Его терапия
Шрифт:
Я старательно избегала его взгляда, но всё равно чувствовала, как он смотрит на меня — пронзительно, словно пытаясь проникнуть в самые потаённые уголки моего сознания. Казалось, он готов был наброситься на меня — придушить или растерзать на месте. От этой мысли желудок болезненно скрутило.
Прошлый поцелуй — жестокий, властный, больше похожий на наказание, чем на проявление чувств — вспыхнул в памяти, обжигая. И вместе с этим воспоминанием — мысль о его невесте, которая не покидала мою голову, впиваясь в сознание как заноза.
Лифт плавно
Он открыл дверь в просторный кабинет, роскошь которого буквально ослепила меня. Панорамные окна, уходящие в потолок, открывали захватывающий вид на город. Темное дерево мебели контрастировало с мягкой кожей огромного кресла. Свет был приглушен — лишь несколько настенных светильников создавали интимную, золотистую атмосферу.
Я остановилась в дверях, скрестив руки на груди, словно пытаясь создать барьер, между нами.
Лиам обернулся, окидывая меня взглядом, полным самоуверенности человека, привыкшего владеть всем, что видит. В том числе и мной.
— Скажи, я тебя разве не предупреждал? — его голос, низкий и опасно спокойный, разрезал тишину. — Ты хоть понимаешь, что если бы не моё золотое терпение…
Я не смогла сдержать усмешку, и его глаза опасно блеснули.
— …от твоего дружка, мокрого места бы не осталось, — продолжил он, делая шаг в мою сторону. — Я вроде бы тебе ясно сказал, чтобы этот ублюдок держался от тебя подальше.
— Я тебе не собачонка, чтобы подчиняться твоим приказам, — выпалила я, чувствуя, как внутри поднимается гнев, смешанный со страхом.
Лиам медленно, словно хищник, приближался ко мне. Каждый его шаг был выверенным, угрожающим. Расстояние между нами сокращалось, а вместе с ним таяла и моя решимость.
— Милая Рейвен, — произнес он с опасной нежностью. — Ты еще не поняла, что у тебя больше нет выбора?
Ну все, хватит. Разговаривать с этим человеком бесполезно. Я развернулась, собираясь покинуть его кабинет. Внезапно он оказался позади меня, одним движением схватил за руку и развернул к себе, прижимая к стене. Тело замерло от неожиданности.
— Ну же, беги, — шепнул он, сжимая мои запястья так сильно, что наверняка останутся синяки. — Мне даже интересно, сколько шагов ты сделаешь.
Я задыхалась, чувствуя жар его тела, прижатого к моему. Его близость была одновременно пугающей и необъяснимо желанной.
— Ненавижу тебя, — выдохнула я, глядя прямо в его серые глаза, ставшие почти черными.
Его губы изогнулись в самодовольной усмешке, взгляд медленно опустился на мои губы, задержавшись на них.
— Врёшь, — он прижался еще ближе, так что я могла чувствовать каждый его вдох. — И я заставлю тебя признать это, когда твои колени коснутся пола…
Не дав мне возможности ответить, он набросился на меня с жестокими поцелуями. Одной рукой он обхватил мое горло, не причиняя боли, но достаточно сильно, чтобы я почувствовала его власть
Его губы терзали мои, его язык требовательно вторгался в мой рот, и я, к своему стыду, отвечала на этот поцелуй с такой же страстью. Он опустился ниже, покрывая мою шею обжигающими поцелуями, прикусывая нежную кожу, оставляя метки, которые будут напоминать об этом моменте еще долго.
— Моя, — рычал он между поцелуями, и это слово отдавалось во мне странным, непозволительным удовольствием.
Он перехватил мои руки, которыми я всё еще пыталась его оттолкнуть, и завел их за голову, удерживая одной своей ладонью. Другой рукой он скользнул вниз, задирая мое платье, обнажая бедра, затянутые в тонкие капроновые колготки.
Я не могла протестовать — его губы запечатали мои, его язык сплетался с моим в первобытном танце. Его пальцы бесцеремонно оттянули полоску моих трусиков, и он коснулся самого чувствительного места, вызывая во мне электрические разряды удовольствия. Несколько искусных движений его пальцев — и я уже видела искры перед глазами. А потом, без предупреждения, он ввел в меня два пальца.
Я выгнулась навстречу его руке, неспособная больше противостоять тому вихрю ощущений, который он во мне вызывал. Ненависть и желание, страх и страсть — все смешалось, превратившись в одно яростное чувство, которое заполнило меня целиком.
— Скажи, что хочешь меня, — прошептал он мне на ухо, продолжая двигать пальцами внутри меня, задевая точку, от которой мои колени подгибались.
— Я… не могу, — выдохнула я, балансируя на грани наслаждения.
— Можешь, — его зубы прикусили мочку моего уха. — И скажешь.
Он ускорил движения своей руки, и я почувствовала приближение волны, которая грозила поглотить меня целиком.
Но вдруг Лиам резко убрал руку, оставив меня задыхающейся от неудовлетворенного желания. Мое тело горело, требуя завершения, но он уже тянул меня за собой через кабинет. Перед глазами все плыло, дрожащие ноги едва слушались. Он прижал меня к холодному стеклу панорамных окон, за которыми раскинулся ночной город — миллионы огней, мерцающих в темноте, словно отражение звездного неба.
— Пусть весь мир видит, кому ты принадлежишь, — хрипло проговорил Лиам, его дыхание обжигало кожу.
Я почувствовала, как его руки скользнули вниз по моим бедрам. Резким движением он спустил мои колготки вместе с нижним бельем. Хруст ткани прозвучал как выстрел в тишине кабинета. Он задрал мое платье, обнажая ягодицы, и я вздрогнула, когда его ладонь скользнула по обнаженной коже.
Лиам наматывал на кулак мои волосы, заставляя откинуть голову, обнажая шею для своих поцелуев. Его губы, горячие и жадные, скользили по моей коже, оставляя влажные следы. Он прикусывал нежную кожу, затем зализывал укусы, и каждое его прикосновение отзывалось волнами удовольствия, прокатывающимися по всему телу.