– По большому, наверно, пошел, – ответил Серега, прикуривая второй косяк.
– Пипо– ок! – крикнул я.
– Да че он, в горы срать поперся, что ли, – начал возмущаться Серега.
– Ну пусть сидит, кто не успел, тот опоздал, – сказал Хасан.
Мы выкурили оба косяка, но Пипка так и не дождались.
– Да у него там запор, что ли, пора бы уже по норам рассосаться, а то я начал замерзать, – сказал я, вставая.
Я поднялся и пошатываясь пошел за БТР, посмотреть, где там Пипок запропастился. Зайдя за БТР я негромко крикнул:
– Пипок! Черт возми, ты че, уснул что ли?!
Никто не отвечал, я отошел подальше и стал вглядываться в ночную мглу. «Да куда же он подевался? Неужели спать пошел в БМПшку, да вроде не должен, он бы сказал,» размышлял я.
– Юра, ну че там? – услышал я голос Сереги.
– Да не знаю, не видно ничего, – ответил я.
Я направился обратно, и вдруг заметил под колесом силуэт
– Пипок, что с тобой? – тихонько произнес я.
Пипок не шевелился, я перевернул его на спину и на мгновенье остолбенел. На его лице вместо правого глаза была дырка, и струйка черной жидкости стекала на висок. Я смотрел на его лицо и не мог поверить, весь кайф как ветром сдуло. Пипок даже мертвый улыбался, мышцы его лица были устроены так, что уголки губ были загнуты вверх. С первого взгляда даже не верилось, что лицо это уже безжизненно, на нем как будто было написано: «Да что вы? Я шучу. Неужели вы поверили?» Я не отрывал глаз с его лица, «не может быть, не может быть,» эти слова проносились у меня в сознании.
Я начал трясти Пипка за плечи.
– Пипок, вставай, вставай же! – кричал я, хотя прекрасно понимал, что Пипок был мертв, но разум отказывался в это верить.
Вот и еще один случай, когда духовский снайпер выстрелил на огонек от прикуренной сигареты. Случай далеко не первый и, к сожалению, не последний.
На мой крик прибежали Хасан с Серегой.
– Юра, что случилось, ты че кричишь? – спросил Серега, подойдя ко мне.
– Пипок мертв, Серега! Понимаешь? Пипок мертв! – сказал я и закрыл лицо руками, я больше не мог смотреть на это лицо, но в моем сознании как наяву, отчетливо вырисовывались его черты, улыбка, дырка вместо глаза и черная струйка, стекающая на весок.
– Как мертв? – еле слышно произнес Серега.
Хасан присел рядом со мной на корточки и стал щупать пульс на уке у Пипка.
– Да че ты щупаешь, Хасан. У него сквозная дырка в голове, – сказал я, глядя на Хасана.
– Хасан, ну как, может он живой, а? – спросил с надеждой Серега, наклонившись к нам.
Хасан встал и тихо произнес:
– Да нет, Серега, не живой он. Иди, доложи.
Хасан положил руку на плече Сереги.
– Суки! – закричал вставая Серега, и вскинув автомат, выпустил рожок по горам.
Потом он наклонился к мертвому Пипку, и произнес дрожащим от напряжения голосом:
– Пипок, я этих духов всех с говном смешаю. Слышишь? Всех!
После чего Серега встал и, волоча на ремне автомат, направился в сторону БМПшки.
– Юра, успокойся, теперь уже ничего не поделаешь, – обратился ко мне Хасан.
– Слушай Хасан, только не надо меня утешать, как скорбящую вдову, я все прекрасно понимаю и без твоих слов. Давай лучше отнесем Пипка к БМПшке.
Мы осторожно взяли мертвого Пипка и понесли. К нам подбежали пацаны с разведки, и тоже стали помогать нести, Серега разбудил всех пацанов и рассказал, что случилось с Пипком. Хотя чего там помогать, я бы сам его смог нести, не напрягаясь, он был легким, как ребенок.