Его рабыня
Шрифт:
– А мне ничуть их не жаль. – Неожиданно произносит Машка. – Все богачи такие надменные. Не люблю их. Правильно ты сделала, что обокрала их. Они получили по заслугам. Вот скажи мне, чем они лучше тебя? – не на шутку разгорячилась моя подруга-бунтарка.
Возможно, в прошлой жизни она была революционеркой - талантливой пропагандисткой, тонким литератором и неплохим теоретиком.
– Чем? – сквозь улыбку спросила я. Мгновенная вспыльчивость подруги всегда меня немного забавляла.
– Ничем. – С серьезным видом отвечает она. – Оказавшись в таком же безденежном положении, как и ты, уверена,
Стоило подруге упомянуть этого человека, как настроение тотчас пропало. В принципе, его и прежде не было. Но сейчас, мне совсем не хочется куда-либо идти. Станислав не оставит меня в покое. Это я поняла еще вчера.
– Мне пора в офис. – Произнесла я ненавистные мне слова. – Ты остаешься?
– Нет, я ухожу. – Подруга быстро засобиралась.
– Я сегодня не смогу прийти к тебе. Я уезжаю к родителям. Приеду только через три дня.
– Да, я помню. День Рождения твоей мамы?
Машка молча кивнула.
Из квартиры мы вышли вместе. У подъезда меня уже поджидал белый BMW Sport Plus с уже знакомым мне водителем.
При виде шикарного автомобиля, Машка даже удивленно вздохнула:
– Вау! Вот сейчас я тебе завидую. Прокатиться на таком авто!
– Не забывай, чья это машина. – Заметила я на восторженные возгласы подруги.
– И правда. Что это я слюни пустила…. – тотчас нахмурилась Машка.
Распрощавшись с подругой, я быстрым шагом направилась к автомобилю. На этот раз Андрей не ждал меня возле машины, чтобы галантно приоткрыть мне заднюю дверцу. Он терпеливо ожидал меня на своем водительском месте.
Я открыла дверцу и села в автомобиль.
– Доброе утро, Анна Игоревна.
Андрей – не единственный, кто в это время находился в автомобиле.
Мое сердце замерло в испуге.
– Здравствуйте, Александр Сергеевич. – Поздоровалась я с мужчиной.
– Почему вы так напуганы? – спросил он, пристально глядя мне в глаза. – Я вас напугал? Или вы что-то скрываете от меня?
«Неужели он знает о вчерашнем визите Лёни?» - первое, о чем подумала я, отводя глаза в сторону.
– Н-нет, - растерянно помотала головой. – Мне нечего скрывать от вас. И если бы я что-то и хотела от вас скрыть, то мне это вряд ли удалось бы.
– Верно. – Согласился мужчина. – Андрей, трогай. – Обратился к своему водителю.
Машина плавно стала выезжать из двора.
– Анна Игоревна, как прошел ваш вечер? Вы были дома?
Я с удивлением посмотрела на Литвина. Для меня показалось странным то, что он начал со мною разговор. На меня этим временем он не смотрел, все его внимание было устремлено на какие-то документы в его руках. Но его периодическое оглядывание в мою сторону говорило о том, что он все же ждал моего ответа.
– Вечер я провела в своей квартире. Вы спросите у своей охраны, и они подтвердят
– Мне не нужно о чем-либо расспрашивать свою охрану, - чуть дернулись уголки его губ, - они мне сами обо всем докладывают.
Я снова подумала о вчерашнем визите Лёни. А что если он, в самом деле, обо всем уже знает и сейчас просто притворяется?
Я молчала, с замиранием сердца ожидая, что он скажет дальше. Но и он не вымолвил ни слова. И так мы доехали до самого офиса. Так же молча вышли из машины и под любопытные взгляды сотрудников поднялись на пятый этаж. Литвин шел уверенным твердым шагом – я мелкими шажками, пыталась не отставать от него. Вскоре наши пути разошлись. Я отправилась в свой кабинет, он же вошел в приемную, бросив мне напоследок:
– Анна Игоревна, не забывайте про мой кофе.
Все так странно. Литвин сегодня совершенно другой, я бы даже сказала немного загадочный. Он не стал мне грубить или как-то пытаться унизить, а напротив, говорил со мною довольно спокойно.
«Еще не вечер….» - подключилось тут же предчувствие.
– Анна Игоревна, - перед обедом ко мне на минуту заглянул Олег Геннадьевич, - вы разослали по отделам те копии документов, что передали вам вчера? Ошибки все исправлены?
Нужно ли мне говорить ему, что в документах я не нашла ни единой ошибки: ни орфографических, ни грамматических, и даже с пунктуацией все было в порядке. Я просто потратила время впустую, просидев за ними весь вчерашний день и всю эту ночь.
– Да, я разослала копии документов еще утром. – Отвечаю, приподнимаясь с кресла. – Но до одного отдела мне все же не удалось достучаться. – Произнесла я немного краснея.
Больше пяти минут я стучала в двери юридического отдела, но мне так никто и не ответил.
– Станислав Андреевич больше не работает в нашей компании. Вчера вечером шеф его уволил.
– Что?! – я даже поперхнулась воздухом.
Мне кажется, мой голос был слышен по всему пятому этажу.
– Александр Сергеевич посчитал, что безнравственное поведение Андреева портит имидж нашей компании.
– Безнравственное поведение…. – задумчиво повторила я за Олегом Геннадьевичем.
Признаться, эта новость меня безумно порадовала. Словно камень свалился с души. Я почувствовала такое душевное облегчение, что даже забыла обо всех своих прочих неприятностях. Будто Станислав Андреевич был единственным моим несчастьем.
Я не смогла сдержать улыбки. Легонько прикрыв рот ладонью, я присела обратно в кресло.
Но моя довольная мордашка не осталась незамеченной Мироновым.
– Не обольщайтесь так, Анна Игоревна. Александр Сергеевич уволил Андреева не из-за вас.
– Я и не думала об этом. – Ответила я, и не узнала свой голос.
– Вот и отлично. – Миронов так пристально смотрел на меня, что мне даже стало как-то не по себе, и я заерзала на кресле. – Не хочется, чтобы вы лишний раз обнадеживали себя. – Мужчина направился к выходу, но потом вдруг остановился. – Собственно, что я приходил. Через час в большом зале состоится встреча с партнерами нашей компании. Вы должны присутствовать там.
«Неужели Литвин снова хочет меня перед всей аудиторией унизить?» – подумала я, нахмурив брови.