Его одержимость
Шрифт:
Наверное, магия Анхелы действует и на мое поместье. То, что не понравилось мне вчера, сегодня уже потихоньку разгребают.
Можно пойти в душ и немного пофлиртовать с чикой.
Блять. Это оно. Проклятье. Когда с купленной девкой хочется флиртовать, а не просто ее натягивать.
Нужно что-то делать с ее страхом. С одной стороны хорошо, что она меня боится. С другой, она замыкается в себе, начинает что-то лепетать и теряет тот самый острый язычок, который отличает ее от других.
От мысли,
Я хочу, чтобы она дразнила меня. Чтобы целовала. Чтобы соблазняла своей шикарной задницей, намеренно выгибаясь в красивые позы. Я хочу, чтобы она научилась сосать, как следует, и мучила меня этим.
Я хочу очень многое попробовать и успеть.
Потому что у меня слишком паршивое предчувствие.
Мы разговариваем. Я, блять, не умею «читать по глазам». Но я хочу знать, о чем чика думает, чтобы не допустить ошибок. С ней я не хочу ошибаться.
Потому пусть она говорит. Я подталкиваю ее к этому, и похер, что других баб я просто затыкал в самом грубом смысле.
Она не другая. Она особенная. Наваждение.
Я не знаю, что уже могу для нее сделать. На самом деле я сожалею, что выеб ее по пьяни. Не случись этого, у нас было бы меньше проблем. Но как я ее увидел, у меня все тормоза отказали.
И до сих пор отказывают, поэтому я постараюсь не брать ни капли спиртного в рот, пока она живет у меня.
Насрать, что скажут мои люди. Те, кому особенно не понравилось, что я бросаю курить, уже кормят червей.
Я продаю дурь, но не обязан подыхать от дури. У меня даже сына нет.
Я вижу Анхелу, голую и мокрую, и меня ведет. Предлагаю ей всякие варианты, как разрешить нашу ситуацию, и понимаю, что она от меня течет.
Самой себе боится признаться и от того кайфует еще сильнее.
Я не знаю, что было бы, начни она течь с самого начала. Заметил бы я ее тогда?
И вдруг понимаю, что да. С первой гребаной минуты, как уродская камера ее показала, я приклеился к ней взглядом.
Как бы она себя ни вела, в ней что-то есть.
А камера уродская затем, что если кто сольет запись, то разглядит картинку с трудом. Мои девки — только мои девки.
Чику заводят шлепки и грязные разговоры. Она совсем не хорошая девочка.
Никаких чистых девок не бывает. Каждая уже что-то любит, только не подозревает об этом. И так приятно обнаруживать вкусы.
Я уже плохо соображаю. Остались одни инстинкты. Меня заводит, что она хочет меня так же сильно, как я ее, даже несмотря на ту срань, что я сделал.
Я точно брошу пить. Зачем мне пить с ней? Буду лучше ее целовать… чтобы забыться.
Хотя зачем мне теперь забываться?
Я глажу лучшее на свете тело. Целую шикарную грудь и ласкаю чудесные крупные соски. Они ужасно хотят ласку и очень щедро отзываются
Анхела не замечает, что тихо, но безумно сладко стонет. И она даже не прикрывает ротик рукой, как некоторые стеснительные девки. Она полностью со мной и наслаждается от всей души.
В глазах темнеет, насколько я хочу ее.
Клара. Прости, Клара…
— Кто такая Клара?
Я не понимаю, что происходит. Почему Анхела Рубио, такая нежная, сочная и сладкая, вдруг вырвалась и забилась в угол кровати.
У нее настолько шокированное и обиженное лицо, что я чувствую: внезапно случилось что-то реально ужасное.
Я же не поранил ее? Точно нет.
Блять. Клара! Чика спросила меня о Кларе. Неужели я произнес имя Клары вслух?!
Чика убивает меня взглядом, а я понятия не имею, что ей ответить.
Реально не знаю.
Клара — она кто? Моя любовь, моя боль, моя разбитая мечта? То, что касается только меня одного.
Раньше я иногда вспоминал Клару, чтобы возбудиться во время ебли с какой-нибудь отстойной сукой. Но сейчас впервые в жизни Клара херит мне все.
Я облажался. Мне нужно хорошо подумать, чего я достиг в этой гребаной жизни и как и с кем хочу прожить ее дальше. В конце концов, я просто эгоистичный ублюдок, который травит своей болью других. И это лучшее, что у меня получается.
Но прямо сейчас нужно что-то сделать с Анхелой.
Я не умею утешать и не умею налаживать отношения. Я даже не уверен, что хочу отношения.
Игра зашла слишком далеко.
Я беру одеяло и укрываю им не сопротивляющуюся чику. Она выглядит раздавленной и потерянной.
Она-то чего? Хотя да, блять. Она же гордая. Понятно, чего.
Нахожу ее платье и лифчик. Мать твою, один из тех, что я для нее купил. Кидаю одежду рядом с ней.
А затем говорю:
— Клара — моя бывшая. Одевайся, я закажу нам завтрак.
Чика шумно выдыхает, подбирает вещи и быстро, как солдат, одевается.
Это ж надо так уметь — абсолютно несексуально.
Хотя о сексе мне временно придется забыть.
Нагнуть чику и сломать я могу хоть сейчас. Мне физически паскудно от того, что все настолько резко обломалось. Для здоровья такое вредно.
Но это не секс.
Анхела не говорит ни слова, и я чувствую себя насекомым. С ними как раз не разговаривают.
Блять. Никогда не думал, что молчание бабы будет так отвратно на меня действовать. Обычно наоборот, они же не затыкаются.
А тут обрыв. Прямо конец всего, что между нами выстроилось.
Лучше бы она взяла нож, приставила мне к яйцам и пригрозила их отрезать. Ну, что я такой дебил, что «бывшую» вспоминаю во время ебли с ней.
Нож в комнате, кстати, есть. Валяется в моих вещах. Но Анхела и не подумала к ним прикасаться.