Его банан
Шрифт:
— А зачем мне это делать? Это удержит любого из парней в офисе от мысли, что было бы хорошей идеей приударить за тобой.
— Что? — спросила она. — Теперь никому не позволено приставать ко мне?
— Если только они не хотят, чтобы их уволили. Им лучше этого не делать.
Она сложила руки на груди, что в свою очередь непроизвольно привлекало внимание к тому, что она сжала груди.
— Значит, это часть моего наказания? Ты хочешь убедиться, что я не могу даже надеяться встретить парня, пока я твоя рабыня?
— Нет. Это
— Твоя? — спросила она недоверчиво. — А что будет, если я не хочу быть пыльным трофеем на твоей полке?
— Тогда ты можешь уволиться. А до тех пор ты играешь по моим правилам.
— Ты настоящий ублюдок. Ты знаешь это? — она в гневе сжала губы, посмотрев на мою сумку для гольфа, а затем запрыгнула в гольф-кар и умчалась прочь. Я наблюдал за ней, почти смеясь вслух, когда ей пришлось проехать петлю и вернуться через несколько секунд. Она сердито вылезла из кара, порылась в моей сумке для гольфа и вытащила ключи. — Я забыла это. Окей? — огрызнулась она, лицо ее покраснело, потом она села в кар и уехала.
Я покачал головой. Эта чертова женщина действительно умела выводить меня из себя и интриговать одновременно.
***
Было почти девять вечера, а я все еще был в офисе. Я делал все, что мог, чтобы жизнь шла строго по расписанию, но задержание на работе было на удивление небольшим нарушением моей рутины, из-за которого я сильно не возражал.
Разница заключалась в том, что Наташа тоже была в офисе, то есть все здание было пустым, за исключением уборщиков, меня и стажера.
Я сидел за своим столом, стараясь убедиться, что у меня есть все документы для завтрашнего брифинга с одним из наших крупнейших клиентов. Мой желудок урчал, потому что я потерял свой ужин, который приготовил. Я был уверен, что оставил его в холодильнике в комнате отдыха, но когда я проверил его в свое обычное время ужина, тридцать минут назад, он исчез.
Наташа сунула голову в кабинет.
— Ты же понимаешь, что я здесь не работаю, правда? Ты так и не дал мне никакой работы, кроме как ходить за тобой по пятам и раздражать тебя, так что я подумала, я могу пойти домой.
Я уставился на нее. Она уже трижды за вечер просила меня уехать домой, и я был почти готов сдаться и отпустить ее. Я начал сомневаться в своих мотивах держать ее рядом и наказывать ее. Инцидент с бананом произошел несколько дней назад, и если быть полностью честным, я знал, что, вероятно, заставил ее пройти через более чем достаточно, чтобы компенсировать это. Но теперь все было не так просто.
Я окинул взглядом ее каштановые волосы и карие глаза, пока она болталась в дверном проеме, высунув голову и плечи в мой кабинет, как будто думала, что ей, возможно, придется быстро сбежать, если дела примут резкий поворот.
— На самом деле, есть одна вещь,
Она вошла в комнату, широко раскрыв глаза и прикрыв рот рукой с преувеличенным выражением шока.
— Ты? Ешь еду на вынос? Ты не боишься, что превратишься в клубок жира, и мне придется выкатывать тебя из офиса сегодня вечером?
— Я ем то, что ем, потому что хочу, чтобы мой ум был острым. Правильные питательные вещества в нужное время суток обеспечивают стабильный уровень энергии и хорошее настроение.
Она приподняла одну бровь:
— Так вот в чем проблема. Должно быть ты принимаешь не те питательные вещества, потому что не думаю, что когда-либо видела тебя в хорошем настроении, за исключением того раза, когда ты лапал меня.
Я не мог вспомнить, когда в последний раз краснел, но мне показалось, что я почувствовал, как тепло распространяется по моим щекам.
— Я не лапал тебя. Я пытался стереть кофе с твоей блузки, пока она совсем не испортилась.
— Точно. Ты только начал с моей груди.
— Они были... самым близким, до чего я мог достать.
Она удивленно рассмеялась и одарила меня пьянящей улыбкой.
— Это правда, что говорит твой брат? О твоем фетише секретарш?
— У меня никогда не было фетиша секретарш.
— Прошедшее время, — заметила она.
Я усмехнулся.
— Слушай. Если ты хочешь взять у меня интервью, тебе лучше принести поесть. Быстро. Думаю, у нас есть минут десять до того, как я смогу издавать только звуки слюноотделения и рычания. Я плохо справляюсь с голодом.
— Я почти уверена, что слюна не издает ни звука, для записи.
Она увидела выражение моего лица и подняла, защищаясь, руки.
— Хорошо, хорошо. Что ты хочешь из китайского ресторана?
— Все, что угодно, но обязательно купи крабовые рангуны (прим. это популярная закуска в США, которую там подают в большинстве китайских кафе. Начинка состоит из сливочного сыра, крабового мяса (чаще крабовых палочек), лука или чеснока. Необычная форма пельменей напоминает цветок или звезду). Я их не ел много лет и думаю, что сделаю все из-за одного прямо сейчас.
— Все что угодно? — спросила она с озорным блеском в глазах, прежде чем выскочить за дверь.
***
Она вернулась через тридцать минут с двумя огромными коричневыми мешками, полными еды. Это был худший вид пищи в смысле питания. Я подумал, что у моего диетолога, вероятно, будет сердечный приступ, если она это увидит, и я был уверен, что на следующее утро я буду чувствовать себя дерьмом, но по какой-то причине мне было все равно. Может быть, это был просто голод в животе или Наташа, ходячая катастрофа, так влияла на меня.