Эхо дефолта
Шрифт:
Орлов внимательно посмотрел на Стаса и покачал головой в такт своим мыслям.
– Ну, может быть, Лев, ты и прав. Мне тоже кажется, что волноваться за здоровье Станислава не приходится.
– Креститься надо, когда кажется, – буркнул Гуров. – Чего вызвал? У нас дел невпроворот и времени, как всегда, ни хрена нет. А ты отвлекаешь! Стас мог бы тебе объяснительную написать у себя в кабинете и через Верочку передать.
– Да хватит тебе ворчать, Лев Иванович, – Орлов отложил авторучку и потянул ближе к себе папку, до этого лежащую слева от него. – Появилась дополнительная информация,
– Эта новость состарилась еще вчера, – буркнул Гуров. – Что еще?
– Вчера вы не могли знать, что вино изначально было фирменным.
– А нам-то что?
– А то, что это вино дорогое и экспортируется в Россию только одной организацией – концерном «Элитные вина». Производится во Франции, в провинции…
– Что еще? – перебил его Гуров.
Орлов замолчал и укоризненно взглянул на сыщика.
– А вы не обращайте на него внимания, – посоветовал Стас. – Вредный и склочный характер полковника Гурова известен давно и далеко за пределами этого кабинета. Скандалист он редчайший и неуживчивый притом!
– Цирк уехал, а клоун остался! – проворчал Гуров и повернулся к Орлову: – Все у тебя, что ли? Давай бумажки, сами разберемся, читать умеем!
– И даже мелкими буквами! – поддакнул Стас. – Хоть как напиши, хоть мелко, хоть крупно, все сумеем прочитать, если, конечно, по-русски написано.
– Этот тип точно по голове ушибленный! – проворчал Гуров.
– Один раз точно, я это помню! – кивнул Стас. – Но, возможно, что били еще, пока был в отрубе-с. Легкость в мыслях у меня необыкновенная-с. Это все – последствия шока.
– А по поводу происхождения бутылки, это, конечно, полезно, – сказал Гуров, обращаясь к Орлову и напрочь игнорируя Стаса, – но я не думаю, что это такая уж редкость. Если у нас продается только одним концерном, то в той же Франции наверняка это вино можно запросто купить в каждом городе. И что теперь? Будем вычислять, кто прилетал из Франции в последнее время? А за какой срок?
– Вино шестьдесят восьмого года, – тихо произнес Орлов.
– Ну вот и попали, на ровном месте и мордой об асфальт! – воскликнул Гуров. – Какая классная задачка! Ты, надеюсь, без ведома руководства, рискуя лампасами, не дашь нам указивку проверять всех наших граждан с этого срока?
– А в продажу оно поступило только в прошлом году, не считая одной маленькой партии, проданной в том же шестьдесят восьмом, – закончил Орлов.
– Вот как? – Гуров уже заинтересовался и даже наклонился над столом. – И большая была партейка? Ну, та, которую продали, начиная с прошлого года?
– Четыреста бутылок, – ответил Орлов.
– Это много или мало? – снова подал голос Стас. – Как я понимаю, такие напиточки ящиками не покупают и из горла не пьют. Получается, что четыреста бутылок – это до хренища!
– Из них двести тридцать одна была продана концерну «Элитные вина». Его головной офис в Петербурге… Далее. Ресторан «Харбин»…
– Эх и злачное же местечко, доложу вам, господа! – сказал
– Не очень, – ответил Орлов и осторожно взглянул на Гурова.
А тот уже начал заводиться. Он барабанил пальцами по столешнице, плотно сжимал губы, и по всему было заметно, что вот-вот разразится буря.
– Ну так вот… – продолжал Орлов. – Этот ресторанчик ни разу серьезно не засвечивался. Поразительно чистое место. У «Харбина» были какие-то мелкие проблемы с разными инспекциями, два раза с налоговиками, но у кого их нет…
– У меня ни разу не было, – сказал Гуров. – Все? А, нет, ты еще не сказал, кто там хозяин.
– Формально Ветринов-младший, – сказал Орлов, – но фактически это внушает сомнения. Однако все так здорово запрятано, что определить без признательных показаний, кто там рулит, практически невозможно. Слишком все запутано. Но формально там рулит Ветринов, и именно он решал все вопросы с налоговой инспекцией.
– Как это нельзя определить, кто там хозяин? – не понял Гуров. – А как прописано в учредительных документах?
– Когда-то там было одно ООО, потом другое, потом все купил Ветринов, потом он все продал первому 000, и так несколько раз прошло по кругу, и в результате, пока он сам не скажет, никто и не определит принадлежность ресторана. На втором этаже у него студия, подготавливающая… – Орлов замялся и забегал глазами. – Как бы это сказать… – Он снова завертел авторучкой, немного покраснел.
– Может быть, проституток? – подсказал Стас. – Есть такая служба сервиса, называется «проституция»…
– Достаточно, Стас, – вздохнул Орлов. – В общем, там их и готовят.
– А что, теперь начали уже учить на проституток? – раздраженно удивился Гуров. – Может быть, и сертификаты выдают?
– Не знаю, с заданием не посылали! – резво отозвался Стас. – Но готов пойти в это самое заведение и лично проверить.
– Ну, ладно, разрезвились, ребятки, – Орлов отложил авторучку. – Дело тут еще вот в чем, Лев. Анатолий Ветринов был, как бы это сказать, одним из тех банкиров, у которого никогда не прослеживались связи с организованной преступностью. Даже в самые беспредельные годы он умудрялся ускользать от «крыш», от влияния – и все такое прочее…
– Дивлюсь я этим двум братцам, – усмехнулся Гуров. – У одного банк, к которому нет никаких претензий, у другого ресторан какой-то, с которым тоже проблем нет. Да вот только банкира отравили, а в ресторане напали на Стаса по неизвестной причине, а потом дали ему за это деньги.
– Взятку, – поправил Стас Гурова, – взятку дали, а не деньги. Если говорить, что побили и дали за это деньги, то получается, что я этим методом начал зарабатывать себе на жизнь, а меня это не устраивает!
– Теперь мы подошли ко вчерашней истории. – Орлов старался не обращать внимания на болтовню Крячко. – Она малопонятна. Будем надеяться, что пока. Давайте попробуем разобраться вместе. Итак, ваши мнения, господа.