Эгоист

Маркиза Ариана

– Зачем? Мамочка лучше позаботится о ней, – ехидно произнес я.

– Думаете, мне интересно слышать то, чем вы занимаетесь?

– Я говорил тебе, перестань перекидывать стрелки, просто признай, что ты неудачница, – усмехнулся я.

– Говорит человек, который всего добился только тем, что по счастливой случайности родился в семье мистера Райта-старшего.

– Прекрати! – грубо произнес я. – Я многое сделал для компании моей семьи и не позволю таким прошмандовкам, как ты, указывать

мне. Закрой свой рот и ешь.

Того, что произошло дальше, не ожидал никто. Джоанна схватила свою тарелку с кашей и… вылила содержимое на меня.

– Подавитесь, мистер Райт! – произнесла она и выбежала из кухни.

– Тебе конец! – встал я, но Стейси меня остановила.

– Прошу, не надо!

– Теперь ты мне указывать будешь?

– Да, – она взяла бумажное полотенце и стала вытирать остатки каши, – ее тоже можно понять, не давите на нее. Я уверена, она очень хорошая.

– Стейси, прекрати быть такой наивной.

Стейси вздохнула.

– Мне пора на работу.

– Я вызову тебе водителя.

– Нет, я поеду на своей машине.

Стейси поднялась наверх и попрощалась с Джо.

– Мистер Райт, я жду вас за ужином, – спустившись и надев каблуки, сказала она.

– Посмотрим, – подошел я к ней и поцеловал. – До встречи на работе.

– Только прошу без скандалов, – указывая на второй этаж, сказала она.

– Не беспокойся, – подмигнул я, и она ушла.

Я пошел в ванную, чтобы смыть остатки сегодняшнего утра. И после направился на второй этаж…

Я приоткрыл дверь комнаты, и мне открылась очень красивая картина: Джоанна лежала на кровати в одних трусиках, причем они были с рисунками. Эта девчонка и правда еще не вышла из детского возраста. Также на ней был топ; она лежала на животе, и я видел ее упругие ягодицы. За мешковатой одеждой она скрывала такое тело… В голове замелькали грязные и пошлые мысли. Я решил дать ей знать, что я тут.

– Кхе-кхе, – прокашлялся я, на что она резко перевернулась, и теперь я наблюдал за ее пышной грудью, которая чуть не вывалилась из этого топика.

– Что вы здесь делаете? – закричала она. – Это моя комната! Идите отсюда.

Она прикрылась подушкой, а я рассмеялся.

– Конечно, это твоя комната, не считая того, что каждый квадратный метр этого дома был куплен мной.

– Это дом Стейси, и даже если вы его подарили…

– Все верно, поэтому Стейси по сей день платит мне своим телом, – подошел я к ней и взял ее телефон. – Десять пропущенных от мамы, пять от Генри и три от отца. – Я же говорил, что ты бессовестная.

– Положите мой телефон!

– Попробуй отобрать, – приподнял я руку высоко над ней.

– Я в такое не играю…

– А во что ты играешь?

Я приблизился, выхватил у нее подушку

и бросил в другой конец комнаты. Джоанна прикрыла руками свою грудь, но та настолько была пышной, что не вмещалась в ее тоненькие ручки.

– Убери руки! – грубо произнес я.

– Чего?

– Я сказал убрать руки от своего прекрасного тела.

– Оно далеко не прекрасное…

– Встань! – Я присел в кресло.

– Для чего?

– Я хочу посмотреть на твое «неидеальное тело», – я сделал кавычки в воздухе.

На удивление она встала прямо передо мной. Она не являлась обладательницей модельной фигуры, но то, что я видел, завораживало. Мне нравилось ее тело, ведь из него можно было слепить что-то очень красивое…

– И? Чего молчите? – вывела она меня из мыслей.

– Повернись! – приказал я, и она дала мне насладиться видом ее красивой попки, на которой красовались единороги на облаках. – Пройдись, словно ты модель на подиуме, – произнес хрипло я, и она пошла прямо, а после развернулась и вернулась ко мне.

– Все? Ваш осмотр закончился?

– Почему у тебя такой гадкий характер?

– Я не люблю подчиняться!

– Ах, Джоанна, – встал я и подошел к ней, провел рукой по ее щеке и добавил: – мужчины сходят с ума по женщинам в двух случаях. Первый: когда они закрытые, как ранний бутон тюльпана, стеснительные, боящиеся посмотреть в глаза, потому что иначе их щеки сразу краснеют. И второй: когда они умеют слушаться и подчиняться… – Я взял ее за подбородок.

– Я ни к одном типу не подхожу, – произнесла она и убрала мою руку.

– Ты как раз относишься к этим двум типам, – прижался я к ней сзади.

– Отпустите!

– Просто ты не можешь раскрыться, милая.

Моя рука полезла под ее топ, грудь у нее была что надо, она еле вмещалась в мою руку. Джоанна долго держалась, но после сдалась и стала учащенно дышать; ее соски набухли. Я знал, что она не прочь согрешить. Я снял заколку с ее волос, и по спине рассыпались ее прекрасные кудрявые волосы. Я стал целовать ее шею.

– Почему ты скрываешь такие красивые волосы за заколкой и кепкой?

– Они кудрявые, а я всегда хотела прямые, – злилась она.

– Посмотри на себя! – Я повел ее к зеркалу, чтобы она смотрела на то, как одна моя рука играет с ее грудью, а вторая гладит живот и медленно спускается к ее сокровенному месту. – Ты прекрасна, Джоанна. Признай это! – Я повернул ее лицо к себе и начал жадно целовать

– Я… люблю вас, мистер Райт! – вдруг простонала она.

Джоанна

Все было словно в тумане, пока я не услышала ответ от мистера Райта.